Выживальщик. Дилогия (СИ) - Поселягин Владимир Геннадьевич

– Вот что, Шевцов, – ткнул в меня своим пальцем левый. – Из‑за тебя моя машина пулями повержена. Ты парень не бедный, плати за ремонт.

– С чего ли? – усмехнулся я, меня ситуация позабавила скорее.

– А не то твою сожгу.

Я убрал руки за спину, как будто сложил их там, в это время сзади раздалось:

– Гена, сынок.

Я удивлённо стал поверчиваться к какому‑то мужику, что явно обращался ко мне, а эти двое громил вдруг ломанулись прочь. Ах да, в ладони правой руки же зажат «ПБ», коими попугать хотел, те увидели и ломанулись прочь. Ладно, тьфу на них, позже с грузом на дно реки отправлю. У меня тут жёны и дети, мало ли что этим кретинам в голову придёт. То, что те умом скорбны, они уже доказали, просто подойдя ко мне. Не пойму, что за мужик, и почему сыном назвал? Стоп, а у Гены что, живой отец? Никогда не интересовался. Причём в двух мирах.

– Вы ещё кто? – спросил я.

Вообще территория домового комплекса, его можно назвать элитный, хотя считаю, что средней цены тут квартиры, был окружён решёткой ограды. Я к лестнице шёл, чтобы подняться на пандус и к двери подъезда. И тропинка шла у детской площадки рядом с оградой. За ней подъездные пути и парковка была. Одна из четырёх. Мужчина как раз за оградой стоял. Это был высокий мужчина, на полголовы выше меня, благородная седина, ухоженное лицо и тело, явно не дешёвый костюм, который тот видно что носить умел. Гордый разворот плеч. В чертах лица да, есть что‑то схожее с моим. Та же ямочка на подбородке. У Сани такой ямочки нет. Второй уже судорожно искал информацию по этому типу, я же, изучая его, услышав ответ:

– Я твой отец. Ты видимо меня не помнишь, когда я ушёл, тебе было три годика. Последний раз мы виделись, когда тебе было тринадцать.

– Ну ушёл и шёл. Что надо?

– Не думал, что ты меня так встретишь, – подпустил тот в голос обиду, расстроенно на меня глядя.

Я уже прибрал пистолет, в хранилище, и только хмыкнул на эту игру, этот тип мне не нравился, и это факт:

– А что ты хотел? Как ушёл ранее, так и сейчас вали, мне с вами, неизвестный господин, общаться не досуг, отбываю к месту службы, знаете ли.

Я повернулся чтобы уйти, общаться мне с ним действительно желания не имелось, при этом изучал что нашёл Второй. А тот неплохо накопал. Кстати, в прошлой жизни я также бывая в теле Гены Шевцова, почти до конца лета двадцать третьего прожил, и там этот тип как‑то не мелькал. А тут появился. Что изменилось? В соседнем мире Земли я тоже ещё побываю, тут уже не знаю когда, но если потребуется, то оказавшись в том мире, выясню, что там было по отцу Гены. Просто интерес утолю. Так вот что нашёл Второй. Тот оказался преподавателем, да не простым, доцент мединститута. Работает там, похоже с момента как покинул семью. И женат. Именно, это не новая жена, я так понял, развода с матушкой не было. Та подавала в суд, чтобы развестись, двадцать лет назад, но суд отказал. Больше та не подавала. При этом тот живёт с женщиной, судя по фотографиям в соцсетях, включая удалённые, у него их много было. С последней трое общих детей. Десять лет уже вместе. Видимо с ней всё серьёзно, но развод тот всё равно не оформлял. А работает тот в Екатеринбурге, значит специально сюда приехал. Эта вся информация, что так быстро нашёл Второй. Потом ещё больше накопает, но мне и этого хватает. Я же больше подивился как сложилась жизнь семьи Шевцовых. У отца Геннадия явно всё в порядке. Трёхкомнатная квартира в хорошем районе, работа, публикации, докторская степень. У двух его сыновей и жены своя жизнь, от которой тот явно отгородился кирпичной стеной. А сейчас чего изменилось, чего появился?

Интересно. Хм, знаете, да любопытство проснулось, поэтому я вполне ожидаемо получил просьбу в спину:

– Подожди, Гена, нам нужно поговорить.

Остановившись, сделав вид что задумался, и поправив лямку рюкзака, груза всё же почти сорок килограмм, направился обратно к забору

– Ладно, говори. Только время не тяни, у меня через три часа поезд.

– Ко мне журналисты приезжали, брали интервью по тебе.

Я же хохотнул, вот в чём дело, так что усмехнувшись сказал:

– А тебе и рассказать нечего. Детей бросил в детстве.

– Понимаешь, там ситуация так сложилась… Может поговорим где в ресторане, а не через ограду?

– Время‑время, – напомнил я.

– Да‑да, я помню. Я болен, опухоль в голове прогрессирует, нужна дорогостоящая операция. Такие делают только в Москве. В одну такая очередь, я не доживу. Вторая платная. Хм, знаешь, ты мой последний шанс.

– Я бы сразу мог сказать нет, как и любому для меня чужому человеку, но я всё же спрошу у матушки, – после небольшого раздумья, сообщил я.

Действительно достав телефон, и лёгким шагом дойдя до калитки, до неё метров двадцать было, вышел наружу. Матушка ответила не сразу. Та, как оказалась, в душе была, одна из моих жён принесла той телефон, и вот всё же ответила.

– Мама, тут мой биологический отец появился. Просит денег, мол, опухоль у него. Я последняя надежда.

– Если есть, дай, – без особых раздумий ответила та, причём спокойно без надрыва, а явно осознавая, что говорит.

Ответ, надо сказать, меня не то чтобы ошарашил, а выбил из колеи, удивлённо разглядывая отца Гены, это мне он никто, уточнил:

– Я не ослышался? С чего бы такое решение?

– Ты может не помнишь, а Толя всегда помогал. На любой мой звонок примчится. Деньгами тоже. Ну гулёна он, я давно смирилась, мы потому тихо и расстались.

– Понял, – отключив звонок, но не убирая телефон, уточнил. – Сколько нужно?

– Семьсот тысяч долларов.

– Это только за операцию?

– Да.

– За реабилитацию?

– Там я уже найду средства.

– Хм, ну идём, с внуками познакомлю, и жёнами. Ну и деньги переведу. Счёт в долларах в каком банке?

– Вот, – тот вошёл в программу на телефоне, и показал счёт.

А пока мы проходили в подъезд поднимались на лифте на нужный этаж, я перевёл тому миллион долларов. Именно в них, не в рублях. У меня пара счетов есть, один в Китае. Другой в Белоруссии. Храню часть активов там. Ну а отец Гены меня расхваливал, и жён похвалил, глядя на них масленым взглядом. Права матушка, такого только могила исправит. И детей на руках покачал. С матушкой кстати тепло обнялись, видно было. Ну и к столу пригласил, жены накрыли, перед отъездом решили меня побаловать. Они больше наготовили, отдельно судки с салатами и разными блюдами стояли. Я незаметно прибрал в хранилище чтобы не остыли. А так глядя как отец Гены воркует, только чуть улыбался. А ведь тот прав, как не взгляни, я получается его полная копия. Ну только внешне, сходство да, большое, но и в делах. Учёную степень получил, закончив вышку, пусть и военную, женщин много имею. Правда не по одной в длинной цепочке жизни, а разом. И вкусы видно совпадали. Да в его возрасте все молодые, красивые и фигуристые нравятся, так что не удивительно. Сделали несколько общих снимков. Пообщались. Я тому разрешил навещать внуков. В принципе, матушка дала добро, на том и расстались. Причём, только с жёнами и матушкой прощался, а так на такси с новым родственником доехал до вокзала, и тот приводил меня в путь. На этом и попрощались. Вот как жизнь закрутила. Не ожидал таких событий, и надо же, как всё повернулось. А опухоли у того уже нет, убрал. Точнее уменьшил и сделал доброкачественной. Через год сама исчезнет. Деньги пусть себе оставит. Хотя увидим, что тот с ними сделает, составлю о нём своё мнение. Если постарается вернуть, приму как отца Гены, сейчас пока не решил, если нет, что ж, пусть живёт как знает. Вот с такими мыслями и отбыл на Юг. Командировку сегодня закрыл, так что по бесплатному билету для военных и отбыл.

Две наложницы со мной, в хранилище. Ещё я их не оставлял, прибрал, когда те в спальне были чтобы матушка и отец Гены не увидели. Обратная дорога прошла тихо, писал статьи на ноуте, но лёжа на полке. Столик постоянно занят был, однако так даже как‑то и работалось лучше. Закончил очередную статью, проверил, и отправил ту в одно из военных издательств. Кстати, закрытое. Доступ имеют не все. Журналы, что оно выпускает, я кстати не без интереса читаю, подписан. По прибытию, узнал, что меня с простого патрульного, подняли выше в должности. Я теперь службу несу в координационном центре охраны тыла, командую тут. Дежурным. А мои смены ночью, на это время поставили. Так что обрабатываю информацию и направляю к обнаруженным местам боевиков, а то и диверсантов, группы охраны тыла. В принципе тоже работа серьёзная. Я два своих разведывательных дрона запустил, мониторили наши тылы. Часто одного разведчика направлял к нацистам. Там боевой отряд работает, причём разделили их на два, мелкие группы получились, но стало возможно работать двух местах. Разведчик в небе находил цели и наводил группы, так что работали те. И быстро перемещались на сто километров в сторону, чтобы поисковые мероприятия велись не там, где нужно. Так что служба и пошла. Я вроде и не на передовой, где мышцы в бою размять хочется, адреналина хапнуть, но с другой стороны не только службу несу, но и участвую в боях.