"Фантастика 2024-136". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Ра Дмитрий

  Говоря о особо пристальном внимании господ союзников к внутреннему положению в России, генерал-лейтенант Щукин не кривил душой. Едва только послевоенные сложности в виде революционного брожения в Германии и странах бывшей австро-венгерской монархии пошли на спад и перестали представлять угрозу миру в Европе, как вся дружеская риторика в отношении России у господ бывших союзников моментально пропала. Разгромив своего главного политического и экономического конкурента Германию, Англия и Франция сразу обратили свои взоры против России, считая, что она получила от войны слишком большой кусок каравая.

  С точностью до мелочей, повторялась ситуация, возникшая в Европе сто лет назад после разгрома Наполеона. Не прошло и полгода, как против русского медведя возникли тайные политические союзы, имевшие цель ослабить главного победителя прошедшей войны.      

  Подорванная войной, революцией и массой внутренних противоречий не получивших окончательного разрешения, в 1919 году Россия не имела сил и возможностей для сохранения своего военного присутствия в центральной и восточной Европе. Поэтому, она была вынуждена сразу после подписания мирного договора в Версале, вывести свои войска с территорий щедро политых кровью русских солдат.

  Союзники не преминули воспользоваться этим и стали активно сколачивать вокруг нее так называемый «санитарный кордон» из приграничных с Россией государств. Главная роль в этом кордоне отводилась Польше и Румынии. Оба эти младоевропейцы имели свои территориальные претензии к русской державе, обоснованность которых, господа бывшие союзники всячески поддерживали в приватных беседах.

  Единственным плюсом в этом положении для России было то, что действовали британцы и французы разрознено, преследуя исключительно собственные политические интересы. И действуя  через своих влиятельных людей в Румынии и Польше, они часто мешали друг другу.   

  Напряженное положение было и на Дальнем Востоке, где основной клубок противоречий и интриг был завязан вокруг Китая. С момента окончания мировой войны, положение этой азиатской страны не улучшилось, а только ухудшилось. Не желая возникновения в Поднебесной сильного центрального правительства, Япония, США, Англия и Франция по средствам оружия и денег поддерживали различные генеральские военные клики, поделившие страну на сферы личного правления.

  В результате этих тайных игр, столица Китая в качестве военного трофея переходила из рук одной вооруженной клики к другой, чтобы по прошествию времени оказаться в руках третьей клики китайских милитаристов.

  Напуганные усилением русского влияния в этом регионе Азии, после отделения Монголии от Китая, японцы и англичане начали тайную борьбу по ослаблению России, путем создания очагов напряженности в двух приграничных провинциях Маньчжурии и Синьцзяне. Основным орудием этой борьбы являлись вооруженные банды китайцев, которых в раздираемой гражданской войной стране появилось огромное множество. Получая от японцев и англичан щедрые денежные вливания, хунхузы совершали кровавые набеги на приграничные территории России, грабя и уничтожая мирное население.

  И если в Маньчжурии, Заамурский пограничный отряд при поддержке забайкальского казачества  успешно справлялся с набегами хунхузов на КВЖД и Забайкалье, то в приграничном с Синьцзяном Семиречье дела обстояли из рук вон плохо.

  В отличие от заамурцев, семиреченская пограничная стража была сильно ослаблена мобилизацией в действующую армию и не могла эффективно противостоять потоку бандитских набегов с сопредельной территории. Семиреченское казачество всеми силами помогало пограничникам в их борьбе с бандитами, но создать прочный заслон на пути басмачей не удавалось в виду большой протяженности границы. Особенно эти набеги усилились в конце 1921, начале 1922 года, когда из Лондона, британские фунты широкой рекой хлынули в карманы всему сброду, что осел в Синьцзяне в этот период. 

  Военный губернатор Синьцзяна генерал Цзынь Шужэнь, находившийся на тайном содержании у британской стороны с легкостью закрывал глаза на те беспорядки, что творились на российско-китайской границе. На все протесты русского поверенного в Урумчи, китаец учтиво отвечал, что в обстановке гражданской войны он не может своими скудными военными силами навести порядка на границе и предлагал терпеливо дождаться лучших времен.

