– Ой, вот только не надо этих унылых сеансов переосмысления отношений, – немного повышаю голос, чтобы вырвать слушателей из их мыслей, заодно помогая себе резким жестом оладьей, – я ни разу не изменился от того, что чуть-чуть раскрыл вам свою биографию. Пусть всё это и звучит эпично, но в актуальный момент редко выглядит так же. К тому же, не воплощённым из обычных человеческих душ богам до онемения поражаться чужим приключениям.
– Мы – Героические Души, а не боги, – покинув духовную форму, возразил Эмия.
– С моей точки зрения, вы все – вполне сформировавшиеся божественные сущности, пусть пока не слишком высокого уровня. Всё, чего вам не хватает – это подпитки от классического поклонения… ну или альтернативных вариантов, – хотя с этими «альтернативными вариантами» всегда было довольно мутновато, да и не о них сейчас речь, – тем не менее сама по себе людская вера принимает участие даже в твоём существовании, если это можно так выразить, несмотря на то, что никаких легенд о тебе в этом мире нет. Если же освободить вас от ограничений ритуала Грааля, плюс, вытащить ваши истинные духовные тела с Трона Героев в полном объёме и организовать внятную религиозную доктрину для внедрения в сознание масс, то лет за десять-пятнадцать вы вполне дорастёте до богов общемирового уровня.
– Откуда знаешь? – наклонив голову вбок, сверлила меня взглядом Мордред.
– Мне доводилось перерождаться в Бога, пусть и по несколько иной схеме, но сам процесс трансформации аналогичен, и в этом процессе я получил набор инстинктивных знаний о природе данного бытия, – честно ответил я, наклоняясь за очередной оладушкой. – Самое сложное там – это первичный скачок, – отправляю смоченный в сметане десерт в рот, – своего рода, получение в душу божественного компонента, но он-то у вас всех как раз и пройден. Как я понял, Небесные Фантазмы, основанные на легенде, как раз благодаря этому и образуются. Они же являются тем, что вам приписывают в ваш образ в сознании людей, то есть, получается этакая эрзац версия Аспекта, за который отвечает божество, только подогнанная под ограничения ритуала Войны. Возьмём, к примеру, Геракла. Он мог возрождаться после смерти – за все совершённые им подвиги, полагаю, что использовалось что-то типа концептуального «легенда не умирает», но по идее, его за эти подвиги Зевс сделал богом, следовательно, по логике вещей, он не махать кулаками должен, а раздавать всем добро божественной силой, а-ля, магия, прямое изменение реальности и всё такое, однако Война не предусматривает Слуг с такой мощью, вот и перекорёжило его реальную награду в более-менее пристойный боевой навык по меркам сражений Слуг.
– Если всё так и есть, Мастер, значит ли это, что, собрав достаточно Слуг, вы сможете вернуть Эпоху Богов? – со странной робостью в приходящих по связи эмоциях, тихо спросила Медея.
– Хороший вопрос, – устремляю задумчивый взгляд в столешницу, активно анализируя варианты. – На самом деле, не имею понятия. Для таких прогнозов мне надо знать, чем именно эта эпоха отличалась от нынешней и почему. Впрочем, из общих соображений, грамотный Бог Магии, должен быть способен навести порядок в вашем магическом фоне, но это только догадки, – оглядываю внимательные лица слушателей, особо задержав взгляд на прекрасной эльфийке, а после неё на шебутной дочери Сэйбер, от которой тоже по связи начали идти странные пульсации. – В любом случае, что-то мы куда-то не туда свернули – вести столь заумные разговоры за завтраком – верный путь к нарушению аппетита, а Мо-тян и так полторы тысячи лет ничего не кушала, – и я сделал попытку повторно приступить к кормлению ребёнка.
Ребёнок встретил поднесённую к губам вкусность уничижительно-пристрастным взглядом, перевёл его на меня, нахмурился… и решительно выбил оладушек из моих пальцев, подхватывая его в воздухе и самостоятельно отправляя в рот.
– Сама справлюсь, – гордо отвернувшись, нахохлилась эта пацанка, начиная жевать. Прям натурально пошла по стопам матери, так же отказавшейся от моих услуг лишь после утоления первого голода.
Позволив себе немного по-умиляться с этой картины, я всё-таки загнал за стол Кастер и Арчера, после чего и сам пристроился рядом со своей эльфийкой, не забыв перед этим налить Пендрагонам по стакану шоколадного молока. Сегодня у нас объявляется день сладкоежек.
