— Нора, — с некоторой экзальтацией (показной) в голосе, обратился к ней шеф, — ты смотрела вчера "Вечерние Новости"?
— Лорд, вы прекрасно знаете, что именно я подписываю их выпуск.
— И именно ты вставила в них этот ролик. Как он там назывался?
— "Кремона" ГДР.
— Интересно, что обозначают эти названия? Может быть "Кремона", это цикл музыкальных произведений собранных под одним именем? Тогда, что это за ГДР? Новое агенство? — спросил лорд.
— Однако я совсем о другом. И ты знаешь о чём, — кивнул он.
— Нет, лорд. Мы пока его не нашли, — ответила, Нора, — но мы ищем, — уверенно добавила, она.
— Мы ищем. Мы ищем, — проговорил-пропел Оккело, постукивая пальцами по столешнице длинного стола, установленного буквой "Т" в кабинете ген. Директора, на 219 этаже, офиса корпорации. Лицо генерального директора неуловимо напряглось.
— Нора, птичка моя. Ты понимаешь о чём идёт речь? — ещё спокойнее спросил, шеф.
— О будущем нашей корпорации, — не задумываясь, ответила, та.
— Вот! Умница, моя! За это я тебя и люблю! Ты всё схватываешь на лету! — вскочил лорд.
— Тогда объясни, мне непонятливому. Почему? По-че-му? Услышав музыку, я бросаю отпуск, невесту, компанию! Бросаю отель, оплаченный между прочим за месяц вперёд! Прыгаю в первые же попавшиеся парные санки, в которых на месте напарника сидит мной же оплаченный кабан!
— ???
— А-а! Неважно! И лечу до ближайшего портала в Лейдер. Поднимаюсь в твой кабинет и, что я вижу? — мерит шагами ковёр офиса лорд.
— А вижу я- спокойствие и тишину!!!
— Мой лорд, — начала было Элеонора…
— Погоди! Не перебивай!…Уф-ф, — выдохнул Оккело и опёрся обеими руками о края столешницы, нависая над сидящей Норой.
— Рыбка моя. Почему я не вижу никакого движения? Где все работники? Где ажиотаж? Аврал? Где??!!
— Шеф. Все работают согласно расписанию. У меня нет лишних работников, которые бы в угоду начальству, бегали бы по коридорам агенства имитируя бурную деятельность. Таких я увольняю в самом начале их карьеры. — Твёрдо ответила Кристалл-Дельвиг.
— Норра! — зарычал лорд. — Нам нужен этот, "Дед"! Ты это понимаешь?
— "Баба", — сказала директор.
— Кто?
— Девушка.
— Как поняла? — с хитринкой в голосе спросил шеф.
— А вы на руки обратили внимание? Узкие ладошки, длинные пальцы. Можно было бы подумать, что это такой "утончённый" юноша. Но! Где вы видели такие округлые коленки у юношей?.
— Ого! Вот это наблюдательность! Тебе не у меня. Тебе в Имперской контрразведке работать нужно.
— Нет лорд, мне и у вас нравится. Я люблю свою работу, — уголками губ слегка обозначив улыбку, ответила обычно серьёзная и даже надменная Элеонора.
— Что ты намерена предпринять? Учти, это надо делать срочно! Наши "партнёры" тоже не спят.
— Предварительные мероприятия уже проведены. Я разослала около сотни самых опытных агентов во все Королевства. Так же несколько роёв нашего ноу-хау, разработки экспериментального инженерно-конструкторского отдела. А именно, мини-видеокамер. Каждая размером с муху. Радиус действия не ограничен. Могут выйти даже в открытый космос. Влезут в любую щель. Они уже "облепили" здания офисов наших конкурентов. Так же я вызвала к себе нашего главного "охотника" за талантами, Глена Гудвейла.
Лорд Оккело, открыл стоявший на столе ноут, пробежался по клавиатуре, пристально во что-то всмотрелся и воскликнул:
— Отлично! Нора, как ты думаешь, какое количество просмотров собрал ролик "Кремона" ГДР?
— Э-э. Учитывая ажиотаж поднявшийся вокруг него. Полагаю от двухсот до трёхсот миллионов, — ответила ген. директор. Лорд как-то криво усмехнулся и медленно по слогам произнёс:
— Тридцать четыре миллиарда! И это за первые сутки, — выдохнул, он.
— Лорд? — жалобно простонала директор, — я…я даже не представляю, что мне с нею делать. Если я её найду.
