Когда завтрак подошел к концу, она снова позвала кухарку.
– Марта, через два часа прибудут слуги, для того, чтобы навести порядок. Поставь греться как можно больше воды, и озаботься приготовить обед примерно на десять–двенадцать человек.
– Чего выдумали. Зачем здесь какие–то слуги. Если вашу милость не устраивает порядок, который навели на днях, я могу еще раз кликнуть баб из ближайшей деревни, и они так же отмоют дом.
Катрин сузила глаза.
– Вот именно, так же отмоют. А мне нужно, чтобы отмыли чисто. Так что берись за дело.
Кухарка уперла руки в бока.
– Еще чего. Не успела появиться, а уже командует. Сама–то небось замуж выскочила, чтобы в состояние господина ручки запустить.
Катрин поднялась, и смерила кухарку ледяным взглядом.
– Ты остаешься в этом доме, ровно до тех пор, пока я не найду другую прислугу на кухню. Ту, что умеет держать язык за зубами.
– Это решать не вам, а хозяину.
– С сегодняшнего дня, это решать исключительно мне.
Кухарка недовольно пожевала губами, намереваясь что–то сказать, но сдержалась, видимо решив дождаться купца.
– Пойдем, Селина. – не будем мозолить глаза этим ледям.
– Селина останется! – тоном, не терпящим возражений, приказала Катрин.
Начавшая вставать падчерица замерла, и испуганно вжала голову в плечи.
– Воспитание девочки было поручено мне.
– Ровно до вчерашнего дня. Теперь же это моя забота. – с каким удовольствием Катрин вышвырнула бы эту бабу–серобницу вон. Но не следовало рубить сгоряча. Как никак новой кухарки пока нет, а сваливать эту обязанность на Нитту она не хотела.
Кухарка покинула столовую, громко хлопнув дверью, все три девочки, за столом, вздрогнули. Катрин выдохнула, нужно держать себя в руках, и помнить о благовоспитанности. Хотя, как сохранять вежливость, вот с такими кадрами. Так, до прихода слуг у нее есть еще несколько дел.
– Селина, – обратилась она к девочке, – Мне нужно знать, какая из комнат твоя.
Падчерица бросила испуганный взгляд, и не ответила. Может быть девочка немая? Какая досада! Почему она не догадалась уточнить этот момент у мужа. Стоило предпринять еще одну попытку.
– Леди Селина, вы умеете разговаривать? – девочка широко распахнула глаза, и едва заметно кивнула.
Уже неплохо, по крайней мере она понимает речь, значит договориться с ней можно.
– Тогда скажи, где твоя комната? – Катрин смягчила тон, – Эйрике и Агате нужно выбрать себе по комнате, будет неуместно, если кто–то из них положит глаз на твою.
Селина невольно оглянулась, но она была в столовой одна, верная кухарка чем–то недовольно гремела на кухне, и не могла прийти на помощь.
– Моя комната с Мартой, – едва слышно произнесла она.
– Ты хочешь сказать, что делишь комнату для прислуги с кухаркой? – Катрин нахмурилась.
Падчерица слабо кивнула.
– Как твой отец это допустил?
– Он не знал…
– Что ж, в таком случае, пока не прибыли слуги, мы с вами поднимаемся наверх, и каждая выбирает себе по комнате.
– Я останусь с Мартой. – девочка говорила тихо, но первые слова были произнесены, и говорить ей было уже легче.
– Леди Селина, вы не служанка в этом доме, и поэтому не можете жить на кухне. Ваш отец был бы недоволен, если бы узнал об этом.
Видимо аргумент про отца, оказался действенным. Без удовольствия, но и без возражений, девочка поплелась за мачехой и новообретенными сестрами.
***
Эйрика распахнула дверь, и оказалась в просторной комнате с огромным окном.
– Слишком много места, – задумчиво решила она, и отправилась на дальнейшие поиски, которые привели ее к лестнице на чердак. Потребовалось немало усилий, чтобы отодвинуть люк, но это того стоило.
– Мама, я выбрала комнату!
Когда перемазанная, в пыли и паутине, Эйрика появилась перед Катрин, ту чуть не хватил удар.
– Леди Эйрика, как это понимать? Судя по вашему виду вы выбрали угольный сарай.
