— О-о-о-ооо!!!
…и достал новенькую, чистенькую, хрустящую кожаную ксиву с буковками «Т. К. Е. В.». Тайная Канцелярия Его Величества, ага.
— Оо-о-хо-хо-хо! Захар, красавчик! — понеслось вразнобой с разных сторон. — Поздравляем! Молодец! Да⁈ Да-а-а!
Ну охренеть! Шёл парень к успеху, шёл, шёл и дошёл! Добился-таки своего! Поймал шанс, вгрызся в него зубищами и не отпустил до последнего! А особенно приятно, что я в этом довольно плотно поучаствовал и… и это что же теперь? Это у меня теперь, получается, ещё и в Канцелярии свой человек имеется⁈
Ах-ха-ха-ха! Вот-это-поворот! А кто бы мог подумать, а⁈ Особенно учитывая то, как хреново мы с ним начали!
— Да я на испытательном, — начал бубнить Захар Палыч, отмахиваясь. — Младший сотрудник и вообще, — да только хрен ему кто позволил этот самогазлайтинг; столько добрых слов напихали, что от успеха откреститься было просто невозможно.
Итого: я выиграл промежуточный суд и стопудово выиграю основной, Захар Палыч вступил в должность, Агафоныч в составе «Чумного Сала» прошёл отборочный тур на чемпионат по «Call of Empire», Миша со Стасей наловчились рулить пляжем без посторонней помощи, и даже Гио впервые прилюдно приобнял за бочок свою Ритку Огонёк. И всё так у всех хорошо! И всё так здорово! И всё так… так… ТАК!!!
И такое щемящее чувство у меня в груди возникло… хм… как бы ухитриться его описать? А, во, придумал! Такое чувство, что пора пускать титры. Что всё, как будто бы.
Чёрт! Неужели мы действительно пережили всю эту жесть и впереди теперь лишь лето, молодость и счастье?
— А что там за теплоход-то? — спросил барон Ярышкин, неумело отрезая себе «слайсик» хамона сантиметровой толщины.
— «Ржевский».
— М-м-м, — нахмурился Агафоныч, вспоминая. — Не слыхал о таком. Не видал, и не катался, это точно.
— Ну так давай вместе съездим, да глянем что там. Завтра, например. Поехали?
— Поехали…
Имение Орловых
Марина Марковна долго рефлексировала и пыталась понять, что же именно завладело ей: материнский инстинкт или всё-таки жажда мести? Или и то и другое разом смешалось в этот ядовитый коктейль? Не важно!
Важно, что решение для себя она уже приняла. Пусть её посадят. Пусть её даже казнят, а Каннеллони всё равно не получит ничего из того имущества, что причитается детям Марины Марковны. Мячик улетел с правового поля, и теперь пойдёт другая игра. Второй тайм пройдёт в грязи.
Каннеллони сдохнет!
Нет человека — нет проблем. Завещание на имя Васеньки, говорите? А нету больше вашего Васеньки! Что будет после этого с самой Орловой — насрать и растереть. Главное, что Ольга и Сергей сохранят фамилию и все активы семьи.
Осталось лишь исполнить задуманное. Как? Легко и просто. План уже готов. Коварный план, изящный и конечно же неимоверно подлый. Дело в том, что к Безобразову не подобраться — всё, забыли. Сам Вася на эти два месяца тоже наверняка забаррикадируется на своём чёртовом пляже, под круглосуточной охраной людей князя Игоря Николаевича. Так что добывать его шкурку придётся боем. Лоб в лоб. Другого пути просто нет; его не существует.
Однако пойти в бой своими силами никак нельзя. Разборка двух знатных родов не закончится ничем хорошим. Кровную вражду не просто так называют «кровной». Разъярённый Волконский может вырезать весь род Марины Марковны под корешок, и будет на это в полном своём праве.
Денег на наёмников нет. А даже если собрать всё золото, что есть в доме, то не найдётся сейчас в Империи тот дурачок, что вступится за Орловых. Не в рядах аристократии — это уж точно.
И остаётся лишь путь в обход. Мимо дворян и их чёртовых правил.
— Добрый вечер, господа, — Марина Марковна вошла в зал.
В тот вечер беспрерывно бил по крыше дождь, и гром гремел ужасно где-то у реки. А за большим круглым столом вдову уже ждали трое.
Первый — Глеб Савельевич Орлов. Преданный цепной пёс; куда же без него? Второй, — вот так диво, — эксцентрично одетый пузан из цыганской диаспоры по имени Рома Иванов. Ну а третий представился именем Жуй-Жуй и присутствовал здесь от лица немногочисленного русского филиала японской мафии.
