"Фантастика 2024-187". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Сухов Александр Евгеньевич

– Хорошо, а теперь, думаю, ты вполне готова сыграть что-нибудь своё, – вдруг проговорил Альвис. – Помни, чему я тебя учил до того, как мы начали занятие…

– Сперва мне нужно подумать над содержанием моей музыки. Представить то, что мне важно и значимо, затем прикоснуться к инструменту и постараться пережить каждую его ноту так, как этого хочет моя душа, – Бонни бегло повторила слова Альвиса, и теплота в его взгляде позволила ей почувствовать уверенность в собственных силах. «Всё верно», – глаза капитана ответили без слов.

С приятным трепетом Морган потянулась к струнам и сосредоточилась на чувствах внутри себя. «Видел бы меня сейчас папа, что бы он сказал, глядя на меня и Альвиса в этот момент?»– вдруг подумалось Бонни, и она приступила к игре.

Её мелодия началась тихо и нежно, почти невесомо. С каждым новым звуком она несла в себе новый виток мыслей-воспоминаний. Сперва музыка была наполнена бодрыми и энергичными нотами, схожими с далёким беззаботным детством Бонни. В тонком, грациозном звучании арфы словно оживал уют её родного дома. Будто осязаемыми становились нежные родительские объятия, балующие и полные бесконечной любви.

Постепенно мелодия приобретала более глубокий тон, отражая время, когда Бонни была подростком. Вот отец ушёл в дальние странствия, а мамы не стало. После короткой и удивительной встречи не стало отца. Из плавной и ласковой музыка переросла в лавину быстро несущихся грубых звуков и зазвучала с надрывом. Вся горечь и боль Бонни была выражена в этой мелодии, но это были лечебные для неё звуки.

Внезапно в звучание музыки ворвался громкий и пронзительный визг. «Что это было?» Бонни с тревогой прекратила играть. Со стороны океана доносился звук, похожий на глухой, жалобный скулёж, то усиливаясь, то затихая.

– Будь здесь, я проверю, что там, – проговорил Альвис, резко поднявшись.

Не смея противоречить, Бонни встала, наблюдая за удаляющимся капитаном. Пройдя вдоль береговой линии, он вдруг остановился, а после нырнул в воду.

«Что там такое?» – взволнованная происходящим, Бонни оперла арфу на ствол дерева и побежала по следам Альвиса. Чем дальше он уплывал от берега, тем тревожнее ей становилось.

Вскоре в волнах океана Морган разглядела голову собаки, туго стянутую рыболовной сетью. Животное отчаянно скулило, пытаясь освободиться, но все его усилия казались напрасными.

«Бедняга», – посочувствовала Бонни, глядя на измученного зверя.

Альвис тем временем быстро преодолевал расстояние между собой и попавшей в беду собакой. Наконец, капитан оказался в достаточной близости от животного, чтобы ухватить сеть и начать распутывать её. Несколько мгновений – и собачья голова была освобождена. Однако ситуация разрешилась не полностью. Почувствовав свободу, собака быстро стала грести к берегу, на свою беду стягивая обрывки сети на передних лапах так плотно, что ими стало невозможно двигать. Оказавшись в очередной ловушке, животное беспомощно заскулило от страха и боли.

– И куда ты спешишь? Глупый ты пёс! – Альвис, разозлившись, схватил нити сети и поплыл к берегу, утягивая собаку за собой.

«Доверься капитану, друг, если хочешь жить!» – воскликнула про себя Бонни, наблюдая за происходящим.

Через несколько минут Альвис с ругательствами вытащил собаку на берег.

– Будь добра, Морган, придержи эту морду, а я буду резать, – Альвис достал из кармана нож, и сердце Бонни упало.

– Ты же не собираешься…

– Хочу разрубить эту чёртову сеть! – прокричал Альвис, и Бонни поспешно схватила пса за ошейник в то время, как капитан стал ловко работать ножом. – Смотри, чтоб я не ранил его!

– Держу!

– Теперь свободен! – прорычал Альвис, и Бонни замерла от внезапной догадки.

«Пёс как две капли похож на… – Морган не отводила взгляд от собаки, которая стала отряхивать шерсть от воды. – Белый пёс породы сенбернар с таким же шаловливым взглядом, как у Арчи. Неужели это он?»

Когда животное перестало брызгаться водой, Бонни повернула ошейник, и её догадку подтвердила надпись на нём.

– Арчи! Сидеть! – командным тоном произнесла Морган.

