Тора улыбнулся и, пожав плечами, вновь обратил внимание на открывшийся игровой участок.
Конечно, я согласна, что все – или, по крайней мере, практически все – люди выносят собственные интересы и интересы своих близких на первый план. Я и сама всегда поступаю так же. И все же… у всего должна быть мера.
Нельзя в попытках отомстить кому-то подставлять другого человека. Или же, желая спасти собственную жизнь, выбираться по чужим головам.
Мое внимание привлекло движение – у колодца появился ёкай. И от его вида по коже пробежали мурашки, а сердце забилось куда быстрее.
Над каменным кольцом поднялся жуткого вида призрак – одетый в рваный саван скелет, череп которого, покрытый остатками бесцветных спутанных волос, зло оскалил крупные пожелтевшие зубы.
– Кёкоцу, – спокойно заметил Араи, склонив голову набок.
– И… что это? – напряженно спросил Ивасаки.
– Это призрак, который появляется из сброшенных в колодец костей, – обернувшись, объяснил Араи и непринужденно добавил: – Это, кстати, очень мстительные духи, и любого, кто к ним приблизится, они смертельно проклинают.
Ивасаки запустил пальцы в волосы:
– И почему ты говоришь это так, словно делишься хорошими новостями?
Мое сердце забилось еще быстрее, и я начала лихорадочно размышлять, что можно предпринять в таком случае. Отвлечь кёкоцу? Обмануть? Как-то… убить?
Каминари посмотрела на Араи и, кивнув в сторону колодца, насмешливо спросила:
– Не хотите пойти и забрать наш кубик?
Араи продолжал невозмутимо улыбаться:
– Конечно.
И действительно пошел в сторону колодца.
– Эй, вы издеваетесь? Умереть захотели? – расширив глаза, крикнула Каминари.
– У вас есть идея получше? – обернувшись, спросил он.
Не дождавшись ответа, Араи снова двинулся навстречу ёкаю.
С лица Каминари пропало привычно пренебрежительное выражение, сменившись удивлением. Она усмехнулась, и в ее взгляде я заметила искру уважения.
Тора внимательно следил за действиями Араи.
– Кажется, он у вас и правда не в себе.
Я его проигнорировала, взволнованно наблюдая за происходящим. Я не знала, что задумал Араи, и это пугало.
Ивасаки, округлив глаза то ли от удивления, то ли от страха, крикнул:
– Эй! Ты куда собрался, сумасшедший?
Араи даже не оглянулся.
– Араи-сенсей! – взволнованно крикнула я. – Оно же вас убьет!
Араи, тяжело вздохнув, все же обернулся.
– Я уже устал от того, что к моим словам никто не прислушивается, – раздраженно заявил он и продолжил приближаться к жуткому существу.
Ивасаки схватился за голову обеими руками:
– Он, видимо, хочет меня довести… Араи уже слишком вжился в свою роль. Он что, считает себя бессмертным?
Несмотря на то что Ивасаки злился, я видела, насколько он боится.
Я лишь покачала головой, не найдя, что ответить. В меня и саму когтями впился страх, так крепко, что я не могла нормально дышать.
Тора посмотрел на нас с недоумением:
– А я еще свою команду считал странной.
И я вновь не стала отвечать.
Араи уже приблизился к колодцу почти вплотную. Кёкоцу протянул к нему закутанные в лохмотья руки и вцепился длинными пальцами Араи в плечи, а затем, приблизившись черепом к его лицу, заглянул пустыми провалами глазниц ему в глаза.
Я едва не вскрикнула, а Ивасаки выругался. Даже Каминари напряглась. Лица Араи я не видела, а потому не могла оценить его реакцию. В чем заключался его план? Есть ли вообще у него хоть какой-то план?
Араи медленно поднял руки и, сжав запястья призрака, сделал еще один шаг вперед. К моему удивлению, кёкоцу подался назад и спустя пару мгновений медленно разжал пальцы, отпустив плечи Араи.
Араи же руки ёкая, точнее, оставшиеся от них кости не отпускал. Он сделал еще один шаг вперед, и кёкоцу дернулся назад. Араи разжал пальцы, и призрак стремительно скрылся в колодце.
Подождав несколько секунд, Араи взял кубик и, развернувшись, спокойно вернулся к столу.
