Ангелочек фыркнул — не то обиженно, не то презрительно, а, возможно, и так, и эдак. Девочка широко распахнула дверь вовнутрь и громко крикнула, оглянувшись:
- Папа! К тебе гости!
И, оставив дверь открытой, демонстративно потопала куда-то вглубь дома,- в свою комнату, словно не опасаясь, что гость может что-то стащить из прихожей и кинуться в бега.
Я осторожно шагнул вовнутрь, привыкая к мягкому полусумраку.
- О, какие люди!- заскрипел невидимый пока хозяин дома.- Проходи, командир!..
Я зашёл в комнату, и рассмотрел его отвратительную рожу. Правая щека хозяина была обезображена жутким шрамом, полученным когда-то от боевого железа — арбалетного болта. Татуированный змей всё так же похабно скалил свои два зуба на русалку, охваченную его кольцами; хвост змея уходил по худощавой шее едва ли не до ключицы. Шрам прошёл выше головы змея, что, пожалуй, пошло только во вред.
- Мать моя!..- ахнул я, шокированный повторно.- Штырь, а ты-то как здесь?!.. Какого?.. Какими?..
- Да, так получилось… долго объяснять.
- Нам бы поговорить надо,..- и я многозначительно кивнул на стенку комнаты девочки.
- Да, конечно… Дочка! Иди-ка погуляй пока! Взрослым дядям надо поговорить!
- Знаю я ваши разговоры! Опять набухаетесь, как свиньи, и заблюёте всю комнату — а я мой за вами потом!
- Вот ведь наказание!- матёрый уголовник беспомощно развёл свои татуированные руки.- И в кого она такая, а? Слова ты ей не скажи!…. Эй, красавица! А по попе?!
- Фи!- презрительно фыркнула крошка, но всё же собралась и вышла, вызывающе хлопнув дверью.
Штырь осторожно выдохнул:
- И вот как жить с такой? А когда вырастет, то что будет?!!
- Ну, ты сам этого хотел!- захохотал я, вспоминая, как Штырь в разгромленном нами городе подобрал это милое создание, потерявшее от пережитого ужаса память.- И даже уговаривал меня отпустить тебя с ней. Так что не надо теперь плакаться!
Конечно, было забавно наблюдать, как у ребёнка, начисто позабывшего всю родную семью и прошлую жизнь, сохранились все её дворянские замашки. Вот только, с другой стороны, мне было как-то не по себе… Невольно думалось: и как только она со своим дворянским воспитанием могла искренне верить, что матёрый уголовник без роду и племени мог быть её родным отцом? И неужели в её душе не шевельнулось и тени сомнения, что она ведёт образ жизни, чуждый ей от природы?
- Как ты меня нашёл?- спросил Штырь, усаживая меня за стол и предлагая выпить.
Я отрицательно покачал головой и ответил:
- А я тебя, собственно, и не искал. Меня послала сюда, в этот дом одна такая важная птица: мол, здешний хозяин будет тебе чем-то вроде почтаря…
- Ах, вот оно что,..- протянул тот.- Понятно… тебя тоже на этидела подвязали…
- Долго рассказывать… мне нужно было спасать шкуру, и эта птичка предложила мне бесплатный билет на корабль. Вот и расплачиваюсь за дармовое… А ты-то зачем в бега подался на край света? Опять убил кого-нибудь?
- Да за кого ж ты меня?!.- возмутился хозяин дома.- Да я и мышки не обижу! Я любую работу был готов делать, да только ледогорцы так меня за своего и не признали, лишь ради неё,- он кивнул на входную дверь,- и терпели. А тут ещё и капитуляция эта треклятая… я же божегорец, а в Ледогории наших и раньше не любили, а после этого и подавно… Оно, конечно, мне можно было работать и портовым грузчиком, да только долго ли? Здоровья не хватит: не железное. Мне-то, положим, много не надо, я и на грошики проживу, а она?- я же обещал себе сделать ей хорошее приданое, а тут на двоих еле-еле хватало с голода не помереть! Однажды подошёл один… такой… и говорит: нафига тебе тут фигнёй страдать – давай, поезжай в Новые земли! А деньги на билет? Мы оплатим, а ты отработаешь. Я не бандит, говорю. А нам бандиты и не нужны - нам, грит, нужны люди толковые и ответственные, которым есть, что терять. А я и сам про Новые земли думал, а тут этот подошёл… так и согласился.