Услышав своё имя, вместо того чтобы выполнять команду, пёс стал ластиться к Бонни, виляя хвостом и облизывая её руки своим шершавым языком.

– Фу, сидеть! – отозвал собаку Альвис. Повернувшись к капитану, Арчи в одно мгновение закинул ему свои лапы на плечи и лизнул его лицо.

– Пошёл вон! – оттолкнул спасённого Альвис. – Пошёл, я сказал!

Но Арчи, не повинуясь, снова устремился к капитану и с добродушным рычанием примостился у его ног.

– Думаю, он хочет тебя отблагодарить за своё спасение, – умиляясь этой картине, произнесла Бонни. – Возьмём его в лагерь?

– Нет, это уже слишком, – Альвис вновь оттолкнул Арчи. – Не выношу животных, особенно собак.

– Почему тогда бросился ему на помощь? – Бонни подняла брови, легко поглаживая Арчи.

– Потому что ещё больше я не выношу беспомощности, – произнёс Альвис и, нахмурившись, добавил. – А ещё я не такой бездушный, как ты думаешь. – Свободен, – прикрикнул он, обращаясь к Арчи. – Я сказал, свободен. Гуляй!

– Простите, что смею вас тревожить, капитан, – Бонни оглянулась и увидела Феликса. – Я пришёл, чтобы сообщить вам…

Юнга застыл на месте и затаил дыхание, глядя на Арчи, который вдруг встал на его пути и грозно зарычал.

– Пошёл вон, пёс! – скомандовал Альвис, но животное лишь оскалилось ещё сильнее.

– Тише, хороший, я свой! – подняв руки, произнёс Феликс и отступил назад. Проникшись лаской в его словах, Арчи одобрительно склонил голову и успокоился.

– Накорми этого пса и сделай так, чтобы я его больше не видел, – приказал Феликсу Альвис, окинув взглядом Арчи. – Уведи его подальше от лагеря.

– Будет сделано, капитан, – поспешно ответил Феликс, ухватив Арчи за ошейник. – Кстати, я к вам пришёл сюда с новостью. Филипп Ван дер Деккен пожаловал к нам. Говорит, у него какое-то важное дело с вами.

– Да, я помню, Феликс, спасибо. Идём, Морган.

«Как же быстро наступил вечер», – липкая тревога охватила Бонни. Альвис мёртвой хваткой взял её за руку и повёл к лагерю.

Глава 3

«Несокрушимые» против «голландцев»

Захватив по пути свою арфу, капитан привёл Морган к лобному месту лагеря, где всё ещё было собрано большинство его людей.

Среди будто оцепеневших пиратов по-хозяйски расхаживал Филипп Ван Дер Деккен в белоснежных брюках и во фраке такого же цвета. Покрой одежды неуклюже обтягивал его несуразную фигуру. Узкие его плечи казались ещё уже на фоне не в меру полного и обвисшего живота. Широкополая белая шляпа делала лицо пирата отталкивающе серым, подчёркивая множество глубоких морщин, которыми оно было усеяно. В целом Филипп Ван дер Деккен выглядел, как сморщенный картофель, надолго оставленный на солнце и иссохший под ним. Ведь чем дольше Филипп находился на суше, тем быстрее его тело теряло влагу и скоропостижно старело.

Завидев Бонни и Альвиса с арфой в руках, Деккен расплылся в снисходительной улыбке, обнажая свои жёлтые гнилые зубы.

– О, вы даже с музыкой? – навязчивый гость стал пожирать глазами Бонни. – Неужто фройляйн что-то сыграет для меня?

– Сыграть-то она может, но я бы на твоём месте поберёг себя, Деккен, – поморщился Альвис, и его тон перешёл в пренебрежительно-холодный. – У этой девушки напрочь отсутствует чувство ритма и совсем нет слуха.

– Неужели всё так плохо, фройляйн? – с некой усмешкой переспросил Филипп, и во взгляде Бонни отразилось множество молний.

– Капитан Родригес не из тех, кто лжёт, зато в бестактности ему равных нет! – Морган гордо подняла голову. «Если Альвис и правда такого мнения о моей игре, почему не сказал об этом мне лично?»

– Как же глупо с моей стороны! Простите, дорогая, если заставил вас почувствовать себя неловко, – спохватился Ван дер Деккен и учтиво поклонился Бонни. – На самом деле я джентльмен, который просто дар речи теряет от вашей красоты. Прошу вас, фройляйн, не держите на меня зла и давайте начнём наше прекрасное свидание прямо сейчас. Уверен, оно будет незабываемым для нас обоих.