— Я поговорю с Шуриным, — кивнул куратор, говоря о местном лекаре. — Организуем проверку под видом медосмотра.
Мы пошли молча. Потом куратор сменил тему, и мне показалось, что голос у него стал чуть мягче.
— Илью уже выписали, — сказал он.
— Рад слышать. Как он?
— Нормально. Больше не хочет обучаться у Марины, — Дружинин усмехнулся.
Было понятно, что эта девушка куратору никогда не нравилась. А когда она бросила Илью и спряталась в пещере, его отношение вовсе стало категоричным. Дружинин её тогда чуть молнией не испепелил.
— И что будет теперь?
— Спецподготовка у него уже есть, — задумался Дружинин. — Смогу устроить его на первый курс с условием, что сдаст экзамены, которые пропустил. На самом деле это частая практика. Набор в сентябре, а Дары открываются когда угодно. Не всегда удаётся подгадать.
— А с Горяном что? — спросил я, вспомнив того пространственного мага С-класса, который бросил людей в разломе.
Лицо Дружинина стало каменным.
— Горян отстранён от командования. Идёт служебное расследование.
— Это всё?
— А вы что хотели? Расстрел на плацу? — куратор покосился на меня. — Формально он принял решение в экстремальной ситуации. Вывел часть людей. Трибунал его не осудит.
— Но вы осуждаете.
Дружинин не ответил. Но молчание было красноречивее слов. Сомневаюсь, что Горян когда-нибудь снова сможет стать командиром. Ведь главное правило для командующего — в первую очередь думать о судьбе команды, потом о себе. А он запаниковал, как я понял из произошедшего.
— А Анастасия как? — спросил я невзначай, почему-то именно сегодня не хотелось идти в тишине.
— Навещала его пару раз, — Дружинин покосился на меня.
— Кажется, у Ильи новая фаворитка, — улыбнулся я.
— Учитывая, что она спасла ему жизнь, я совсем не против, — куратор чуть кивнул.
Одной проблемой меньше. Если у Ильи появится кто-то, ради кого стоит быть осторожнее, может, он перестанет лезть в самое пекло. Хотя вряд ли, у него же гены Дружинина.
Мы дошли до общежития и распрощались. Я поднялся к себе, принял душ, привёл себя в порядок и лёг на мягкую кровать.
Написал пару сообщений Даше, рассказывая о последних приключениях. Она всегда удивлялась, что рядом со мной происходит что-то аномальное, причём постоянно. Так же было и в этот раз.
А ещё она сказала, что к выходным уже вернётся в Москву. Дистанционное обучение закончилось вместе со снятием военного положения в городе. И это были хорошие новости, значит на выходных можно устроить ещё одно свидание.
Переписывались мы ещё минут двадцать — ни о чём серьёзном, просто так. Потом пожелали друг другу доброй ночи. И я с улыбкой убрал телефон на тумбочку.
В полутьме комнаты мысленно обратился к Системе: я готов получить бонус за повышение уровня.
[Доступен выбор: новый навык или улучшение существующего]
Там будут новые навыки или повторение предыдущих?
[Повторение ранее предложенных]
Ясно, ничего нового. Значит, снова улучшаем то, что есть.
Управление нестабильной энергией хаоса. После сегодняшнего боя с Ибрагимом и случая с Олегом — выбор очевидный. Чем лучше я контролирую эту энергию, тем больше шансов, что в следующий раз Ибрагим не застанет меня врасплох.
Улучшить Управление нестабильной энергией хаоса.
[Навык улучшен]
[Управление нестабильной энергией хаоса: уровень 3]
[Новое ограничение: 1 трещина в 2 дня]
[Примечание: после 10-го улучшения данный навык объединится с навыком «Защита от энергии хаоса». Ограничение на количество носителей будет снято. После 10-го уровня количество человек, кому передана защита, будет ограничиваться только ресурсами организма]
Я перечитал последнюю строчку.
Представляю себе эту картину: каждый маг на планете получает защиту от нестабильного хаоса. Никаких больше Пожирателей. Никаких обращений. Учитель лишается главного оружия — способности превращать людей в монстров.
Далеко загадывать, конечно, рановато. До десятого улучшения ещё семь уровней. Но направление задано, и это самое главное.
