– Хавьер!
Сад ответил тишиной, только от моего крика с ближайшего дерева врассыпную бросились птички с сиреневыми пузиками.
Я подняла голову и взглянула на окна второго этажа. Может бы дворецкий там? Марья просила меня не ходить туда, но теперь уже неважно – я не оставлю половину замка в аварийном состоянии, а оно именно такое, я уверена.
Делать нечего, придется подняться. Срочно нужен Хавьер, пусть подает экипаж и помчимся в деревню, а потом и в столицу если наши деревенские откажутся от работы.
Лестница на второй этаж нещадно скрипела. С каждым шагом мне было все страшнее, приходилось останавливаться и прислушиваться к звукам, чтобы не приведи Создатель не рухнуть, провалившись сквозь трухлявые ступени.
Остановилась наверху лестницы и брезгливо поморщилась. В коридоре пыли как таковой не было, но была грязь. Она комками лежала на полу, на картинах виднелись разводы, а на потолке желтые проплешины – крыша замка протекает.
– Как и у моей бабки, – невольно вырвалось у меня, глядя на все это безобразие. – Хавьер, ты здесь?
В конце коридора виднелась открытая настежь дверь в одну из комнат, и там что-то загрохотало. Испугавшись, что дворецкий куда-нибудь провалился я бросилась туда, но не успела пробежать и нескольких метров как пол затрещал и моя правая нога застряла в дырке. Поднявшаяся пыль из-за лопнувших досок попала в нос, я чихала и плакала от боли, тапочек слетел и на ступне сразу появилась гематома, а из царапины текла кровь. Помимо этого я оказалась в совершенно неудобной позе, и при любой попытке выбраться острая щепка сильнее впивалась в ногу.
Глава 8
Хавьер выскочил из той комнаты, где как я и думала он был, окинул меня встревоженным взглядом и поняв что случилось подбежал ко мне.
– Не стоило тебе сюда ходить, этот этаж проще снести чем отремонтировать.
Мужчина взялся за мою ногу и попытался выдернуть, я же стиснула челюсти чтобы не заорать. Хавьер осторожно вытащил мою ступню, а меня взял на руки и понес к лестнице.
– Надо аптечку, я боюсь что зараза попадет! – плакала я.
– Единственная аптечка в этом замке находится в винном погребе. Там и от мигрени и от душевной боли.
– А зеленка там есть? Бинты?
Дворецкий наградил меня скептическим взглядом и я поняла, какую аптечку он имеет ввиду. Бабуля лечилась винишком судя по всему.
– Так, посиди здесь.
Меня оставили на софе в холле. Хавьер вышел на улицу и я не успела спросить куда он идет, а через десять минут мужчина вернулся и отнес меня в экипаж.
– Куда мы едем?
– К лекарке. На рану нужно наложить повязку.
Остановился экипаж у небольшого деревянного дома минут через пятнадцать, я в очередной раз порадовалась, что замок находится так близко к деревне. Если бы дорога занимала пару часов я бы не наездилась туда-сюда.
– Так, иди сюда, – Хавьер подхватил меня сбоку и помог дойти до двери, сам постучал в нее, а когда она отворилась то сразу внес внутрь.
Хозяйка, старенькая подслеповатая женщина с венком из ромашек на голове, мигом смекнула что к чему.
– Веди-ка ее на лежанку, – скомандовала она дворецкому, а сама уже гремела чашками на кухне.
– Она знает кто я? – спросила Хавьера шепотом. Слишком нервничала я теперь при встрече с селянами, кто знает как они ко мне отнесутся. Если Тимон быстро меня принял, то остальные могут злиться еще долго.
– Айра, Тимон проводил собрание?
Бабушка уже вышла в комнату держа в одной руке глиняную чашу, в другой – чистую ткань. Лекарка обвела нас взглядом и буркнула:
– Проводил. – Посмотрела на меня. – Вы что-ль теперь новая графиня?
– Я… Да.
– Осторожнее будьте, деревенские собираются вернуть себе все что им принадлежит.
– Что… Ай! – на мою ступню полился теплый отвар из чаши, царапину защипало так сильно, что из глаз снова брызнули слезы. И пока я вытирала мокрые щеки, Айра быстро перевязала мне ногу полосками ткани.