Минут через пять неспешной трапезы, на аппетитные запахи, начали подтягиваться остальные жители, хотя, в большей части, жительницы дома. Первыми оказались горничные. И… Взгляд, каким Селла прошлась по моим кулинарным стараниям взял практически 0.96 «Сурового Взгляда» Сэйбер. Ну, того самого, от которого мне рефлекторно хотелось начать заливать про двойника. Каким-то своим женским чутьём, виновника торжества горничная тоже определила с ходу, и да, это был я.
– Утра доброго. Что-то не так? – улыбаюсь в ответ на безмолвное, но очень пристальное внимание.
– Вам тоже доброго утра, Сефирот-сама, – сдержано поклонилась длинноволосая гомункул.
– С добрым утром, – чуть заторможено, эхом присоединилась к ней Лизритт. И всё – обе замолчали. Но по глазам Селлы вижу – я по-прежнему дико виноват.
– Селла, когда на меня последний раз так смотрела девушка, это было прелюдией к самому жестокому откровению в моей жизни… а ещё весомым фактором в обретении Дамы Сердца, – на последних словах, Сэйбер сильнее наклонилась к столу. – Поэтому, пожалуйста, просто скажи в чём дело. Я не хочу гадать – в прошлый раз мои логичные и обоснованные догадки только усугубили потрясение от открывшейся истины.
– А что такого ты ожидал в прошлый раз? – счёл нужным поинтересоваться Арчер.
– Ну… – я покосился на Мордред с мамой, – я был практически уверен, что Сэйбер – это Жанна Д'Арк.
– Почему? – удивлённо подняла лицо от стола сама блондинка.
– Ну, как бы… – мне даже стало неудобно. – Прекрасная юная дева-рыцарь, с явно выраженными лидерскими качествами, светлой душой без малейшего следа гнили, волевым характером и сильным чувством долга. Чем не святая дева Жанна? Я же и подумать не мог, что ты притворялась мужчиной. Я вообще не понимаю, как ты можешь им достоверно притвориться без помощи магии.
– Помощь была, – о чём-то задумавшись, чуть качнула головой девушка. – Калибурн, а потом и магия Мерлина помогали скрывать мою личность…
– Эх, ладно, – я встряхнулся и вновь посмотрел на горничных, – так в чём дело, Селла?
– При всём уважении, Сефирот-сама, вы приготовили завтрак и тем самым отняли у нас работу, лишив возможности позаботиться о Илиясфиль-сама, – поклонилась гомункул. – А ещё приготовленная вами пища, излишне жирная, явно полна холестерина и прочих вредных веществ. Обилие сладкого на столе также не способствует здоровью Илиясфиль-сама.
– Ух, – я устало положил голову на плечо прекрасной эльфийки и закрыл глаза. Прекрасная эльфийка от такой неожиданности резко смутилась, но вторжение в личное пространство позволила. – Просто садитесь уже завтракать, а за Илию не волнуйтесь, всё равно уже завтра, иди даже сегодня, я буду её оперировать, выправляя спровоцированные кривыми ручками вашей семейки патологии.
– Что это значит? – подобралась Селла.
– Спросите у неё – я уже устал сегодня читать лекции. И да, Мо-тян, знакомься, эти двое – служанки такой мелкой беловолосой девочки с красными глазами, что тут иногда бегает и устраивает всякие безобразия. Они гомункулы. Зовут Селла и Лизритт. Селла – это которая строгая и любит спорить, а вот её сестрёнка Лизритт просто молчаливая няшка. Если захочешь чего-нибудь вкусненького – смело зажимай их в уголке и требуй. Готовят они очень хорошо.
– Хм-м-м… – мятежный рыцарь обвёл дам изучающим взглядом. Дамы предпочли промолчать, ибо пленные, а я тут главный. Хорошо быть главным…
Далее к нам спустилась Сакура и робко поздоровалась, в след за чем сразу появилась и Медуза, пристроившись за плечом девочки. Это заставило меня вспомнить ещё об одном деле, и следующие полчаса были посвящены ковырянию книги Мато с командными заклинаниями от их дуэта. Книжка оказалась сделана из высушенной кожи червей Зокена и была той ещё гадостью, но, с помощью Медеи, вернуть Заклинания хозяйке удалось без проблем. После чего гримуар я, с чистым сердцем, спалил и выбросил пепел на Солнце. Тут подошёл и Эмия-кун, который младшенький, а после него подтянулась и Илия. Опять растрёпанная, сонная и надутая.