Что Иванов, что Жуй-Жуй связались с Мариной Марковной сами, — причём уже давно. Узнали о судебном процессе из новостей, глянули, увидели на экране очень знакомое лицо, — наглое и белобрысое, — и решили уточнить, могут ли они чем-то помочь Орловым против Каннеллони?
Враг моего врага, ага…
Мотив цыгана Иванова был предельно ясен; его к действию подстёгивала банальная месть. А вот Жуй-Жуй… скажем так — японцев интересовал не столько сам Вася, сколько одна занятная вещица, которой он с недавних пор располагал. Демонический нож сантоку.
Давным-давно этот нож, зарезервированный для сына главы клана якудз, таинственным образом пропал из антикварной лавки. Виновника вычислили на раз-два — это был местный алкаш Мин Сель Хоз. Вот только этот алкаш оказался не так прост и пропал на несколько лет. Зато когда появился…
Мин Сель Хоза приняли прямо в аэропорту. Бедняга устал от холодной неприветливой страны, где каждый норовил назвать его бурятом или пошутить про маленькую письку, и решил вернуться к корням. Вернулся. Попался. И тут же рассказал о судьбе сантоку; исповедался при помощи Паяльника Правды. А потом сразу же полетел обратно в качестве единственного живого свидетеля, который знал о судьбе ножа и его нового владельца.
— Марина Марковна, — первое слово взял цыган. — Глеб Савельевич примерно ввёл нас в курс дела и мне есть что сказать.
— Раз есть, — ответила Орлова, — то говорите, — и присела за своё место.
— Наш клан с радостью поможет вам деньгами, людьми и лошадьми… ну, вдруг понадобится? Но при всём уважении, Марина Марковна, мы не воины. Нам никак не выстоять против одарённой охраны князя.
— Мы тоже не можем рисковать прямым столкновением, — подключился к разговору господин Жуй-Жуй. — Наши силы внутри Российской Империи очень ограничены. Миссия самоубийственна, и мы не можем так рисковать.
— Угу, — кивнула Орлова, откинувшись на спинку стула. — Кажется, Глеб Савельевич ввёл вас в некоторое заблуждение. Господа, я не прошу вас быть пушечным мясом, — сказала она. — Особенно учитывая мою скромную роль наблюдателя, это было бы просто подло. О, нет, господа. Мне понадобятся другие ваши таланты. М-м-м… назовём их «криминальными».
В этот момент молния ударила где-то совсем рядом, особняк сотрясся и оглушительный гром заполонил собою всё время и всё пространство.
— Кхм, — прокашлялся Иванов, когда всё стихло, и сказал: — Это можно. Но позвольте уточнить: о талантах какого рода идёт речь?
— Подкуп, — пожала плечами Орлова. — Шантаж. Обман. Компромат. Быть может, придётся взять заложников, а быть может сделать подкоп.
— Подкоп? — переспросил Жуй-Жуй. — Марина Марковна, пожалуйста, прекратите говорить загадками.
— Хорошо.
Орлова улыбнулась и обвела взглядом всех присутствующих.
— От вас всего лишь требуется вытащить из тюрьмы одного человечка, — сказала она. — А всё остальное он сделает за нас, — и начала смеяться. — Ах-ха-ха-ха!
Тут молния шарахнула ещё раз.
— Ах-ха-ха-ха-ха!
И снова.
— АХ-ХА-ХА-ХА-ХАА-ААА-АА!!!
А где-то далеко-далеко в этот же самый момент в своей одиночной камере икнул Егор Сидельцев.
— Вспоминает, что ли, кто-то? — пробубнил он себе под нос и продолжил отжиматься на мизинцах…
Глава 4
Ущерб для бизнеса налицо, но что поделать? Итого в клубе было двенадцать гостевых домиков, и четыре из них функционировали не по своему прямому профилю. В один из них перебрался я сам, во второй Его благородие Ярышкин, — наконец-то мы с ним уже разъехались, — третий был на постоянной основе зарезервирован за «Волчицами», а в четвёртый сегодня по утру я насильно заселял бабу Зою.
— Тебе здесь будет лучше, — в очередной раз повторил я и начал загибать пальцы: — Свежий воздух — раз. Пляж — два. Готовить не нужно — три. Я всегда под рукой — четыре. Да и общение какое-никакое, люди вокруг, движуха, — я продемонстрировал Зое Афанасьевне сжатый кулак, а она всё равно:
