– Нет, никогда. Твоя бабка не особо любит вспоминать Землю, особенно после того, как все попытки вернуться обратно провалились.
– А что она для этого делала?
Хавьер прыснул в кулак.
– Прыгала в озеро как ненормальная по несколько раз на дню, а после сидела на берегу и плакала.
– В озеро?
– Да, она очутилась в нем, прибыв в наш мир. Едва не утонула, граф Де Монпас лично выловил ее и пораженный красотой решил оставить в замке. Он тогда не собирался жениться вообще когда-либо, но твоя бабуля его покорила настолько, что они обвенчались уже через полгода.
– Бабушка была красива? – я вспомнила старческое лицо в морщинах, выцветшие голубые глаза и искривленные в презрении тонкие губы.
– Безумно! Об одном ее взгляде мечтал каждый мужчина в этом королевстве, ну ровно до того, как она открывала рот. Она считала всех недостойными ее внимания, чувствовала себя едва ли не королевой.
– Стерва в общем та еще, – я цокнула языком. Знаю я таких, училась со мной в универе подобная мадам.
Хавьер никак не прокомментировал мое высказывание, но мысленно скорее всего согласился. Мы пришли в бальную залу и оставили бутылки на столике у входа, вдвоем двинулись вдоль стен рассматривая картины. Здесь висели портреты всей графской семьи начиная с прапрадедов, и заканчивая Марьей, чей портрет был самым большим и занимал огромную часть стены над большим камином в конце залы. Даже на собственном портрете бабуля улыбалась так, что глядя на нее хотелось закатить глаза и вскрикнуть “Проще будь!”.
– Можно взять вот эту, она стоит чуть меньше тысячи, но все кто видел ее, восторгались. – Дворецкий указал на полотно небольшого размера, заключенное в коричневую деревянную раму, на котором был один единственный мазок краски белого цвета на синем фоне.
В этом мире восторгаются абстракцией? Удивительно! Но кто я такая, чтобы спорить с жителем Исмантура, поэтому просто кивнула и мы сняли картину с крючков.
– Хавьер, а не проще было бы отдать часть вин самому герцогу? Наверняка он тоже ценитель подобного.
– Не проще. Герцог не интересуется материальными вещами, он не видит ценности в длительной выдержке вина, не разбирается в искусстве, и вообще мне кажется он немного не от мира сего.
– В смысле тоже из другого мира?
– Нет, что ты! Просто герцог он такой… как бы сказать, сам себе на уме. Его интересуют такие вещи как музыка, в особенности любит звуки фортепиано. Обожает конные прогулки по ночному лесу и одиночество. В его замке слуг раз два и обчелся, все потому что Его светлость всей душой обожает тишину. А еще он просто невероятно сильно любит кухни разных миров, но поскольку в Исмантуре иномирцев не так много и о них знают только драконы, то каждый из них имеет шанс озолотиться, если придет работать на его кухню.
Мда, забавный парень он, этот герцог… Насчет “озолотиться на его кухне” я задумалась. Я неплохо готовлю, можно даже сказать – очень хорошо готовлю, особенно мясо, но даже представить не могу как повернуть эту особенность в свою сторону. А еще мне нельзя рассказывать о том, что я с Земли, это печально.
Стоп, драконы?
– Хавьер, что ты сказал? Драконы?
Мы уже перетащили картины и вино в экипаж, и теперь дворецкий поил лошадь водой из ведра перед отправлением в дорогу.
– Ну да. На севере живет другая раса – драконы. Они имеют две ипостаси, человеческую и, собственно, звериную. К людям они прилетают настолько редко, что мы о них даже забываем, да и живут далеко – за Ледяными горами во Льдах. Там царит вечная мерзлота и не выносимые обычным человеческим организмом морозы. Почти все кто попадал во Льды погибали.
Я стояла и хлопала глазами. Драконы. Прямо здесь. Серьезно? Создатель, в какой мир ты меня засунул?!
– Пора выезжать, что-то мне подсказывает, что герцог приедет уже завтра и мы должны быть готовы к его визиту.
Возможный завтрашний приезд герцога занял все мои мысли. Пока мы ехали до графства Де Вирго я ни о чем другом думать не могла. Если сейчас виконт купит вино и хоть одну картину, то мы, а точнее я, спасены. Хавьеру то что, он просто останется без работы, но уверена найдет новое место совсем скоро, а вот меня ждут совсем нерадостные перспективы.
Экипаж въехал на территорию огромного замка построенного буквой “П”, во дворе которого был небольшой пруд, много пышных зеленых деревьев и вкусно пахнущих цветов. За садом здесь ухаживали не менее тщательно, чем в моем замке.
Хавьер помог мне выбраться на улицу, поскольку я едва могла передвигаться из-за пышных юбок платья и шпилек, и повел к главному входу. Постучал дверным молотком и ободряюще мне улыбнулся.
– Виконт Лонд тоже немного своеобразный мужчина, не поддавайтесь на его провокации и он отстанет.
– Ты о чем? – хмуро спросила я, но дворецкий мне не ответил – дверь отворилась являя нам слегка нетрезвого мужчину. Он был в мятом темно синем костюме, пиджак которого был надет на голое тело, а на шее болтался слабо завязанный галстук.
– Девиц привезли! – крикнул он, обернувшись через плечо и из недр замка послышалось радостное улюлюканье.
Я на мгновение оторопела, но потом вспомнила что этот парень и моя бабуля “лучшие друзья” и сразу же сообразила, как надо себя вести.
– Девиц привезут попозже, – я отодвинула паренька и прошла внутрь. Прямо в холле на диванах сидели четверо парней, они загоготали и захлопали в ладоши увидев меня.
– Какая!..
– Чур, моя!
– Какая наглая, ух! Ты мне уже нравишься, – мне в лицо дыхнули спиртом, я едва успела задержать дыхание.
– Вы – Лонд Де Вирго? – обернулась я к парню в синем костюме, он стоял ко мне близко-близко, но я и не думала отодвигаться.
– Я, красавица, а тебя как зовут? – паренек икнул, и отшатнулся.
– Графиня Алина Закамская, приятно познакомиться. Моя бабушка говорила мне о вас.
Виконт тут же отошел еще на пару шагов и попытался сфокусировать взгляд на моем лице. Я улыбнулась ему, а парни сидящие на диванах затихли.
– Я не видел Марьюшку уже пару месяцев, и она прислала тебя?
– Марьюшка, – я хихикнула про себя. – Приказала долго жить.
– Чего?..
– Умерла она на прошлой неделе, Лонд, так что привета не передам.
Виконт шлепнулся в рядом стоящее кресло и еще больше расслабил узел на галстуке, словно он давил его шею и мешал дышать.
– Вот это да… Она ведь была так молода и здорова!
Я только выгнула бровь. Марье было лет семьдесят, а то и того больше, какова продолжительность жизни жителей этого мира?
– Она пила беспробудно, – ответила я, и обвела взглядом мгновенно посеревшие лица присутствующих. Один из парней с длинными рыжими волосами отставил бокал с шампанским, и пожал плечами в ответ на вопросительный взгляд соседа по дивану.
Я на минуту пожалела о том, что рассказала виконту о смерти бабушки так сразу, потому что рисковала сорвать сделку которую в своей голове я уже провела.
– Я приехала к вам с деловым предложением, – тут я задумалась. По сути, мой приезд вовсе не деловой, но эта фраза звучала лучше чем “ну купи-и-и!”
– Для внучки Марьюшки что угодно! – тут же подскочил в кресле Лонд, и снова икнув плюхнулся обратно.
– Хавьер, – я обернулась к дворецкому. – Принеси пожалуйста картины и вино из экипажа.
Мужчина кивнул и ушел, а я вкратце объяснила Лонду что к чему. Парень тут же согласился, еще даже не увидев товар.
– Это Марьюшка попросила, да? Ну, прислала тебя?
– Не совсем, но в какой-то степени я здесь как раз из-за нее. Я решила, что тебя заинтересует нашумевшая работа одного художника, который нарисовал портрет Ларины. – Реакции не последовало, и я продолжила: – И пара бутылок хорошего вина, одна из которых была разлита в сто пятом году.
На лице парня появилось мучительное выражение, он пытался сосчитать года.
– Шестьсот шесть лет, Лонд.
– Ничего себе! – воскликнул кто-то из парней.
– Мне, продай мне, эй! – вскрикнул тот рыжий, а в его руках вновь оказался бокал шампанского.
