Хан поднял палец, зачем-то понюхал его и указал наверх:
— Смотри! Оно почти как настоящее — это небо. Здесь всё можно сделать почти как настоящее! Ля, Ло! Если постараться, то никто, сука, и разницы не почувствует! Нахрена тебе вся эта мудистика с Орденами, а, Ло? Сраные боги и божества — жалкие котята по сравнению со мной. Да и ты любому прикурить дашь. Что ты заладила? Ордена… Нюхачи… Да нюхачи — самые никчёмные утырки в этом сраном Упорядоченном!
Хтоний снова потопал ногой и кивнул в сторону выхода с узла:
— Ты бегаешь от меня и от своей судьбы, Ло! Ты на одной хитрости такие миры Хаосу скармливала, что закачаешься! А теперь не хочешь поговорить с этими мудаками с позиции силы? Я тебя не понимаю! Присоединяйся ко мне, и мы надерём задницу всем-всем, кому я не нравлюсь! А дальше ты быстренько свалишь от меня куда подальше, как и хотела! У меня ващет план есть шикарный, как там, на узле Священной Пирамиды, большой шухер навести… У меня ваще всё собрано, у меня народу толкового нет!.. Давай хоть в этот раз, а? А потом свалишь?
С этими словами Хан повернулся, но на том месте, где недавно стояла бабуля Ло, уже было пусто.
Только втягивался в границу узла туманный отросток. А у зарослей на опушке леса лежало несколько тел. Похоже, мёртвых.
— Да ладно!.. — расстроился Хан. — Я перед кем тут, сука, распинался⁈ Ты прямо вот так свалила? И думаешь, я тебя не найду снова?
Построить Прокол Хаоса, как хтоны называли свои переходы, было несложно. Море энергии и маячок — всего два ингредиента. Без любого из них приходилось строить проколы так, будто наугад шаришь в пляжном песке, пытаясь найти серёжку. Не факт, что найдёшь.
Хан подошёл к зарослям и уставился на оставленные тела. Потом пересчитал их и поморщился. Он сейчас смотрел на тех самых хтонов, которые раз за разом помогали ему выслеживать бабулю Ло и её армии. Ставили маячки, чтобы построить к ней Прокол.
— Вот же сука хитрая! — оценил он красоту хода. — Сразу и предала, и вычислила предателей, и вычистила, и свалила. Прямо когда я говорил с ней… Охренеть не встать!..
В душе появилось чувство раздражения, которое грозило перерасти в злость, а потом и в неконтролируемую ярость. Но Хан очистил организм, не дав этому чувству развиться дальше.
— Вот же лять старая! — проговорил он, а потом с тяжёлым вздохом побрёл назад.
А Хаос у него под ногами захватывал маленький узел, чтобы вернуть его в то состояние, из которого когда-то вышел этот осколок земли.
На пустом узле, давно заброшенном жителями, потому что там завелось слишком много порождений, дрогнула туманная стена. Дрогнула и вытянулась огромной кишкой к центру.
Из середины этой кишки выпрыгнула девочка лет десяти. Оглядевшись, она уверенно двинулась к монументу, который нервно замигал остатками энергии, как будто призывая на помощь.
Следом за девочкой из кишки вышла женщина азиатской наружности, прямоходящий волк в коротких джинсовых шортиках и грустное, похожее на черепаху существо, с двумя парами ручек-лапок.
Пока они осматривались, вертя головами по сторонам, девочка как раз подошла к монументу, приложила к нему руку… Из кончиков её пальцев в камень вдруг потекла волна странной энергии.
Монумент мелко задрожал, словно в смертельном ужасе. А знаки Порядка на нём стали очень быстро стираться, уступая место уродливым рисункам Хаоса.
Ну а следом и сам монумент потемнел дочерна, будто покрывшись густой копотью.
— Готово! — с довольным видом отряхнула руки девочка.
— Умница, внучка! — похвалила её пожилая женщина. — Ты, как всегда, виртуозна.
— Спасибо! — девочка расплылась в улыбке. — Но теперь не раньше, чем через полгода… Всё слила.
— Не ссы, пигалица! — отозвался прямоходящий волк. — Мы всех предателей вычистили. Значит, больше пока бегать не надо.
Из туманной кишки начали выскакивать и другие хтоны, тут же бросаясь в разные стороны. Одни без промедления кидались рубить лес, другие — искать камень, третьи — глину. В армии бабули Ло каждый хтон знал и своё место, и род занятий.
А ещё каждый знал, что нельзя филонить — иначе по жопе.
— Бабуля! — волк повернулся к женщине. — А чё это за туфта была про Ордена?