— Когда ты её найдёшь. Улавливаешь разницу? Когда. А не, если? — Нора заторможенно кивнула.
— Ты её оденешь в золото. Обуешь в хрустальные туфельки. Обвешаешь самоцветами. Накормишь, напоишь и спать уложишь. Не мне тебе говорить, где её кормить и куда спать укладывать. Дышать на неё будешь, только через экран студийного микрофона. А когда она сладко уснёт, позвонишь, мне.
— Я всё поняла, лорд.
— И учти. Все эти разговоры насчёт одеть-обуть, конечно шутка. Но! Когда Гудди её привезёт, прими во внимание, что ты общаешься с гением. А гении не предсказуемые существа. Будь осторожна. Не спугни!
— И ещё, — вкрадчиво добавил лорд. — Эта девочка, свежий глоток воздуха в нашем застоявшемся болоте. Будь с ней поласковей. После выхода её ролика, хоть и не профессионального и с посредственным звуком, дутое "величие", этого самовлюблённого болвана Фуртикуса, рухнуло и пробило дно. Элеонора! Я тебя серьёзно предупреждаю, не упусти её. А Гудди её найдёт. Я уверен.
— Всё. Я возвращаюсь на Оэрлло-укрортную — 12. — Лорд вышел из кабинета Генерального Директора.
— Фрррр. — Как кошка фыркнула Нора. — Ну, лорд! Ну наговорил! Первый раз его таким вижу.
Нора уселась на своё кресло во главе стола. Пододвинув поближе комп, ещё раз просмотрела ролик. Подивилась на всё возрастающее количество просмотров и нажала кнопку селектора:
— Ник? — вызвала своего неизменного секретаря — телохранителя. (а иногда и любовника)
— Да, босс. — отозвался тот.
— Глен Гудвейл, уже пришёл?
— Да босс. — Секретарь был немногословен. Нора несколько раз глубоко вздохнула и произнесла:
— Запускай бычка!
Глава 15
Маэстро Фуртикус, не был "самовлюблённым болваном", как обозвал его, лорд Оккело. Он так же не был, ни "чванливым ослом", как иногда называла его Кронпринцесса, ни "надменной бездарностью", как шептали ему в спину, завистники и конкуренты.
На самом, деле, Лей Фуртикус, был талантливым теоретиком. Именно он 1100 лет назад, создал нотную грамоту. Нет, ноты придумали, до него, а так же их длительность и написание. Но писалось всё это как-то коряво, что ли. Именно для личного пользования, кто-либо другой, не смог бы, ни прочитать, и тем более, сыграть.
Именно, маэстро, придумал, нотный стан, скрипичный, басовый и альтовый, ключи. Размер произведения. Разбил его на такты. Придумал обозначение, целым, половинкам, четвертям, осьмушкам, шестнадцатым, тридцать вторым, шестьдесят четвёртым, сто двадцать восьмым, нотам и паузам. Изначальный язык, Двуликих или Лесных как они сами себя называли, отлично подходил, для музыкальной терминологии, Империи. Всех этих стаккато, легато, крещендо, диминуэндо и остальных фермата с кодами. Двуликие, обладали тонким слухом и изначальный язык, у них был звонок и музыкален с преобладанием гласных и мягких согласных букв.
На самом деле, маэстро, был тихим и застенчивым, домоседом. Он не любил шумных компаний и тусовок. Не любил крутиться около власть имущих, тем более возле Короля и его свиты. Кронпринцессу Империи, попросту боялся и как проявление, защитной реакции, напускал на себя, вид невозмутимого сноба, при общении с ней. И что интересно, чем больше он напускал на себя, вид пресыщенного славой знаменитости, тем больше это злило, девушку. И в какой-то момент, переборов страх, он начинал забавляться этой ситуацией. С самой Императрицей, маэстро, Лей Фуртикус, не встречался никогда. Не смотря на то, что именно она издала указ о признании его "Национальным, достоянием" Империи Объединённых Миров. С полагающимися ему льготами и привилегиями. Согласно статусу такого ранга, маэстро жил так, как сказали бы на Земле, "при коммунизме". То есть на всём готовом. Любой его запрос или каприз, ЛЮБОЙ, оплачивался, государством. Как основатель нотной грамоты и классической музыки, он был один на почти 270 миллиардов населения Миров. Казалось бы огромная масса народу. Но. Четыре Звёздных Системы, которые объединились в Империю, это лишь песчинка на берегу океана, от количества систем их галактики.