Правда, пока не представляю, как передать защиту такому большому количеству человек. Возможно ли это? Ведь Система явно намекнула, что для передачи миллионам мои каналы не предназначены. И понадобится ли вообще? Впрочем, это можно и после десятого улучшения решить. Там уже будет видно, как быть дальше.
Разобравшись с выбором, я закрыл глаза и уснул. А проснулся утром от стука в дверь.
Настойчивого, громкого, нетерпеливого. Такого стука, от которого сразу понятно — там не один человек, а компания, и им срочно.
Поднялся, накинул халат. Посмотрел на часы — восемь утра. Занятия ещё не начались. Кому я понадобился в такую рань?
Открыл дверь, и в комнату буквально ввалилась Лена. Позади стояли Саня и Денис.
— Глеб, ну чего ты так долго⁈ — возмутилась она. — Тебя одного ждём!
— Зачем ждёте? — нахмурился я.
— Собирайся быстрее, нет времени объяснять! — тут же выпалил Саня.
Денис стоял позади и молча наблюдал за происходящим. И ел шоколадный батончик.
— Вы серьёзно? — я посмотрел на троицу. — Даже не скажете, куда?
— В актовый зал! — Лена уже развернулась и пошла по коридору. — Одевайся и догоняй! Быстрее!
Я закрыл дверь, быстро натянул форму академии и вышел. Видимо, вчера я был слишком занят, чтобы проверить академический чат, куда приходят все новости. На самом деле девяносто процентов тамошних сообщений — полная ерунда: расписание кружков, потерянные вещи, объявления столовой. Поэтому я заглядывал туда максимум раз в день. Вчера и вовсе забыл.
Ну и по закону подлости: именно когда забыл, тогда и произошло что-то важное.
Мы спешно дошли до актового зала. Он был забит под завязку — все курсы, все специализации. Преподаватели стояли у стен, студенты заняли все места. Гул стоял, как на стадионе.
На помост поднялся ректор. Он поприветствовал всех, потом подошёл к постаменту, установленному на сцене.
Там стоял предмет, накрытый красной тканью. Ректор снял её одним движением.
Мой диск и печать. Та самая, которую мы с Кротовским вчера собрали.
— Объявляю конкурс, — голос ректора разнёсся по залу, усиленный магией и без микрофона. — Тот, кто сумеет взломать защиту этого артефакта, получит неделю отгулов.
По залу прокатился ропот. Кто-то из задних рядов крикнул:
— Неделя? Как-то мелко!
Ректор поднял палец.
— Неделю отгулов во время экзаменов. То есть эти экзамены вы получите автоматически.
И хищно улыбнулся.
Зал загомонил. Автоматические экзамены — это серьёзно. Это не просто неделя безделья, это снятие нагрузки в самый тяжёлый период. За такое половина академии готова была продать душу.
Ректор наблюдал за реакцией студентов с лёгкой улыбкой. Видно было, что ему это нравится. Нечасто Юрашев позволял себе такие развлечения. Обычно он держался строго, официально. А тут вон устроил целое шоу с призом для проверки моей защиты.
— Это же твоя печать? — тихо спросила у меня Лена.
— Да, — кивнул я.
— А ты знаешь, как её взломать? — сразу взбодрился Саня.
— Знаю. Но не скажу.
— Почему⁈ Мы же друзья! — это уже Денис возмутился, даже батончик доедать перестал.
— Потому что всё должно быть честно.
— Блин, ты слишком правильный! — фыркнула Лена.
На самом деле, было приятно видеть её такой — живой, эмоциональной. Не краснеющей при виде меня, как раньше.
Видимо, привыкла всё-таки. И это к лучшему — работать с человеком, который постоянно смущается, было бы тяжело.
— Ладно. Дам вам одну подсказку, — осклабился я. — Нужна пространственная магия.
Все четверо одновременно обернулись к Маше, которая сидела позади нас. Она уже смотрела на нас и, судя по выражению лица, слышала каждое слово.
— И как мы будем делить эту неделю на четверых? — Маша скептически подняла бровь.
— А это мы уже потом договоримся, — попытался выкрутиться Саня.