— Дурак! — беззлобно отвесив ему подзатыльник, ответила Ло. — Ты бы тоже, Туриг, послушал! Умные вещи ведь рассказывала…
— Да на кой мне эти умные вещи? Для умных вещей есть ты, пигалица и Туототу! — гыгыкнув, отозвался волк.
— Ага, а ты для глупостей есть! — подначила его Нум.
— А я — для красоты! — гордо приосанился Туриг. — Потому что вы, лысые, уродливы по определению! И только я шерстяной красавец с диким животным магнитизмом!
— О, Хаос! Зеркало больше не проси — не дам! — отозвалась Нум.
— Ну пигалица!.. — расстроился тот.
— Бабушка, а ты про Ордена серьёзно ему говорила? Ты в них сама-то веришь? — нахмурив бровки, уточнила Нум.
— Ну, как минимум, я верю в Орден Хаоса, — улыбнулась бабуля Ло. — И ты поверишь, если правильно настроишь личный кабинет.
— Мы что, тоже служим Упорядоченному? — ещё больше нахмурила брови Нум. — Ты уверена?
— Милая моя, ну мы же живём в Упорядоченном! Как мы вообще можем быть против него? — удивилась бабуля Ло. — Ты сама-то как себе это представляешь? Или тоже решила, что наша цель — вернуть Хаос?
— Жить и не тужить! Вон наше кредо! — гордо оповестил мир Туриг.
— Хан, между прочим, про то же втирал! — напомнила Нум.
— Хан втирал про то, что хочет нагнуть Упорядоченное и сделать всё так, как ему нравится! — поправила девочку бабуля Ло. — А Туриг хочет жить в том Упорядоченном, которое есть сейчас, игнорируя и запросы этого самого Упорядоченного, и обязанности, которые возложены на всех его жителей.
— Бабуля, ты это… Случаем, не в Порядок вернуться надумала? — озабоченно почесал нос Туриг.
— Не дождётесь! — отрезала генерал Ло, блеснув зубами.
— Ну хорошо… А то я уже это самое… Забеспокоился! — покивал волк.
— Да я заметила, что я как только умное что-то скажу, ты сразу беспокоишься, не вернусь ли я в Порядок… Но нет, милый мой! Нет! Просто быть хтоном — это не значит быть дураком.
— Зато я могу прямо тут кучу навалить и жопу об траву вытереть, и никто меня не осудит! — нашёл аргумент Туриг.
— Ага, только помойся потом! — посоветовала Нум. — Иначе сделаем тебе на дворе конуру. И питаться ты, кстати, тоже будешь там!
— Вот только это и удерживает меня от единения с природой! — со вздохом согласился Туриг. — Я даже во!.. Ради вас шорты надел!
— Бабушка, а другие два Ордена, которые Равновесия и Справедливости — они действительно такие сильные? — задумчиво уточнила Нум.
— Не знаю… Я ведь сама никогда ни тех, ни других не видела! — Ло развела руками. — Просто однажды встретила очень старого и умного хтона. Эту сказку он мне и рассказал.
— И что он рассказал про них? — тихо спросила Нум.
— Одни приходят под сияющими стягами Справедливости… Всегда есть первый, но один он остаётся лишь на миг… Не успеешь оглянуться, а за ним уже огромная армия, способная втоптать в пыль своими сапогами всех богов Упорядоченного… Вторые всегда приходят тихо, чтобы не нарушать Равновесия… Они всегда рядом, чтобы нанести удар… И всегда наносят его, чтобы устояло Упорядоченное, — бабуля Ло покачала головой. — Жаль, конечно, что Хан не дослушал! Но он уже потерял разум. Ему рассказывать это бесполезно.
— На нашем первом узле… — Нум вдруг взяла бабулю Ло за руку. — … Если бы там был Орден Справедливости?
— Если бы он был, наш первый узел никогда бы не стал таким… — горько улыбнулась Ло. — Но и мы с тобой так просто не провернули бы наши дела. Они бы нашли. Мы уравновешиваем нюхачей, а нюхачи — нас. Ну а справедливые ограничивают зло, что творят любые разумные. И им неважно, кто потерял берега: хтоны или прихвостни Порядка. А мы с тобой, бывало, их теряли…
— А Равновесие? — нахмурилась Нум.
— А равновесники блюдут баланс. Они всегда слабы, пока чаша весов не начала клониться в одну сторону. И чем сильнее клонится чаша — тем больше силы они получают. И в тот момент, когда их сила позволяет устранить дисбаланс — они наносят удар! — бабуля Ло потрепала девочку по голове. — Так он, во всяком случае, рассказывал. А как оно на самом деле… Кто знает?