Ивасаки шокированно смотрел на Араи, и, думаю, выражение моего лица было примерно таким же. Даже Тора вскинул брови от удивления:
– Я, пожалуй, действительно мог бы поверить, что он вернул Кадзуо с того света.
Каминари медленно подошла к столу. Она изучающе посмотрела на Араи, старательно скрывая недоумение, а тот лишь улыбнулся в ответ, но эта улыбка почему-то показалась мне… печальной.
– Ты что сделал? – воскликнул Ивасаки, вернув себе дар речи.
Печальная улыбка пропала с лица Араи, сменившись насмешливой.
– Тебе было плохо видно? Очень жаль, потому что повторять я не собираюсь.
– Араи-сенсей… – начала было я, но замолчала. Я не знала, что именно хотела спросить. И не сомневалась, что на любой вопрос вроде «как?» Араи снова вместо ответа сошлется на свои сверхъестественные силы.
И теперь я, пожалуй, уже практически готова была в них поверить.
Встряхнув головой, я решила не отвлекаться и посмотрела на тории. На этом участке ворот было пять: четыре на границах квадрата, и пятые вели в круг финишного поля. И на нужных тории виднелся иероглиф «шесть».
Я мысленно взмолилась, чтобы в следующий раз Араи и Каминари на кубике выпало именно число шесть. Я хотела, чтобы Араи оказался в безопасности. В голове промелькнула мысль о том, что в этом моем желании было и что-то эгоистичное, – я надеялась, что Араи победит, не только ради него самого, но и ради меня. Ради моего спокойствия за жизнь друга.
Подошла очередь Кадзуо и Йоко, и я поспешила к той границе, с которой обзор на их участок был самым лучшим. Йоко уже бросила кубик и с напряжением в глазах следила за его движением.
Пару мгновений, и, медленно выдохнув, она крикнула:
– У нас двойка!
Я поняла, что невольно задержала дыхание. Да, Кадзуо и Йоко перешли на тот квадрат, что был дальше от центра, но, по крайней мере пока, они были в безопасности. На том поле, куда вели тории под цифрой два, Эмири и Одзи уже прошли испытание на смелость.
Но теперь наши пути окончательно расходились. Я не смогу больше видеть ни Эмири, ни Кадзуо с Йоко. Оставалось лишь надеяться, что в конце мы снова встретимся – в центре поля. Хотя существовала вероятность, что мы еще пересечемся на одном из других участков до того, как дойдем до финиша.
Унимая поднявшуюся в душе волну тревоги, я вернулась к Ивасаки, Имаде и Торе. Теперь наш ход.
На этот раз кубик кинул Тора. Выпала пятерка – нам предстояло присоединиться к Накахаре.
От мысли о том, что я окажусь так близко к разорванному, покрытому кровью телу, меня замутило. Это пугало меня даже больше того факта, что я буду находиться поблизости от ёкая с хищными волосами.
Ивасаки на пару мгновений сжал мое плечо и, заглянув мне в глаза, твердо произнес:
– Ты справишься. Не забывай, ты обещала, что будешь ждать меня на финише.
– А ты обещал, что доберешься до него раньше меня, – напомнила я.
Ивасаки кивнул:
– Мы договорились.
– Хината-тян, просто не смотри на Хари-онаго! – крикнул Араи со своего участка. – Вам надо будет лишь бросить кубик!
Я приблизилась к тории с иероглифом «пять» на красной перекладине. Тора уже ждал меня у ворот и, когда я оказалась рядом, перешел на следующий квадрат.
Перешагнув через границу, я невольно зажмурилась. В нос ударил невыносимый запах крови, от которого к горлу подступила тошнота. Я опустила глаза и только после этого осторожно их приоткрыла.
Бросив быстрый взгляд исподлобья, я заметила, что Хари-онаго стоит рядом с игральным столом, а Накахара держится в стороне от нее, старательно отводя глаза.
– Только попробуй на нее посмотреть, Тора! – крикнула Каминари.
– А ты что, ревнуешь? – невозмутимо отозвался он.
– Я передумала. Это слишком невежливо, так что хотя бы улыбнись ей, – донесся до нас голос Каминари.
– Полностью согласна, – добавила я, и Тора усмехнулся.
– Чей сейчас ход? – прерывая нас, напряженным тоном уточнил Накахара.
Я, на мгновение задумавшись, ответила:
