Ознакомительная версия. Доступно 324 страниц из 1617
Мирош эту проблему решил элегантно просто – будучи врачом, а следовательно, человеком лишенным жалости и милосердия, "пропитал" купюры и прошелся по рынку.
Криминалитет, расселся по туалетам на неделю.
Повторив походы еще дважды, Мирош добился своего – "братки" старались держаться от него и его денег, как можно дальше.
Мне такой путь не светил, хотя Мирош и предлагал повторить его триумфальное шествие. Слишком сложно. Да и кто знает, может появиться "новенький" и что, снова ходи с "вирусом"?
Нет уж, я пошел другим путем.
Теперь, любой залезший в мой карман, уходил со сплющенными пальцами. Я так расслабился, что даже перестал застегивать карманы, нагло демонстрируя пачку денег и убирая ее в нагрудный карман легкой джинсовой куртки.
Айдар, продавец овощей и фруктов, качал головой и восхищенно цокал языком, каждый раз предлагая мне все повышающиеся суммы, за "такой же карман".
Однако, "братва платила больше".
Распихивая покупки по пакетам, в очередной раз завидовал самому себе молодому, который отправлялся за покупки с рюкзаком и не знал бед, с этим пакетным ужасом.
Дав себе зарок, в очередной раз, купить, наконец-то, рюкзак, провесил проход сразу к дверям квартиры, не рискуя шастать по базару с пакетами.
Пока фрукты мылись, овощи крошились, а мясо шкворчало в казане, дозвонился до Якоба и позвал на ужин, предупредив, что будет плов, то есть жирное, мясное и жутко вредное блюдо с большим количеством риса.
Знаете, что припер этот профессор, к плову?
Саке!
Марша и Алиция с ужасом смотрели на казан с шафранно-желтым рисом, черносливом и айвой.
Марше было чуть легче – за неделю, что я обретаюсь дома, она уже стала привыкать к странным блюдам, что ожидали ее вечером, на кухонном столе.
Борщ она и так знала, а вот бесбармак привел ее в дикий ужас. О казы я вообще тихо молчу в сторону – она теперь таскает это блюдо на работу, вместо обеда. И лопает, совершенно без хлеба, умудрившись еще и похудеть на пару килограмм!
А вот чебуреки и беляши, вместе с супчиком на копчёностях, вызывают у нее тошноту.
Пришлось отказаться от эдакой вкуснятины, в пользу семейной жизни.
- Как движется изучение образцов? – Поинтересовался я, когда плов уже прочно угнездился на дне наших животов, требуя к себе бережного обращения и зеленого чая, для неспешной беседы.
Марша, хитрая ирландка, снова выковыряла мясо и теперь сидела в задумчивости – куда девать гарнир.
Алиция предпочла навалиться на сухофрукты, притянув к себе тарелочку с финиками, инжиром и прочим урюком.
- Пока рано, но… - Якоб улыбнулся. – Наши кристаллы дают разные результаты, путая все лабораторные исследования. Из самого простого, как ты и заметил, это и очистка и даже оборонительные действия. Совсем как у твоего кристалла. Причем Алиция, не желает…
- Якоб! – Алиция предостерегающе подняла указательный палец. – Решение принято и обсуждению не подлежит! Мою девочку, твоим извергам, на опыты, я больше не дам! Ишь, придумали, лазер из нее делать.
Я опешил.
Якоб покраснел.
- Военные заказы… - Промямлил он, пряча глаза. – Все равно, ничего не получилось. И от нас отстали. Зато, мы получили просто изумительные по возможностям кристаллы памяти! И, это всего лишь, при 3-х процентном повторении структуры кристаллической решетки, которая оказалась полиморфной! Представляете! А какие это оказались приемо-передатчики!
Я замер, от странного ощущения, что сейчас и здесь было сказано нечто, в мои бедные мозги не умещающееся и оттого очень важное.
- Сайд. – Марша ткнула меня под столом. – Рот закрой.
- Я так лучше слышу. – Вырвалась у меня сакральная фраза одного человека, очень дорогого мне человека. – Не мешай. Я думаю.
- Думай, с закрытым ртом. – Потребовала Марша и в качестве наказания, поставила передо мной свою тарелку с рисом. – Молча.
- Алиция. Покажи кристалл. – Попросил я, перебив Якоба. – Пожалуйста.
