"Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Шервинская Александра Юрьевна "Алекс"

– Если я остановлюсь, вы меня зарубите! – негодующе возопил, пируэтом уходящий от алебарды, школьник.

– Только если продолжишь сопротивляться! – командным голосом продолжила спорить одна из нападающих.

– Да чёрта с два! – Эмия едва успел уйти из под нового удара, оставившего в асфальте хорошую такую зарубку. Ну как для хрупкой девушки с осиной талией, которая и наносила удар. – Вы даже не пытаетесь притворяться, что хотите схватить меня живьём, а сразу бьёте на поражение!

– Семпай, осторожно! – в испуге пискнула Сакура.

– Хорясь! – догнала предупреждение и подтвердила правоту утверждения рыжего новая зарубка на асфальте, рядом с его штаниной.

– И… Давно у вас так? – тихо спрашиваю у Рин, уже накрыв собственное лицо рукой, в попытке спасти разум.

– Минуты полторы, – из той же позы отозвалась Тосака.

– Селла, Лизритт! Что вы творите?! – пришла в себя Илия, закончив оценивать диспозицию, и бросилась вперёд. – Прекратите немедленно! – эффект это имело убойнейший. Горничных как током прошило и Широ тут же был забыт.

– Илия-сама! – найдя взглядом источник голоса, обе девушки ринулись к госпоже, как… ну примерно как Рори кидается ко мне в ситуации «скучала-переживала».

– Семпай! – в свою очередь поспешила к ещё не до конца осознавшему своё спасение парню милая девушка с фиолетовыми волосами.

Сакура ещё только начала суетиться вокруг Широ на предмет обнаружения ран и попыток оказания первой помощи, а Илиясфиль уже распекала двух понуривших головы служанок.

– О чём вы двое только думали?! Маги должны скрывать свои дела от простых людей, а вы даже барьер не выставили и машете тут топорами средь бела дня! Напали на братика Широ, опозорили меня перед Тосакой Рин и её сестрой! И это после того, как я честно проиграла и сдалась в плен! Ладно Лизетт, но, Селла, от тебя я такого не ожидала!

– Простите, Илия-сама, – повинилась, по видимому, та самая Селла, она, кстати и вела весь диалог с ОЯШем во время боя, в то время как вторая хранила гробовое молчание, – вы ушли убивать Эмию Широ два дня назад и пропали. Мы не знали где вас искать и что с вами. Дом, где жил Эмия Широ, оказался уничтожен, у нас не было выбора, кроме как попытаться захватить вашего сводного брата на пути к школе, чтобы выяснить у него что с вами произошло.

– Я проиграла, вот что со мной произошло, – в мою сторону недовольно зыркнули чуточку при этом надувшись, но тут же вернулись к профилактическому вставлению фитилей. – Берсеркер был убит, а меня взяли в плен, – девочка гордо сложила руки на груди. – И как порядочная военнопленная, я должна соблюдать правила, а не нападать исподтишка на тех, кто проявил ко мне великодушие и сохранил жизнь!

– Н-но, госпожа… – попыталась было что-то сказать обескураженная женщина.

– Никаких но! Я – Илиясфиль фон Айнцберн и моя Честь не позволит нападать на члена союза, что честно победил и пленил меня! К тому же, братик Широ замечательно готовит и его потеря недопустима! – последняя фраза прозвучала очень… собственнически. Словно это она тут победитель, и милостиво взяла побеждённого братика в услужение на должность повара. И самое смешное, что я бы не сказал, будто данное заявление как-то сильно дисгармонировало с эмоциональным наполнением всей остальной речи, несмотря на её внешний смысл.

– Признавайся, ты всё это подстроил? – кажется, Сэйбер покусала Рин и передала ей режим подозреваки. Во всяком случае, вот этот недоверчивый прищур… просто ня!

– Я бы хотел сказать «да», но… нет. Твою должность цундэрэ она решила украсть сама. И да, прими мои соболезнования, Рин, – я ухмылялся, уже понимая, до чего договорится кавайная малявка.

– Ладно, – Тосака вздохнула, – я уже видела всё, говори, давай.

– С сегодняшнего дня в твоём доме появятся ещё два жильца. А тебе их где-то размещать.

– М-м-м-м…

– И мы, кстати, поговорили с Райдер, она хочет жить с Сакурой и больше её ничего не волнует, так что даже три, – добиваю девушку.

– Хорошо, – коротко ответила Рин, не выказывая в эмоциях особых переживаний, видимо, и правда была морально готова к чему-то подобному. – И того… Сколько ты даёшь секунд до этого решения? – глядя на и не думающий прекращаться разнос, в ходе которого уже всплыло, что барьер они не ставили, опасаясь насторожить жертву, как бы между делом, поинтересовалась Тосака.

– Три, две…

– … тогда мы тоже сдадимся в плен и будем продолжать заботиться о госпоже Илиясфиль! – донеслась до нас сказанная непреклонным голосом реплика одной из горничных.

– Ты, кажется, назначал Илию своей дочерью? – на меня покосились с тщательно скрытой хитринкой. У кого-то уже созрел план.

