Мы тренируемся, чтобы страдать сейчас, на полигоне, а не на поле боя, где каждое решение — вопрос жизни и смерти.
К сожалению, на данный момент не существует каких-либо универсальных методик подготовки именно против монстров Разломов. Всё из-за их невероятного разнообразия и нестабильной природы. Иногда против одного типа помогает только грубая сила, против другого — тонкая магия или тактическое мышление. И всё это — опыт, ошибки, потери. Мы лишь стараемся подготовиться настолько, насколько возможно.
Гильдия Стражей, действительно, предоставляла доступ к постоянно обновляемому бестиарию монстров, встречающихся в Разломах. В нём содержалась информация о слабых местах существ, а также о тактиках, которые приносили наибольший успех в бою с теми или иными видами.
Но, несмотря на все эти материалы, вопрос подготовки оставался сложным. Отработать каждую ситуацию заранее было попросту невозможно. Как-никак, монстров из Разлома нельзя было вытащить во внешний мир и безнаказанно использовать для тренировок. Законы и магическая нестабильность не позволяли этого.
Поэтому приходилось действовать иначе: нарабатывать общий боевой навык, учиться адаптации и реагированию на нестандартные ситуации. Чтобы в реальном бою бойцы уже знали, как вести себя в условиях, когда всё пошло не по плану.
Разумеется, каждый отряд моего рода довольно регулярно входил в Разломы. И там они сталкивались с самыми разными угрозами. Благодаря этому их опыт сражений с уникальными и порой крайне специфичными монстрами рос — как и их профессионализм. Но это не отменяло необходимости постоянных тренировок. Застывать на достигнутом — это путь к поражению.
Поэтому мы развиваемся. Постоянно. Упорно. Без поблажек.
На самом полигоне, как и ожидалось, я обнаружил знакомую троицу: Анну, Агату и Катрину. Эти три девушки давно стали признанными лидерами среди воинов рода. Даже в какой-то мере они отодвинули на второй план мою первоначальную пятёрку бойцов, которая изначально числилась личной охраной Агаты — на тот момент нашего сильнейшего мага.
Парни, впрочем, не возражали. Их устраивала новая роль. Они всегда были при деле, всегда находились рядом с Агатой, обеспечивая её безопасность и эффективность в бою. А это, в свою очередь, устраивало и меня. Главное, чтобы Агата могла выжить даже в самых тяжёлых условиях — и их присутствие это обеспечивало.
Что касается Анны, то она была тем человеком, который привёл в род наибольшее количество бойцов. Именно она сумела собрать вокруг себя команду, и неудивительно, что ранее подчинявшиеся только ей люди теперь старались обеспечивать её безопасность. Девушка по-прежнему оставалась командиром отряда, и было вполне естественно защищать командира, чтобы он мог продолжать руководить, отдавать приказы и контролировать поле боя в целом.
С Катриной всё было куда менее однозначно.
Она не была ни командиром, ни подчинённой в привычном понимании. Скорее, её роль напоминала сурового наставника, тренера, которого уважают, но не ждут от него лидерства. Катрине было совершенно неинтересно кому-либо подчиняться или, наоборот, брать на себя ответственность за других. Она шла по своему пути — самостоятельному и прямому, как удар клинка.
С этим мы давно смирились.
Катрине было куда проще сосредоточиться на тренировках, на оттачивании боевых навыков и на том, чтобы заставлять остальных выкладываться по полной. Особенно в тех редких случаях, когда кто-то пытался «дотянуться» до неё — до девушки-оборотня, которая, даже после преобразования многих вампиров, всё ещё не уступала им ни в скорости, ни в силе.
Вот что значит — постоянно сражаться с другим мистическим существом, выглядящим вполне как обычный человек. Катрине давно удалось выбить из всех бойцов иллюзию о том, что она «просто хрупкая девушка». Нет. Серебряная волчица была опасным, смертоносным воином, и в данный момент никто, абсолютно никто не осмеливался с ней миндальничать.
