Войны скавенов. Черная чума - Вернер К. Л.

— Конечно, нет. — Лицо Марко снова озарила улыбка. — Именно потому, что вы теперь барон, я вам кое-что принес. Сунув руку за пазуху и порывшись в пришитых к подкладке глубоких карманах куртки, он извлек на свет завернутый в овчину толстый сверток.

Раздражение Лотара тут же сменилось любопытством. Марко был неправ, называя себя его сообщником. Он был посредником, поставщиком магических трактатов и инструментов, необходимых Лотару для его исследований. Простолюдин выказал отличные способности в незаконной торговле, бросая вызов и светским, и религиозным законам, добывая запрещенные книги, которые требовались фон Дилю.

Однако сегодня Лотар чувствовал, что торговец принес нечто особенное. Он цинично подумал о том, как долго эта вещь находилась у Марко, если простолюдин дожидался, когда титул и богатство фон Диля перейдут в руки Лотара.

Новоиспеченный барон отбросил чувство собственного достоинства и поспешно развернул сверток. Внутри обнаружилась большая книга, переплетенная в странную чешуйчатую кожу. На обложке был выгравирован золотой череп. Лотар с волнением разобрал под ним иероглифы, принадлежащие исчезнувшей цивилизации Моркейна.

— Вы это оцените, — заявил Марко, — когда я скажу вам, что то, что вы держите в руках, — единственный известный экземпляр «Арканов Кадона».

У Лотара подкосились ноги, и он неловко опустился обратно в кресло. Губы и руки его дрожали. Он был потрясен артефактом и ощутил, как сердце его забилось от ужаса и восторга.

— Вы, конечно, знаете эту историю, — бросил Марко, наслаждаясь эмоциями, которые обуревали его патрона. — Кадон был шаманом примитивных племен, живущих на побережье Слепой реки. Незадолго до рождения Зигмара он построил в Скверноземелье большой город и назвал его Моркейном. — Простолюдин мрачно усмехнулся. — На языке стриган это означает «Мертвый город». С помощью темных искусств он поднял армию мертвецов. Кадон создал царство Стригос с центром в Моркейне. Те, кто склонились перед его властью, стали его рабами. Те, кто бросил ему вызов, были убиты… и все равно стали его рабами. — Марко помолчал, разглядывая висевший на стене старый меч, провел по клинку рукой. — Говорят, Кадон был величайшим колдуном своего времени и использовал магию для того, чтобы вдохнуть силу во множество странных и ужасных артефактов. Однако ничто не могло сравниться со злобностью «Арканов Кадона». Кадон поместил на эти страницы все свои тайные знания, написав их на коже, содранной с тел собственных детей, кровью сердец своих жен.

Марко уставился на потрет Яльмара фон Диля, следя за тем, как мерцающее пламя камина отбрасывает причудливые тени на лицо умершего барона.

— Существовало девять копий «Арканов Кадона», изготовленных по образцу древних книг Нагаша. Каждая копия была зашифрована и доверена одному из учеников Кадона. Когда Стригос захватила несметная орда орков, ученики разбежались. Сам Кадон погиб, когда Моркейн пал от рук зеленокожих, но его знания сохранились благодаря его ученикам и «Арканам Кадона».

Лотар провел большим пальцем по корешку книги, чувствуя, как по руке пробежал ледяной холодок.

— Я думал, что «Арканы Кадона» погибли, когда сгорел Великий собор Зигмара в Нульне, — произнес он благоговейным шепотом.

— Один экземпляр, по слухам, хранился у зигмаритов в их архивах, — кивнул Марко, возвращаясь к столу и опускаясь в кресло. — Еще один сожгли в Ремасе фанатики Солкана. Поговаривали, что у одного чернокнижника в городке Миркхоф была копия, но то поселение исчезло с лица земли. — Марко засмеялся. — Некоторые утверждают, что это — дело рук эльфов. Был еще один экземпляр где-то в Бретоннии, но, как и Миркхоф, приютившая его община за одну ночь исчезла. Несомненно, это работа Великого Чародея. Если так, книга никогда не покинет Серых гор.

— Откуда взялась эта копия? — спросил Лотар.