– Гораздо лучше, я буду жить на чердаке! – восторженно заявила девочка. Мать ее восторгов не разделяла.
– Жить ты будешь в комнате, как и полагается приличной юной леди. Между прочим, Селина и Агата уже сделали свой выбор.
Младшая дочь выбрала комнату, в которой легко угадывалась детская. Было видно, что комната хоть и давно заброшена, но обустраивалась с любовью, для маленькой девочки. Селина наотрез отказалась возвращаться сюда, и Катрин с легким сердцем разрешила Агате занять комнату. Падчерица выбрала спальню напротив, и по обстановке женщина догадалась, что та принадлежала ее матери.
Эйрика нехотя вернулась в просторное помещение с большим окном, в душе надеясь, что мать не позволит ей занять так много места. Но надежды не оправдались, Катрин хмыкнула, и сказала, что ничего не имеет против.
Прибыли слуги, и мастера. Женщина принялась раздавать указания, считая в душе, что сама сделала бы лучше, но сейчас оставалось только контролировать служанок. Внутри и снаружи дома закипела работа. Понаблюдав некоторое время, за покраской стен, Катрин вернулась в дом, здесь тоже нужен был глаз да глаз.
Селина, воспользовавшись суматохой, сбежала на кухню, Эйрику Катрин сумела обнаружить на облюбованном чердаке, и только Агата смирно сидела в детской, наблюдая, как веселая молодая женщина моет окна.
Давно в этом доме не было так многолюдно. Работа кипела, везде звенели голоса, Катрин сбивалась с ног, появляясь то на первом, то на втором этаже, отвечая на вопросы и раздавая новые указания. В какой–то миг ей захотелось вернуться в свой маленький уютный дом, запереться там, и пусть дела делаются как–то сами. В конце концов, зачем она вообще согласилась выходить замуж? Если бы ей показали этот дом до брака, быть может она и передумала бы. Но подобные мысли не успевали надолго задержаться в голове, так как приходилось приказывать и проверять, и снова приказывать.
– Леди Браст, для замены окон нужно выделить отдельный день, сегодня уже не успеть.
Катрин не сразу сообразила, что обращались к ней, поэтому мастеру пришлось повторить дважды, пока женщина соизволила обратить на него свое внимание.
– Хорошо, кстати, а что с крышей?
– С крышей полный порядок. Мы покрасили стены, подлатали лестницы, завтра заменим окна, ну а дальше, как ваша милость прикажете.
Женщина закусила губу. Может стоило сначала разобраться с ремонтом, а затем уже затевать уборку? Завтра опять грязь нанесут, и снова мыть. Но менять что–либо было уже поздно. Пусть будет как будет. В конце концов, супруг разрешил тратить ей любые суммы на переделку дома? Разрешил. Заодно и проверим, какая сумма трат способна повергнуть его в шок. Пока ушло всего пятьдесят золотых, но так еще не заказана мебель, а потом нужно обновить гардеробы всем обитательницам дома, разумеется за исключением кухарки. Той скоро придется подыскивать новое место службы.
Кстати, легка на помине. Марта накрывала на стол, снова что–то бурча себе под нос. По–хорошему слуг следовало кормить на кухне, но быстрее было накрыть им в столовой, где все разом могли поместиться за стол. Да и пусть не расслабляются, а быстрее едят, и продолжают работу. Сделано было уже много, но Катрин хотела, чтобы к ночи самая грязная часть дел была закончена.
Следующий день прошел менее напряженно. Пара женщин остались, чтобы помыть полы, после замены окон, а остальные, получив оплату, были распущены. Наконец–то привезли вещи, но Катрин больше всего обрадовалась даже не им, а Нитте. Как быстро эта девушка стала незаменимой помощницей в делах. Как же ее не хватало вчера, в разгар грязных работ. Пока женщина отвлеклась на мастеров, Нитта успела разобрать нехитрый гардероб, и даже помочь вымыть готовые окна.
Катрин выделила ей небольшую комнату на втором этаже. Селить Нитту в части для слуг она не хотела, пусть девушка будет поближе, не бегать же самой каждый раз на первый этаж, если что–то понадобится.
Но и этот суматошный день подошел к концу. С завтрашнего дня можно заняться мебелью, вещами, наведением уюта. Наконец–то можно касаться перил, без необходимости мыть после этого руки.
