Лизи подергала Ричарда за рукав, требуя опустить ее на землю.
— Этот человек пойдет с нами! — безапелляционно заявила она, обретя твердую опору.
— Невозможно, — упрямо сказал один из конвоиров. — Это чужая собственность.
— Тогда попробуйте помешать!
Сделав это заявление, Лизи словно невзначай опустила руку в карман новых брюк, где лежала каракатица. Но воспользоваться фигуркой девушка не успела.
— Э, да у нас тут баталия! — раздался за спиной путешественников веселый голос журналиста.
Никто не заметил, как они с Типпу-Тибом подошли к месту стычки. Одного взгляда бывалому путешественнику хватило, чтобы разобраться в ситуации.
— Уже боретесь с рабством, господа? — нахмурился он. — Будьте осторожны. Я ведь предупреждал, что здесь другие законы.
— Они заковали людей в цепи! Это вы называете «законами»? — Возмущению Лизи не было предела.
— Так уж получилось, что эти негры — собственность Типпу-Тиба, — примирительно сказал Меркатор и, предупреждая возражения, выставил перед собой ладони. — Но у нас есть все шансы изменить ситуацию.
— Как? — спросил Ричард.
— Оставим этих господ делать свою работу и обсудим все в сторонке.
Но Лизи была непреклонна:
— Я не позволю им надеть на человека ошейник!
— Милая Лизи…
— Я вам не милая, Меркатор. И я не сделаю ни шагу, пока не удостоверюсь, что этот человек в безопасности.
В это время к разговору присоединился Типпу-Тиб, до того молчавший и лукаво улыбавшийся в седую бороду.
— Храбрая мисс иметь право маленький капризничать, — сказал он на ломаном английском, по-приятельски положив руку на плечо Меркатору. — Пусть большой человек идет с ней. Никакой беды нет.
Торговец сказал своим людям несколько слов на незнакомом языке, и те разом потеряли всякий интерес к происходящему. Они бросили кузнечный инструмент возле колоды и, оживленно переговариваясь, скрылись в одной из ближайших хижин. Огромный чернокожий продолжал напряженно оглядываться, очевидно, понимая, что сейчас решается его судьба.
— Вы можете убрать этот капризный раб в подарок, если остальная сделка будь заключена, — сказал старый хитрец, сложив руки на маленьком животе.
— Вы имеете в виду покупку… рабов? — Ричард кивнул на чернокожих в загоне.
— Носить припасы нужно много выносливых людей, — развел руками старик. — Это — люди бабуру с берега Конго. Сильно лучше ленивых занзибарцев. Стэнли не верил — взял занзибарцев, сейчас у него осталось меньше половины людей.
— Вы знаете об экспедиции Стэнли? — удивился Ричард.
— Все Конго знает об этом! — отмахнулся Типпу-Тиб. — Поговорим о сделке.
Этот прохиндей умел взять быка за рога. Он назвал свою цену, и Ричард поразился, насколько низко ценится человеческая жизнь в Свободном государстве Конго. На деньги, которые старый торговец надеялся выручить за тридцать рабов, в Англии можно было купить разве что пару старых худых лошаденок.
— Соглашайтесь! — театральным шепотом посоветовал Меркатор. — Подходящая цена. Нам повезло, что Тиб изловил их всего неделю назад и не успел по-настоящему потратиться на еду и охрану. С каждым днем цена будет расти.
— Ты в самом деле намерен стать рабовладельцем, Ричард? — звенящим от гнева голосом спросила Лизи.
— Ни за что! — возмутился Ричард.
— Не торопитесь отказываться… — предостерег Меркатор, поднимая и отряхивая от песка свой револьвер.
— А я и не отказываюсь. Я покупаю ваших рабов, Типпу-Тиб! — и, прежде чем Лизи успела возразить, Ричард добавил: — А затем отпускаю их на волю.
— Очень по-христиански, мой юный друг! — сарказм в голосе Меркатора можно было нарезать кусками и подавать к столу. — Но как это решит нашу проблему с носильщиками?
— Я найму их на работу, как свободных людей.
— Безумие! — воскликнул Меркатор. — Если с этих негров снять цепи, они тут же разбегутся по джунглям, как мартышки, только вы их и видели.
— Посмотрим! — самоуверенно заявил Ричард и в упор посмотрел на Типпу-Тиба. — Я согласен. По рукам.
Но, несмотря на свои слова, руки оборотистому дельцу сыщик не подал.
Он удивлялся сам себе. Не прошло и двух часов с момента, как он ступил на землю Африки, но этого времени ему хватило, чтобы повздорить с работорговцами и самому стать обладателем трех десятков рабов. Размышляя таким образом, Ричард отсчитал занзибарскому плантатору требуемую сумму золотом.
— А теперь прикажите своим людям снять свои цепи с моих рабов.
— Как будет угодно белому господину, — не моргнув глазом, согласился Тиб. — Не пройдет и часа, как их расковывают.
Старик ссыпал монеты в карман брюк и оставил путешественников наедине со столь неожиданным приобретением.
Лизи без всякой опаски приблизилась к раненому гиганту. С уходом работорговца негр заметно успокоился, но, когда девушка попыталась поближе рассмотреть его рану, решительно покачал головой. Затем чернокожий развернулся и широко зашагал в сторону зарослей.
— Вот и первый дезертир! — заволновался Меркатор. — Если его сейчас пристрелить, остальным это послужит предостережением.
Разумеется, никто из спутников не обратил внимания на это кровожадное предложение. Но на лице Лизи появилось выражение обиды и сохранялось там, пока гигант не скрылся в джунглях.
— Хорошее начало! — подытожил Меркатор. — Когда отпустим остальных?
Лизи готова была разрыдаться, но Ричард не унывал.
— Они понимают суахили? — спросил он журналиста.
— Если это действительно племя бабуру, то должны понимать.
— Тогда окажите любезность, переведите им то, что я сейчас скажу.
Меркатор покачал в сомнении головой, но возражать не стал. Они с Ричардом подошли к загону с рабами.
— Послушайте меня, люди бабуру! — сказал Ричард громко, как будто от этого зависело, насколько хорошо африканцы поймут его слова. — Меня зовут Ричард, и я приплыл на большой лодке из далекой страны на севере…
— Не усложняйте, дружище, — прервал его Меркатор. — Этим диким людям не нужна ваша автобиография.
— Переводите! — отрезал Ричард, и журналист послушно пролаял несколько слов на странном и неблагозвучном наречии африканцев.
— Только что я купил вас у прежнего хозяина, — продолжал сыщик. — Но мне не нужны рабы. Я отпускаю вас на свободу! Можете возвращаться в ваши дома.
— Домов у них уже не осталось, уверяю вас, — опять встрял с советом Меркатор, переведя сказанное. — Обычно охотники за рабами сжигают деревню, в которой захватили добычу. Мужчин они угоняют сами, а женщин захватывают соседние племена, которые всегда рады чужому горю.
Негры слушали Меркатора, но по их лицам сложно было догадаться, рады ли они услышанному и понимают ли вообще, о чем идет речь. Ричард замолчал на время, ожидая хоть какой-то реакции, и, не дождавшись, продолжил:
— Но я прошу вас не уходить! Я предлагаю вам работу, за которую хорошо заплачу. Сейчас с вас снимут оковы. Те, кто пойдет со мной, заработают много денег и смогут построить новые жилища.
Меркатор послушно перевел. Толпа в загоне переминалась с ноги на ногу, тихо позвякивая цепями и не проявляя никаких эмоций. Рабы то ли не понимали сказанного, то ли не верили в обещания. Наступило неловкое молчание. Неожиданно из джунглей появился недавний беглец. Он шел, прижимая к раненому боку огромный лист неизвестного растения. Подойдя к Лизи, бывший раб остановился и замер, словно королевский гвардеец у ворот Букингемского дворца.
Все присутствующие просто онемели, так как никто уже не ждал, что беглец вернется. Лизи не скрывала восторга. Она даже показала язык изумленному Меркатору, что было верхом неприличия.
В знак капитуляции журналист поднял обе руки.
— Убедили! — провозгласил он. — Пускай с них снимают цепи, и будь что будет. А нам пора отдохнуть. Я уже говорил, что вечером мы приглашены на ужин?
— К кому? — удивился Ричард.
— Да уж выбор тут небольшой. Конечно, к коменданту Вербеку. Кстати, там будет и капитан парохода, на котором мы отправимся вверх по реке.
