– Э…
– Тогда моя сестра, Моргана, что и до этого… выказывала мне знаки внимания…
– Ик!
– …смогла получить мою семенную жидкость и создать гомункула, известного всему миру как Мордред.
– Т_Т…
– Сефирот?
– Х_Х…
– …
– Тьма, за что?! Мне же теперь с этим жить… Гендерная интрига, мальчико-девочки и девочко-мальчики. И это было ещё полторы тысячи лет назад. Чему тогда удивляться, что в свободное от учёбы время девочки-волшебницы в своих подвалах призывают тентаклиевых монстров из космоса?!… – кошусь на бутылку… Я с этим миром алкоголиком рискую стать.
– Простите, я жила много раньше и не знаю эту легенду, – подала голос Медея. – Не могли бы вы объяснить, из-за чего случилась трагедия, если Мордред был тем самым наследником, ради которого всё это и затевалось?
– Мы с Морганой – кровные родичи, причём близкие, – пояснила Артурия, – кроме того, я была официально жената на леди Гвиневре, так что помимо того, что Мордред была плодом магии, она ещё являлась и «плодом греха». Знать бы не приняла такого наследника.
– Была? – с ощущением достижения новых глубин, осторожно выделил опасное слово я.
– Да, – кивнула Сэйбер. – Мордред была девушкой и моей точной физической копией.
– У-у-у… – от картины того, что всё это происходило не с одной, а с двумя милыми зеленоглазыми девочками, одна из которых, вот вообще без шуток, стопроцентная принцесса-рыцарь, мне стало совсем плохо.
– Но, она же была гомункулом? – покосившись на моё скрючившееся над столом тело, обозначила удивление Илия, – в чём проблема? Магия полностью нивелирует любые возможные негативные эффекты от близкородственного союза, более того, с точки зрения линии крови это даже полезно закреплением наследственных признаков и «родословной».
– Пятый век и простые люди… – мрачно отозвался вместо мечницы я, наблюдал, как заряжается моё пойло, – есть подозрение, что они не сильно заморачивались тонкостями магических родословных.
– Верно. Мордред была прекрасным рыцарем и достойным товарищем, а её восхищение «Королём Артуром» льстило, но она не могла быть признана моим наследником… – я представил себе эту картину: восторженная девушка, лет семнадцати-двадцати, а скорее ещё меньше, если она гомункул и создавалась с ускорением роста, узнаёт тайну, мчится на крыльях счастья к кумиру, рассказывает всё своему, прости Предвечная, «отцу», а в ответ слышит… типичный ответ этой кудэрэ о том, что признание невозможно. Если до этого меж ними нормальных разговоров не было вообще или было их мало… это должно было быть реально «с разбегу и об столб». В таком состоянии и так настроение должно быть не очень, а уж если в этот момент ей ещё что и Моргана шепнула, которую Артурия, зная её характер, сто процентов бы отшила… м-да. Это просто трындец, товарищи, полный и безоговорочный.
– Прошу прощения, я на минуточку. Мне нужно в лес…
– Побиться головой о дерево? – Рин смотрела на меня с пониманием.
– Верно. Скоро вернусь, – блинк.
Двадцать минут и два гектара горящей (а ещё раздолбаной в щепу, промороженной и залитой годовой нормой осадков) сибирской тайги спустя.
– Итак, Лешего в вашем мире нет, а жаль, – вышел я из телепортации, после чего взял уже заряженную бутылку и от души набулькал себе в стакан. – Тем не менее, меня немного отпустило, – осушаю одним залпом, – однако, ввиду новых обстоятельств, планы нужно немного скорректировать.
– Почему-то мне кажется, что это мне не сильно понравится… – Рин прищурилась.
– Нет-нет, я планировал провести осмотр Широ для снятия схемы магических потоков и определения его наилучшего развития, как моего ученика, но… у нас же тут есть ещё два «свободных слота» в Ритуале. И один из них как раз Кастер…
– Сефирот. Что. Ты. Задумал?! – Тосака смотрела на меня оч-чень нехорошо.
– О, ничего такого, я просто горю желанием пообщаться с одним уважаемым британским магом, что так поиздевался над моей Дамой Сердца!