Неподалёку тренировались так называемые младшие члены моего рода — мальчики и девочки, которых привела с собой Анна. Это были её прямые родственники, и именно за них она взяла на себя полную ответственность.
Судьба младших братьев и сестёр волновала Анну настолько, что она решилась обратиться ко мне, даже не представляя, чем для неё это может обернуться. Всё-таки специфика подобных обращений, когда один род просит приюта у другого, предполагала лишь один исход: становление младшими. Со всеми вытекающими обязанностями и ограничениями.
Но Анна была готова к этому. Лишь бы обеспечить своим младшим достойное будущее.
Конечно, для неё всё обернулось куда лучше, чем она могла рассчитывать. Она быстро зарекомендовала себя как боец, как лидер, как один из столпов моего рода. А вот дети, которых она привела с собой… для меня они не были ценностью здесь и сейчас. Это был отложенный актив. Потенциал, который можно будет использовать только спустя годы — и то лишь при условии нормального обучения и подготовки.
Обращать их в вампиров в таком возрасте я, разумеется, не собирался.
Да, изменения с нами происходят. Да, мы, по сути, не стареем с момента обращения. Но если сделать вампиром ребёнка, то и его сознание, его восприятие мира может застыть на том уровне, на котором он был обращён. А это — прямая дорога к катастрофе. Такой «ребёнок с силой» может остаться таковым навсегда. И это то, чего я категорически не допущу.
Лучше я буду иметь дело со взрослым человеком, понимающим, что делает, чем с существом, дорвавшимся до силы без малейшего понимания ответственности.
Поэтому пока что эти дети, пусть и связаны клятвами крови, проходят стандартную подготовку. Они учатся сражаться, дисциплинироваться, развивать тело и ум — так же, как и остальные. Я не собирался превращать их в красивую картинку, как это делают другие рода. У нас не будет бутафорских подразделений, созданных для галочки или ради формального статуса.
Каждый член моего рода должен быть настоящим воином. И он им станет.
Здесь не будет поблажек. Не будет тех, кто остаётся слабым лишь потому, что так удобно. Сила — это выбор. И у них не будет возможности его избежать.
Так что было довольно интересно наблюдать со стороны за тем, как занимаются дети моего рода — с каким усердием они тренируются, как стараются не выпадать из коллектива и быть полезными для общего дела. Всё же они находились здесь на довольно неоднозначных правах, и все это прекрасно осознавали.
Ведь именно я дал им место в роду, и теперь им предстояло доказать, что этот выбор был не напрасным. Что они, действительно, готовы отрабатывать вложенные в них ресурсы.
А ресурсов я не жалел.
Дети уже получали образование достойного уровня — такого, что в другой жизни, вне этих стен, им бы попросту никогда не досталось. Всё это делалось с одной целью: в будущем эти вложения должны были вернуться сторицей.
Но до этого момента ещё предстояло проделать немалый путь. Им всем.
Пока же они росли. Формировались. И когда придёт время, они станут основой младшей ветви рода Динас — не формально, а по-настоящему. Сильными, преданными и закалёнными в боях.
А пока… сейчас им нужно было видеть, кто их возглавляет. Кто их защищает. Кто представляет сам род и способен в одиночку сделать то, на что другим требуются отряды.
И, как будто почувствовав момент, в мою сторону уже направлялась Катринa. С лёгкой, хищной улыбкой. Взгляд её был цепким, прямым. Она явно собиралась заявить свои права на моё внимание, пока я не занялся чем-то другим.
Этот момент у нас с Катриной уже давно был отработан, так что я нисколько не удивился, когда она резко завершила собственную тренировку, буквально вышибла одного из бойцов с такой силой, что тот уже и помыслить не мог о продолжении занятий. Всё было сделано демонстративно — нарочито, с лёгким налётом вызова. По сути, она устроила показательное завершение, чтобы создать впечатление: её тренировка окончена и теперь ей нечем заняться.
Вот ведь хитрая волчица.