  Генерала гораздо больше интересовало положение в центральном Китае, где прошлой зимой произошли большие перемены. Чжилийская военная клика во главе с генералом У Пэйфу наголову разбила войска Аньхойской клики и заняли Пекин. Глава третьей, Фэнтянской военной клики маршал Чжан Цзолинь, холодно отнесся к этой смене власти в столице, однако не предпринял активных действий для спасения своего заклятого конкурента Дуань Цижуя, бежавшего к японцам в Таньцзинь. 

  Губернатор Цзынь Шужэнь, считавшийся пассивным сторонником аньхойцев, с приходом к власти чжилийцев немедленно отправил поздравительную телеграмму У Пэйфу, в которой выражал свою полную преданность новому центральному правителю. Имея в своем распоряжении минимум вооруженных сил, он был вынужден лавировать и изворачиваться ради удержания в своих руках верховной власти над Синьцзяном.      

  К счастью для Цзынь Шужэня, дела в отдаленной приграничной провинции мало волновали глав китайских военных клик. Их главная задача на этот момент заключалась в защите своих собственных территорий от посягательств соперников.

  Генеральный Штаб России внимательно следил за положением дел на юго-восточной границе, где напряженность нарастала с каждым месяцем. Кровавым действиям бандитов нужно было противопоставить силу, в противном случае вся южная граница России в районе Семиречья и Киргизии могла превратиться в зону кровавого противостояния с непредсказуемыми последствиями.

  С этой целью, в стенах Генштаба была разработана операция под кодовым названием «Весна» подразумевавшая ввод русских войск на территорию Китая, для уничтожения отрядов басмачей и установления мира и спокойствия на границе. При разработке плана этой операции, штабисты позаимствовали многие элементы из монгольского похода барона Унгерна. В частности, чтобы полностью отвести от России обвинения в агрессии и аннексии китайской территории, было предложено задействовать иррегулярные воинские формирования, наподобие азиатской дивизии барона Унгерна. Главная роль в этой операции отводилось Семиреченскому казачеству, на базе которого предлагалось создать Особую Семиреченскую бригаду, ударной силы для борьбы с бандитами.

  План получил одобрение со стороны президента России, посчитавшего правильным решением, отсутствие в приграничном конфликте регулярных частей русской армии. Удачное использование опыта барона Унгерна, позволило бы России сохранить свое лицо в Лиге наций, в случаи вторжения русских войск в Синьцзян.

  Для успешного выполнения операции «Весна», Генштаб намеривался усилить казачьи отряды офицерами имевших опыт боевых действий и вот тут-то, господ генералов подстерегало досадное разочарование. Неожиданно выяснилось, что решение усилить Семиреченское казачество офицерами повисло в воздухе, так как сведения об офицерском резерве, красиво представленные начальству на бумаге, не совсем точно соответствовали действительности. Очень многие господа офицеры были согласны вернуться в строй, но категорически не желали идти волонтерами в особую бригаду. Офицерский кодекс чести не позволял им становиться ландскнехтами и ввязываться в китайскую кашу, где уже погиб барон Унгерн. Да и жалование господам офицерам предлагалось обычное, а не двойное, как ожидалось.

  С большим трудом, при помощи обещаний скорого роста в карьере и распределения в европейские провинции страны, Генштабу удалось наскрести определенное количество офицеров, в числе которых был и полковник Покровский.         

  Вернувшись из Монголии, два месяца он пребывал в сильной депрессии, которой лечил исключительно народными средствами. Все это время, Наталья Николаевна мужественно терпела  чёрный период в жизни своего мужа, затем её терпение лопнуло и наступило короткое, но очень жесткое объяснение. Господин полковник был поставлен перед жестокой дилеммой, после чего герой Монголии пить прекратил, но впал в меланхолию, от которой его избавил господин Щукин, очень удачно возникший на жизненном горизонте Покровского. Генералу понадобился  толковый и грамотный человек, для подготовки справки о внутреннем положении в Сиаме, состоянии его армии и определения возможности использования этой южно-азиатской страны как союзника России в этом районе земного шара.