– Я всё ещё настаиваю, что я не могу быть твоей Дамой Сердца… – зажато произнесла Сэйбер. – После моего рассказа ты должен был понять…
– Нет. После твоего рассказа, я очень хочу тебя обнять, погладить по голове, сказать, что всё будет хорошо и угостить пироженкой. А вот Мерлину будет неплохо запихать в задницу коленвал от трактора Беларусь. Для начала. Потому, я хочу призвать его в качестве Кастера… на предметный разговор о поведении и его моральном падении, – а ещё, вполне возможно, что на «серьёзный разговор» требуется «вызвать» Моргану и Мордред, судя по Артурии, им троим реально нужно как следует поговорить. Вот только будет ли это уместно и не нанесёт ли ещё большую душевную рану моей вайфу? Вопрос… потому и начинать нужно с Мерлина, там-то уж точно всё просто. – Этот конченный изврат должен умереть! Даже если для этого мне придётся его сначала воскресить!
– Что-то не нравится мне его взгляд, – поделилась сомнениями Лувия.
– Едва ли не впервые, но я с тобой согласна, Эдельфельт, – кивнула Рин.
Некоторое время спустя. Чердак.
– Пчхиии, – Илия недовольно чихнула, – нужно будет потом направить Лизритт убрать здесь всё. Эй, Супермен с ушками, почему мы не могли сделать всё это в подвале?
– В подвале нельзя – там куча оборудования, помехи от призыва могут его повредить или дестабилизировать и запороть мне всю работу.
– А пять метров разницы как нас от этого спасут? – продолжала возмущаться девочка, так, для порядку.
– Подвал изолирован от внешних колебаний, с магической точки зрения, он представляет собой отдельное пространство, эдакая «вакуумная камера». Точнее, операционная с гальванической развязкой и автономным питанием, если выражаться современными терминами.
– Вот вообще ясности не внёс, – пожаловалась на жизнь Рин.
– Сефирот, ты уверен? – подхваченная событиями Сэйбер, кажется, начала понимать, что призыв Мерлина – это вот взаправду. Это вот именно то, что сейчас будет и что я уже делаю.
– Да. Возможно, с вашей точки зрения, я страдаю ерундой, но… моя психика и чувство прекрасного, что перенесли подобное надругательство, взывают о мести. К тому же, сами говорили, что нам нужны жертвы для Грааля.
– Но Мерлин не такой уж плохой. У него есть странности, но он заботился обо мне всю жизнь, – попыталась переубедить меня рыцарь.
– Я дам ему шанс оправдаться. Если он такой великий Маг, как ему приписывают, ему хватит минуты, чтобы убедить меня не заливать ему кипяток в штаны.
– Звучит так, будто ты не собираешься давать ему и шанса себя переубедить, – вывела меня на чистую воду Рин. Вот в кого она такая проницательная?
– Кстати, спасибо, что напомнила. Широ, включи чайник, я не просто так его сюда нёс и искал розетку, – указываю парню на означенный бытовой прибор, примостившийся в уголочке.
– Он же – Героическая Душа, обычный кипяток его не проймёт, – лениво заметил Арчер, пока его молодая копия выполняла команду.
– О, не беспокойся, я напитаю его шикарным коктейлем из маны Смерти, Тьмы и Огня, так, что проймёт и полноценного Бога, – с энтузиазмом посулил я, завершая подготовку узора.
– Я против того, чтобы моя сестра смотрела, как ты заливаешь в штаны мужчинам кипяток, – строго предупредила Рин, подпирая сложенными руками грудь.
– Я тоже, потому настоятельно рекомендую всем личностями младше полутора тысяч лет покинуть, наконец, аудиторию. Я вообще не знаю, чего вы сюда набились, как шпроты в банку. Широ, вам обоим вообще выговор с занесением в личное дело, я тут собираюсь филиал Ада устроить с пытками и расчленёнкой, а вы свою младше-старшую сестру притащили, хотя ей спать давно пора.
– Никто меня не тащил! Я сама пришла! – недовольно возразила Илия, до того как оба Эмии успели хоть что-то сказать. – Ты переделывал круг призыва, как я могла это пропустить?!
– Я уже почти закончил, так что бери своих непутёвых братьев и пусть рассказывают тебе сказки на ночь. И Широ, – поворачиваюсь к рыжему. – НЕ ПЫТАЙСЯ…