Оправленный в платину кристалл стал больше, словно подрос. Теперь он был не голубым – синим. Под платиновой сеточкой, удерживающей камень на кожаном шнурке, ходили разноцветные искры, ныряли вглубь камня и появлялись снаружи, совершенно без малейшего признака системы.
Недрогнувшей рукой, сорвал платину, смяв в комок.
Кристалл словно вдохнул полной грудью и прислушавшись к моим словам, оплел шнурок своими искрами, встраивая в себя.
- Ей тесно. – Я протянул украшение владелице. – Так будет удобнее.
- Просто попросить? – Алиция вспомнила мои слова и понимающе кивнула, надевая кристалл и пряча его под рубашку.
- Почаще разговаривай. – Я катал платину в пальцах, разминая ее как пластилин.
- Как ты это делаешь?! – Якоб следил за моими руками, зачарованно и не отрывая глаз.
- Он просто поговорил… - Алиция улыбнулась и требовательно протянула руку.
Глубоко вдохнув, Алиция расплавила платину в руке, и через мгновение на ее ладони возник платиновый лебедь.
- Мне такое не под силу – фантазия слишком слабая. – Завистливо шмыгнул носом, я. – Не творческая я личность.
Алиция и Марша переглянулись и покачали головами.
- Значит, просто поговорить? – Якоб достал свой кристалл и смущенно пояснил. – Не могу оставлять его на работе. Словно…
Сжав в ладонях свой кристалл, Якоб замер, словно вслушиваясь и вдруг подпрыгнул.
- Он и вправду – разговаривает!
Быстро присмотревшись к Якобу, перевел взгляд на Алицию.
С появлением кристаллов, "раскачка" супругов перешла на новый уровень. Стать одним из нас, Якобу может быть, и не суждено было. Раньше. Теперь – даже я не смогу предсказать. Придется провоцировать Альбу… Или снова положиться на свой дар?
Пока Марша и Алиция убирали со стола, я припер Якоба к стенке и вытребовал у него все данные по кристаллу, что он смог запомнить. Учитывая, что давил я профессионально, профессор выложил даже совершенно секретные сведения, о разработке лазера и почему он не пошел.
Оба кристалла не желали становиться оружием. Они им были изначально, как "конструкт" Безобраза.
Дав им шанс, я умудрился устроить нечто, что в очень скором времени придется расхлебывать.
Кристаллы не разумны… Ну-ну…
Появление Альбы и Анны, снова вырвавшейся от своего малыша на "отдых", было воспринято на ура.
Обе красавицы были голодны, как волки и жаждали общения, как монашки после епитимьи молчания.
Пришлось удовлетворять.
Алиция, Марша и Анна мигом заняли диван; мне, Альбе и Якобу пришлось выбираться на балкон – им подымить, после сытного ужина, ну а мне – поиграть в викторину.
После первого же вопроса, Альба потребовала продемонстрировать кристалл, долго вертела его в руках и вернула с долгим выдохом.
- Не мое. – Альба улыбнулась. – Помалкивает. Только, странный образ дает.
Отмахиваясь от сигаретного дыма, держал ушки на макушке, но в разговор Альбы и Якоба, внезапно нашедших общие темы, старался не лезть.
- Алик слишком быстро растет… - Донеслось до меня из комнаты, горестное воздыхание молодой мамочки. – Уже медсестра, даже отправила на анализы…
- Анна! – Не удержался я и вышел с балкона, в комнату. – Ты тест Борисовича сделала?
- Нет. – Анна уставилась на меня, как на идиота. – Зачем?
Мы с Алицией переглянулись и схватились за голову.
Если перестройка организма мамы, хоть ни миг, отозвалась на развитии ребенка… А если еще и с примесью "нашей" крови – тушите свет! Младенец, с ускоренным восприятием, развитием…
Алиция в двух словах объяснила Анне, что ее ждет и ту пробрало.
Связавшись с Лиззи, мамаша испарилась.
- Считаешь, что такое может быть? – Якоб стоял у меня за спиной и недоверчиво качал головой. – Маловероятно.
- А вдруг? – Припугнул я ученого. – Представь себе, на мгновение, что мало нашему мирку "живых" и "мертвых". Добавится еще и третий вид – "Быстрые". И, может быть, первый образец этого вида, именно сейчас лежит в кроватке и пачкает пеленки? А лет через пять или семь – начнет проказничать и шалить… Догонять, кто будет? Мама? Или папа?
Ознакомительная версия. Доступно 324 страниц из 1617
