Хмурый, как туча, он молча посмотрел наружу: в нескольких километрах над нами, на фоне кроваво-красного пятна светила, занявшего полнеба, виднелись мириады силуэтов космических кораблей. Крейсеры, рейдеры и массивные линкоры стояли в боевом построении, разделенном на коробки по триста-четыреста кораблей, а вокруг них, как мухи, сновали крошечные транспорты, баржи и глайдеры.
Их было столько, что дальние ряды терялись в кровавом мареве. Тысячи тысяч. Колоссальная армада Гелиона ждала своего часа, как заряженное оружие, наведенное в цель.
— Теперь понимаешь, какие у нас тут ставки, Гигас? — ровно ответил он. — Твоя выходка в Цитадели запустила снежный ком, за которым придет лавина. Маги восприняли всё это как сигнал к действию, их флоты собираются вместе. За последние два дня было десять атак на наши пограничные миры. А Вседержитель собирает ударный кулак, уже второй месяц сюда прибывают новые силы. Тридцать семь ударных флотов, двадцать десантных, штурмовые части…
— Такой армадой можно весь Совет на колени поставить, — хмыкнул я.
— Ему не нужен Совет, маги его вообще не волнуют. Все силы он бережет для одной цели.
Он пристально посмотрел на меня.
Ну да, понятно, для какой. Все проблемы с магами решатся в одночасье, если он достанет вторую половину кристалла и доберется до машины богов.
Его «ударный кулак» метит в Бездну. И тот, кто быстрее доберется до заветной цели, получит всё.
* * *
За иллюминатором полыхало сияние солнечной короны. Даже с щитами глайдера, выдававшими полную мощность, в кабине было жарко, как в сауне.
— Прибыли, — я разбудил задремавшую Рикку и подхватил рюкзак. — Держись рядом со мной.
— Мне нельзя здесь находиться слишком долго, — заявил нам Тарсис, подойдя к двери. — Дальше вы сами. Буду ждать за пределами гелиосферы. Я вернусь, когда ты подашь сигнал, Гигас.
Мы пожали друг другу руки. Створки глайдера открылись и мы вышли наружу.
Нас встретил огромный ангар, заставленный опечатанными контейнерами. Внутри — очевидно, энергоплатина. Вокруг — ни души, только редкие дроны сновали туда-сюда, не обращая на нас внимания. Выделялась лишь огромная, под потолок, статуя женщины в броне. В одной руке она держала меч, в другой — книгу.
— Мелитана, первая Вседержительница, — пояснил я Ширасаги. — В ее руках Кодекс и первый меч из энергоплатины. Звездную Кузню создала именно она. Так, нам сюда.
За нашей спиной загудели ворота: ангар раскрылся, выпуская транспорт с Тарсисом. На миг нас едва не ослепило сияние солнечной короны, сдерживаемое щитами Кузни. Пробив пленку барьера, глайдер унесся прочь.
Мы же спустились по единственной лестнице в коридор. От него расходились проходы на нижний ярус, к кузницам. На этом ярусе, ближайшем к звезде, уже не было дронов — их нежная начинка не выдерживала.
В одну из кузниц мы и направились.
— Будь наготове, — бросил я Рикке, открывая толстенный гермошлюз. — Внутри будем только мы двое. Так расходуется меньше энергии.
Створка раскрылась с лязгом и шипением. Едва мы вошли, шлюз тут же закрылся, а под потолком усиленно загудели вентиляторы, нагнетающие воздух: дышать здесь было можно только регенерированным воздухом.
Я огляделся. Мы стояли посреди круглого зала метров тридцати диаметром с углублением у одного края. Вокруг него полукругом располагались мощные молоты, почти черная вольфрамовая плита-наковальня, различные приспособления и тяги. Вдоль стены шел большой конвейер с всевозможными инструментами, от клещей до мини-пресса. Под потолком — громадная стрела выдвижного крана с захватом на конце, куда крепили заготовки для погружения в недра звезды. А возле углубления, ведущего наружу, стояла конструкция, похожая на пустой экзоскелет с рычагами.
— Это — твое рабочее место, — я кивнул на экзоскелет. — Тебе нужно встать внутрь. Движениями рук и ног ты будешь сдвигать силовые поля кузни, чтобы оттеснить струи солнечной плазмы. Следи за тем, чтобы щиты окружали меня максимально плотно.