- Вот и у меня было что-то похожее,..- кивнул я.- Только, извини, я не могу поверить, что тебе предложили роль почтаря: уж больно вид у тебя приметный. Ты бы ещё на лбу себе наколку сделал «Век воли не видать!»- вообще хорошо было бы!
- Да, мне предложили сначала другую работу,..- кивнул Штырь степенно, словно уважаемый человек.- Но, извини, я про неё тебе трепать не буду: меньше знаешь – крепче спишь. А потом нашего почтаря забрали – и поэтому вместо него назначили меня. Почему?- я не знаю. Но думаю так: если подозрительные гости шляются к такому, как я, то оно, вроде как, и не очень подозрительно. Думаю, что мне больше доверяли, чем другим...
И он ощерился откровенно бандитской ухмылкой.
- А ты не подумал, что могут забрать и тебя?- жёстко спросил я.- И как тогда она? Ты хоть представляешь, каково будет ей, дубина ты стоеросовая!!! И ЧТО с ней могут сделать?!
Штырь помрачнел:
- Ох, не спрашивай… сто раз думал! Если что, буду топить на то, что она – дочь знатного рода. У меня и доказательство имеется: я кое-что прихватил ещё там… в её городе. Знатную дворянку тронуть не посмеют! Даже эти… у них тут, знаешь ли, короля нет!
- Как можно без короля?! Совсем они тут сбрендили, что ли?! От солнца перегрелись?
- Парламент у них тут! Но дворян со Старых Земель не трогают, и даже титулы их признают. Тут так: ты хоть кем называйся,- всем плевать, но, в конце концов, всё решит то, сколько у тебя деньжат.
И он смачно потёр подушечки пальцев правой руки друг о друга.
- Понятно… тот-то я гляжу, что тут везде срач, и шляется гопота отмороженная – чего ещё можно ждать от людей, у которых нет короля?
- Жить и так можно. Привыкнешь.
Я вспомнил про своё житие на Станции и прикусил язык. Затем сделал заход с другой стороны:
- Штырь, ты тут никогда не слышал про чудеса типа того, чтобы кто-то из тюрьмы сбежал сказочно, или чтобы известные наёмники исчезали вдруг ни с того, ни с сего?
- Нет, ничего сказочного не слыхал. Разных баек – да, много наболтали, а чудес не случалось. А наёмнику тут исчезнуть – плёвое дело: их нанимают в походы в джунгли, где они отжимают для страны новые земли. Дикарей, которые сопротивляются, истребляют дочиста, а у этих туземцев иногда золота попадается – видимо-невидимо! Горы! Большой куш сорвать можно! Но и сгинуть – запросто; тут уж как повезёт. Бывает, что наёмники нашей страны сталкиваются с такими же ловцами удачи из других стран - и тоже лупят друга до последнего. Ты же ведь видел этих местных наёмников, да? У них башка напрочь отбита: не боятся ни Нечистого, ни Пресветлого, ни самого Дьявола! Их и городская стража лишний раз не задирает…
«Золото, золото…»,- зашевелилась в моей голове дразнящая мыслишка, ибо мои закостеневшие мозги, наверное, уже никогда не излечатся от крепко вбитого мышления жадного наёмника.
Штырь, кажется, разглядел в моих зрачках вспыхнувшие золотые искорки, туманящие разум, и нахмурился:
- Не дури, командир! Этих отморозков даже я боюсь! Сгинешь с ними, как тебя и не было!
Ох, ты ж мама дорогая! Неслабо меня накрыло…
- И что, им вот так можно запросто ходить по городу с пищалями?!- спросил я после некоторого замешательства и отметания опасных мыслей в дальний угол.- А если стрельнет?! Убьют ведь кого-нибудь по дури! У нас уж на что было строго, а и то…
- Да не ссы ты! У них у всех пищали пустые, без заряда. Здешний воздух шибко влажный, и, если будешь долго таскать пистоль заряженным, то порох отсыреет, и хрен ты бабахнешь. А кому охота порох каждый день выбрасывать?- он ведь тоже денег стоит…
- Спасибо, утешил… А то я прям по улицам очковал ходить!
Хм, похоже, что тут ещё не доросли до идеи, что порох лучше хранить в бумажных гильзах, а не подсыпать его горстями. Но, если посмотреть в целом, то я после жизни на Станции в своём родном мире чувствовал себя голым и безоружным, даже облачённый в полную броню и вооружённый железяками с ног до головы. Появилось какое-то высокомерное, презрительное отношение к нашему оружию, а тут вдруг выясняется, что Новые земли и до нашего-то уровня ещё не дотягивают. Хотя изобрели укороченные пищали.
