Араи подхватил рюкзак, и втроем мы покинули наше временное укрытие. Поначалу мы шли молча, и мне казалось, одна лишь я чувствовала неловкость этой тишины. Араи выглядел безмятежным, Кадзуо – расслабленным, и я, испытав легкое раздражение, лишь понадеялась, что они оба просто хорошо скрывают свои истинные чувства.
Мы без труда отыскали домик для азартной игры. Араи настоял, что сыграет сам, как и говорил с самого начала, и я пошла с ним, а Кадзуо остался ждать нас на улице.
Араи привычными движениями откинул крышку шкатулки с росписью в виде кои, а затем – с изображением гейши. Какую ставку он сделал, я увидеть не смогла. Мне показалось даже, что Араи намеренно закрыл широким рукавом каригину [209] выведенные на васи [210] иероглифы. Следующие несколько напряженных минут размышлений завершились нашей победой, и я с облегчением выдохнула. Как я и хотела, игра отвлекла меня от кипящих в душе противоречивых чувств – их накал немного спал.
Покинув домик для азартных игр с потяжелевшим от припасов рюкзаком, мы увидели Кадзуо, который о чем-то сосредоточенно размышлял, прислонившись к стене здания напротив. Тяжесть его мыслей выдали нахмуренные брови и поджатые губы, но стоило Кадзуо поднять взгляд и увидеть меня и Араи, как его лицо разгладилось.
– Можем возвращаться, – произнесла я, разбивая тишину.
– Я бы зашел в какой-нибудь магазин по пути, – произнес Кадзуо. – Мне бы не помешало сменить одежду.
– Они вроде там. – Араи кивнул влево, и мы, направившись в ту сторону, зашли в магазин, который казался целее остальных, находившихся поблизости.
Кадзуо прошел в отдел мужской одежды, несколько недовольно посмотрев на разбросанные повсюду вещи.
– А я был бы не против найти что-нибудь, что поможет скоротать время… Посмотрю дальше по улице, – предупредил Араи. – Увидимся снаружи минут через пятнадцать?
– Хорошо, – послышался голос Кадзуо из-за одной из стоек.
– Я с вами!
– Тогда пойдем, – позвал Араи, и я, не оглянувшись, последовала за ним, чувствуя, как загорелись щеки.
Пройдя вперед по улице, мы завернули за угол.
– Я бы хотел найти какую-нибудь книгу, головоломку или настольную игру, – пояснил Араи. – Хочется хоть чем-то здесь себя занять.
– Да, – согласилась я.
Бездействие в таком месте не просто вызывало скуку, оно было опасно. Не занятые ничем мысли начинали собираться вокруг наиболее тяжелых воспоминаний, а в душе незаметно, но стремительно разрасталось уныние, печаль и даже отчаяние.
Стоило пройти пару шагов, как впереди мы заметили троих о чем-то переговаривающихся людей. И хоть слов было не разобрать, в их голосах явно слышалось напряжение, а у кого-то – даже страх.
Я хотела было зайти в ближайший магазин, чтобы избежать ненужного столкновения с другими участниками, но что-то меня остановило. Я внимательнее всмотрелась в незнакомцев и поняла, что очень даже их знаю. Высокий мужчина в черной одежде – это явно Тора. Парень в яркой рубашке и с рыжими волосами – Акагэ. И третий, спортивного вида мужчина среднего роста с очень короткими волосами, – Сэнси.
Араи тоже их узнал:
– Пойдем обратно, не хочется портить себе настроение. – Он покачал головой и потянул меня дальше.
Но я не спешила уходить. Что-то в голосах Торы, Сэнси и Акагэ меня насторожило, вызвало нехорошее предчувствие.
– Подождите, Араи-сенсей… – попросила я и направилась к ним.
– Тебя ничему жизнь не учит, Хината-тян? – тяжело вздохнул Араи и взял меня за предплечье, пытаясь остановить.
Но я уже успела приблизиться достаточно, чтобы за тремя фигурами разглядеть четвертую – на земле.
И слишком много красного вокруг.
– Проклятье, – с досадой бросил Араи, и я невольно сцепила зубы.
К моему удивлению, страха я не почувствовала, лишь раздражение на грани злости и неприязнь. Неужели эта компания убила кого-то? Причем даже вне страшной истории?