Кивнув, Рикка сбросила шляпу и расстегнула рубашку: по щекам и шее градом катился пот. Я помог ей забраться в конструкцию и закрепить тело с помощью захватов.
— Попробуй подвигаться.
Рикка подвигала руками — и тут же из ниш вокруг углубления выдвинулись рычаги с шарами-генераторами на концах. Повторяя ее движения, они поднялись, опустились к металлическому полу ворот и проскребли по поверхности.
— Ого… — выдохнула она. — Довольно просто. Я попробую еще.
То же самое произошло, когда она задвигала ногами. Еще четыре манипулятора показались из пола и задвигались вокруг ниши.
— Отлично теперь мой черед, — кивнул я и спустил рюкзак. За спиной уже вовсю разогревались небольшие печки, загудел готовый к работе молот. Огромный конвейер ожил и придвинулся к наковальне.
Скинув лишнюю одежду, я достал из рюкзака кофр с обломком кристалла и тот самый мешок, который Рюэн принес из хранилища в Цитадели. Минута возни с узлами — и в моих руках тускло заблестели два тяжелых серых слитка.
А еще через пару минут я уже стоял на узкой, едва влезет нога, площадке крана, держа в руках выдвижную штангу с зажатыми на конце слитками.
— Врубай поля, — кивнул я Рикке, закрываясь всеми возможными щитами. — Я открываю!
Воздух завибрировал от гула генераторов, меня обступили манипуляторы. Все готово.
Створки под ногами втянулись в корпус Кузни, обнажив пылающее море огня. Тут же засияли многослойные пленки щитов, закрывающих нас от бешеного шторма плазмы. Уши заложило от нестерпимого грохота, а я ощутил такой жар, что кожа натянулась. Но если бы не барьер, мы бы мгновенно вспыхнули, даже пепла бы не осталось.
У меня перехватило дыхание от величественного и жуткого зрелища. Кроваво-красное море энергии, словно живое, пульсировало. По нему пробегали цветные волны, от алого до почти черного, то и дело от поверхности отделялись тонкие нити плазмы, перекручивались и сливались в причудливые петли, рассыпались на столбы. То и дело один из них слепо тыкался в скорлупу нашего щита, словно пробовал его на прочность, и тогда генераторы гудели от запредельной натуги.
Барьер держался, как тысячи лет до этого.
— Начинаем, — сам себе сказал я, и кивнул Рикке.
Манипулятор медленно опускался, вынося меня за пределы надежных стен Кузни. Несмотря на жар, по спине пробежал холодок. А если щиты дадут сбой? Если Рикка не справится, упустит из внимания и сдвинет барьеры не туда, если именно сейчас один из протуберанцев решит ударить по щиту, и тот не выдержит?
От Гигаса не останется даже следа.
Я никогда не боялся ни высоты, ни глубины, — ничего из обычных страхов, но сейчас мне было откровенно не по себе.
Наконец, я вышел за пределы Кузни. Вокруг было лишь монотонное море багрового огня, отделенное от меня тонкой пленкой энергококона. Я посмотрел наверх — Рикка смотрела на меня с откровенным ужасом в глазах.
Усмехнувшись, я подмигнул ей и стиснул рукояти, управляющие манипулятором. Штанга со слитками подошла к краю щита: пленка обволокла металл, на глазах меняющий цвет с серого на малиновый. Мгновение — и слитки оказались за пределами барьера.
— Давай, работай, светило.
Манипулятор выдвигался дальше. Десять метров, пятнадцать… слитки уже раскалились до ярко-желтого цвета. Наконец, щуп коснулся дрожащей поверхности звезды.
Пошел отсчет драгоценных минут создания энергоплатины.
Плазма окутала металл, на глазах вспыхнувший белым. Я напрягся: часть моих барьеров теперь закрыла платину, не давая ей испариться. Энергия бурлила мириадами брызг, по барьеру барабанили искры и сгустки плазмы. Нельзя спешить, металл должен вобрать достаточно силы!
Две минуты, три… я едва удерживал раскалившийся щуп, рукояти задымились от температуры. Вокруг меня сновали манипуляторы, отбивая хлещущие по щиту струи своими полями. Ещё минута…
Выждав достаточно, я вытащил щуп и потащил его обратно. Слитки превратились в раскаленный белый шар, и чем больше я сдвигал выдвижную штангу, тем лучше видел разряды на его поверхности.