– Да-да, я тоже тебя люблю, – сразу поняв к чему она клонит, заверяю девушку.

– Вот и чудненько, – наградив меня умильной рожицей, развернулась на пятках школьница. – Тогда займись размещением её служанок, пока я занята. За одно можешь приставить их к делу – в паре комнат давно никто не прибирался… – интересно, она всегда умела так играть интонациями «коварной хитрюги», или это я на неё хорошо влияю?

– Примите нашу капитуляцию, Эмия-сан, – тем временем по новой взялись за школьника и, за одно, не успевшую от него отойти, Сакуру, красноокие дамы, что пару минут назад пыталась его прикончить, – и позвольте продолжать обеспечивать должный уровень комфорта госпоже Илии.

– Э-э-э-э… – глаза Широ начали активно изображать семафор, запрашивая нашей поддержки.

– Что вы делаете, глупые!? – притопнула ногой мелкая Айнцберн, немного покраснев от стыда. – Меня победил не братик Широ, а Тосака Рин и её Слуга! – в нашу сторону ткнули пальцем, для наглядности образа, так сказать.

– Примите нашу капитуляцию, Тосака-сама, – безропотно сменили позицию девушки, склоняясь в поклоне уже передо мной с Рин. Прошу заметить! Широ у нас был просто «сан», а Рин с ходу возвели в «сама». Чувствую, не избежать Эмии гнобления со стороны «личных слуг», ох чувствую…

– Я принимаю вашу капитуляцию, – с царственным видом, в пол оборота к горничным Айнцбернов, произнесла моя девочка-волшебница, – но, с вашего позволения, я сейчас спешу. Это Сефирот, – удостоился я представления, – он главный, выполняйте его приказы, об остальном расскажет Илия-тян. Эмия-кун, – девушка начала шагать, – не задерживайся. Сакура-тян, пойдём быстрее, – и милая добрая Рин едва ли не за шкирку погнала всех «причастных» в школу.

– Какой потенциал, – я восхитился, – из неё выйдет превосходный Мастер Гильдии.

– Что ещё за гильдия? – заинтересованно спросила подошедшая ко мне Илия, боевые горничные невозмутимо пристроились за ней. Угу, с зачарованными алебардами наизготовку.

– Да так… мысли и планы, – я вздохнул, как бы забавно это ни было, но особнячок Тосаки всё же действительно не резиновый. И если эта пара горничных туда ещё поместится, то вот кто-то ещё – уже вряд ли. В том, что это «ещё» точно будет, я не сомневался – пока ОЯШ не признается в своих чувствах «той единственной» или не заделается реальным гаремовладельцем, вселенная будет подкидывать ему новых милых девушек каждый «новый сезон».

Проводив спины школьников взглядом, а за одно расслышав как Сакура начала деликатно выяснять у Широ почему дочь мистера Майера называет его братиком, я переместился, теперь уже вместе с боевыми горничными, обратно в домик Рин, где я представил новых «пленных» старым гостям. Ну и проинструктировал заодно, чего уж там.

– Значит так, – убедившись, что все осознали новую диспозицию и запомнили имена гомункулов, сосредотачиваю внимание на этих самых гомункулах, – в подвал без разрешения не заходить, на обитателей дома не нападать, ваши стрёмные шапко-капюшоны снять и не мотать ими мне нервы с чувством эстетики, – девушки замешкались.

– Делайте, – вздохнула Илия, продолжая всем видом изображать гордость и независимость, хотя внутри изрядно робела и, по всей видимости, думала только о том, чтобы не ударить в грязь лицом.

Служанки возгласу хозяйки повиновались и таки избавились от этого ужаса, открыв мне вполне миленькие белокурые причёски. Разговорчивая Селла носила длинные, распущенные волосы, молчаливая Лизритт стриглась до уровня подбородка, плюс, её волосы закручивались кудряшками. Помимо этого к отличительным чертам можно было отнести немного разную цветовую гамму формы: у Селлы – бело-синюю, у Лизритт – бело-чёрную, а также размер груди: Селла – двоечка, Лизритт – уверенные три с половиной. В остальном девушек можно было принять за близнецов, каковыми они, в принципе и были, с биологической точки зрения, ибо являлись гомункулами выращенными на основе одних и тех же генов. Если я правильно понял из памяти Илии, которую, впрочем, напрямую к работам по выращиванию гомункулов не допускали, тренируя исключительно в боевом аспекте магии, в семье Айнцберн каждый гомункул создавался под конкретные задачи, с конкретными характеристиками, которые задавались ещё на стадии эмбриона. Тем не менее, основа была у всех женских «моделей» одна и та же. Некая Юстиция Лизрич фон Айнцберн – то ли последняя из рождённых естественным путём глав семьи, то ли некогда достигнутая вершина мастерства в области создания гомункулов, что до сих пор пытались превзойти потомки. Точно Илиясфиль не знала, так как никогда не заморачивалась подробностями столь давно минувших дней, а учителя и сами не спешили привносить в сию тему однозначность.