– На что Марья тратила деньги вырученные с урожая и фермы, то и заберут. Народ почти год работал за бесплатно, честному слову графине верили! Она все обещала выдать зарплаты, и вот уже пошел шестой год. Померла, к счастью, вот только честно заработанные нам кто вернет?
Я переглянулась с Хавьером, дворецкий только пожал плечами, мол, это еще не все сюрпризы.
– Нужно выяснить, сколько и кому моя бабушка была должна и я все оплачу.
Айра глянула на меня недоверчиво.
– Не обманете?
– Нет, конечно нет! Я только-только приняла дела, еще толком ничего не знаю.
– Ну что ж. Мне задолжали за шесть лет, поскольку люди болели на протяжении всего времени, а куда я от них денусь? Приходилось лечить за спасибо, кто-то рассчитывался яйцами да молоком, кто-то помогал с домом. Живу-то одна, муж помер давно, а дом требует ухода.
– За шесть лет, хорошо, – я кивнула, мысленно прикидывая сумму. – А сколько?
– По два золотых в месяц, итого сто сорок четыре золотых.
Айра говорила это без какой-либо надежды в голосе, но скептическое выражение ее лица мгновенно изменилось, стоило мне согласиться.
– Значит завтра мы проведем еще одно собрание, где все заберут свои честно заработанные. Да, Хавьер? Где-то есть записи о рабочих?
– Есть.
Айра заметно повеселела, засуетилась и убежав на кухню вернулась с бутылкой полной зеленой жижи.
– Отвар вот, делайте примочки два раза в день. Следите, чтобы нога не потела и в рану не попадала грязь.
Я поблагодарила лекаря и мы поехали дальше, Айра провожала нас взглядом стоя у входа в дом пока наш экипаж не свернул на другую улицу.
Поиск рабочих для очистки полей я решила отложить до завтра, все равно ведь всех деревенских придется собрать. Надеюсь, все будут дома вечером.
– Хавьер, я тут подумала, нам не суметь постирать все шторы и постельное вдвоем, нет ли какой службы специальной?
– Только в столице.
– Далеко туда ехать?
– Около часа, но вам сейчас лучше отдохнуть.
Я отрицательно замотала головой. Чем больше я отдыхаю, тем медленнее делаются дела. А огромные окна замка без штор и вовсе делают комнаты не уютными. Небольшой спор с дворецким разрешился в мою пользу, мы заехали в замок, загрузили в карету почти половину из того, что нужно постирать, и отправились в столицу. Поздно я сообразила, что одета неподобающе, но недолгий разговор с самой собой помог выяснить, что мне все равно на то что здесь подобает. Я не на праздник еду, а шторы стирать.
За окошком мелькали поля на которых сорняки росли едва ли не с меня ростом. Разумеется, мне было ясно что это поля моего графства, и я вообще не понимала как привести их в порядок. Только если мужчины выйдут с косами, а потом просто перепахать всю землю и корни растений за зиму сгниют. Размышляя на эту тему я не заметила, как экипаж въехал в город.
Каменные дома в два этажа стояли близко друг к другу, а въезд на другие улицы был через арки. Симпатичные здания с красными черепичными крышами завораживали, мне было непривычно видеть такую архитектуру, но она мне очень нравилась.
На балкончиках горожане выращивали диковинные цветы, и их было очень много, отчего в воздухе витал густой цветочный аромат. Он проникал и в карету, и меня даже слегка замутило. Интересно, как здесь живут люди? Наверное, мне просто с непривычки стало нехорошо.
Я рассматривала женщин, прогуливающихся по площади под руку с мужчинами. Первые были одеты в пышные платья, волосы они не собирали в прически – оставляли распущенными, но некоторые убирали их назад заколками. Мужчины же носили костюмы с удлиненными жилетами, до блеска начищенные сапоги, а на своих лицах – надменное выражение. Впрочем, жители столицы этого мира ничуть не отличались от земных, и мне было привычно видеть кислые лица дам.
Экипаж затормозил у одного из домов, у которого над входом висела вывеска “Прачечная”. Хавьер помог мне выбраться из кареты, я кое-как доковыляла до двери и толкнув ее, мы вошли внутрь. В помещении было пусто и не очень светло. Маленького квадратного окна хватало только на то чтобы слегка рассеять полумрак, а канделябров на стенах здесь не имелось.