— Это было непросто, — заверил его Марко. — Считается, что она принадлежала человеку, называвшему себя «Царем стриган», и, возможно, передавалась от отца к сыну после уничтожения Стригоса. Вряд ли этот человек понимал, чем владеет, иначе его караван не был бы уничтожен, когда они попытались встать лагерем возле деревни в Остланде. Кажется, ходили слухи, что стригане разносят чуму, поэтому жители деревни подняли бунт и перебили весь караван. Впрочем, страх перед чумой не помешал им ограбить мертвых. Среди награбленного жители деревни нашли «Арканы Кадона». Самое удивительное — то, что они не уничтожили его ради отделки и золотой инкрустации. — Марко снова рассмеялся, но смех вышел какой-то неестественный. — Возможно, эта книга своей магией повлияла на их примитивные умы, защищая себя от невежества и страха. В конце концов книга попала в Вольфенбург, в руки одного из моих… помощников.

Марко встал, оперся ладонями о стол и наклонился к Лотару.

— Вы никогда еще не были так близки к силе, господин барон! — Его голос упал до предупреждающего шепота. — Те немногие, кто сумел понять эту книгу, узнали секреты, недоступные людям тысячелетиями. Они совершили великие дела, магические подвиги, которые увековечены в мифах и легендах.

Лотар оторвал взгляд от древнего фолианта.

— А что насчет тех, кто не смог понять и раскрыть тайны Кадона? — дрожащим голосом спросил он Марко.

— Они сошли с ума, — признался тот. Улыбнулся и отошел от стола. — Вот почему, когда я попрошу у вас две тысячи золотых крон, вы сделаете мне одолжение и заплатите до того, как начнете свои исследования.

На лице Лотара проступило возмущенное выражение. Он обхватил обеими руками «Арканы Кадона», словно защищая книгу.

— Две тысячи золотых крон! Это же грабеж. Я столько не заплачу!

— Заплатите, — заверил его Марко. — Я никогда не продавал вам фальшивый товар и никогда не лгал. Две тысячи крон — это немного за знание, которое вам может дать эта книга. — Он посмотрел на стол, заваленный документами и векселями, взмахнул рукой над кипой бумаг. — Что есть богатство, как не средство достижения силы? А что может быть сильнее знания?

Лотар поднял голову, прислушиваясь к затихающему плачу плакальщиц. Простолюдин сказал правду. Пытаясь обеспечить себе временное богатство, он наткнулся на истинную силу — силу магии и тайн. Что значат земли и титулы по сравнению со способностью вызывать смерть одним только прикосновением и поднимать мертвых из могил?

— Ты получишь свои деньги, — пообещал барон фон Диль. — Но давай немного подождем. Сначала я должен похоронить отца.

Сильвания

Форхексен, 1112

Запахи горящей соломы и дерева, запах человеческой крови в воздухе, смешанный с запахом человеческого страха, вонь крысиной шерсти и мускуса скавенов на грязных дорогах — все эти возбуждающие, бодрящие запахи наполняли нос повелителя провидцев Скриттара и дразнили его обоняние, но ни один из них не очаровывал так, как жгучий запах искажающего камня.

Серая лапа повелителя провидцев крепче стиснула черный самородок, и из сжатого кулака поднялась тонкая струйка дыма; искажающий камень опалил его мех. Он не обратил внимания на едкие эманации своей добычи, слишком поглощенный чудовищностью того, что она собой представляла. Этот самородок был первым, первым сокровищем, и оно было столь огромно, что могло изменить все владения скавенов!

Леденящий кровь крик ввинтился в уши Скриттара, заставив его обернуться и посмотреть, как одинокий человек пытается отбиться от стаи клановых крыс. Мечники клана Гнойс, хоть и не столь могучие, как бойцы клана Риктус или клана Морс, все равно были сильнее несчастного крестьянина, которому угрожали. Скавены осторожно кружили вокруг человека, делая небольшие обманные выпады и заставляя его неуклонно отступать. При каждом его шаге крысолюды рассредоточивались, цепью окружая крестьянина.

Отступать человеку было некуда. Стена мазанки за его спиной дымилась, с нее сыпался пепел. Здание было полностью охвачено огнем, его крыша превратилась в пылающий в ночном небе костер. Внутри дома оставалось несколько человеков — об этом явственно свидетельствовали доносящиеся оттуда крики, но пращники Гнойсов удерживали сильванцев внутри пылающего строения. Для обреченного крестьянина не осталось никакой надежды.