Я снова дернулась в их сторону, но Араи остановил меня теперь куда решительнее и сам вышел вперед. Подойдя еще ближе, я наконец узнала того, кто полулежал на земле, у стены одного из зданий.
Атама.
Обычно разделенные ровным пробором гладкие волосы были растрепаны и перепачканы в пыли, на рубашке и жилетке выделялись, ломая привычный холодно-аккуратный образ, бурые пятна.
Я остановилась, пораженная увиденным. Я успела привыкнуть ко многому и ко многому была готова, и все же… Почему-то увидеть Атаму, лежащего в луже крови, я совсем не ожидала.
Араи усмехнулся, удивив меня своей реакцией:
– Вы все-таки решили от него избавиться?
Акагэ испуганно дернулся и, повернувшись, удивленно посмотрел на нас. Сэнси остановил тяжелый, мрачный взгляд на мне, а Тора медленно обернулся и, оглядев Араи сверху вниз, невозмутимо предположил:
– А может, это убийца вернулся на место преступления?
Видимо, Тора вспомнил короткий разговор между Араи и Атамой после кагомэ… Когда Тора угрожал мне, Араи посоветовал ему не давать повода для своего убийства. Одзи не воспринял слова Араи всерьез… В отличие от Атамы.
«Он вполне способен на убийство».
«На твое уж точно».
– Хотел бы, чтобы это было так, но кто-то меня все же опередил, – отозвался Араи.
Сэнси, прожигавший меня пристальным взглядом, спросил:
– Это твой друг сделал, да? – Его голос был тихим, но в нем слышалась угроза.
Я на мгновение растерялась, не понимая, что имеет в виду Сэнси. А затем вспомнила стычку между Хасэгавой и Атамой, свидетелями которой мы с Сэнси стали.
Нет, Хасэгава не способен на такое.
– Конечно нет, – возмутилась я, а затем добавила: – Тем более Хасэгава-сан ненавидит кровь.
Тора весело уточнил:
– И это единственная причина?
– Вижу, потерю союзника ты не особо оплакиваешь, – приподнял бровь Араи.
– Кто-то бы стал оплакивать Атаму? – пробормотал Акагэ.
И я не могла не согласиться с его словами.
– Атама был с нашей командой, но никогда не был ее частью, – пожал плечами Тора. – Он оставался с нами, пока находил это выгодным. Мы относились к нему так же. Так что можно лишь порадоваться, что он умер, не успев всадить никому из нас нож в спину.
Мне ни капли не было жаль Атаму. Напротив, я старалась не думать об этом, но, кажется… его смерть даже принесла мне облегчение.
Я не знала, это проклятое место делает меня такой или же оно лишь… открывает мою суть?
В любом случае смерть Атамы не тронула даже тех, кто вместе с ним не раз боролся за жизнь. Я не собиралась чувствовать вину за то, что питала отвращение к этому человеку.
– Сэнси не сомневается, что это убийство. Но я не настолько уверен и не могу исключать самоубийство, – добавил Тора, безразлично глянув на труп.
Я округлила глаза удивления. Атама покончил с собой?
В это я поверить не могла.
– С чего бы ему убивать себя? – с нескрываемым сомнением в голосе спросил Араи.
– Какая теперь уже разница. – Акагэ передернуло. Он явно хотел убраться отсюда подальше.
– Мне тоже интересно, почему Атама решил так поступить. Если это, конечно, все-таки самоубийство. Не ожидал от Атамы подобного. Но при этом я не вижу причин и для убийства. У Атамы даже красть было нечего.
– Зато было за что ему мстить, – заметила я.
Тора помедлил с ответом:
– Может, и были причины для мести, вот только не осталось тех, от кого ее стоило бы ждать.
Араи снова усмехнулся:
– Если это действительно самоубийство, то получается, вы даже хладнокровного психопата довели. Смотрите, как бы ваша команда совсем не развалилась.
Тора пренебрежительно посмотрел на Араи:
– Наша команда всегда побеждает. А смерть одного союзника… – Он снова пожал плечами. – Здесь это со всеми бывает, да, Акияма-сан? – Тора явно подразумевал Кадзуо, и я сцепила кулаки от негодования.
Я хотела было ответить, но меня опередил другой голос:
