— Ничего страшного. Я счастлив, что вы обо мне слышали! Знаете, смотря в ваши глаза, я вспоминаю работы раннего Шагала… — кот уже не стесняясь просился на ручки, встав на задние лапки и распушив хвост.
— Шагала, говоришь? — рядом с «Порше» материализовалась Беллз: — Господин Дафваххе, а вы не хотите ли пройти со мной в сторону нашей палатки? Нам нужно очень серьёзно поговорить по поводу твоего… чрезмерно перегретого двигателя.
— Нет, не хочу. — сгусток меховой тьмы изо всех сил пытался скрыть безысходность и ужас, которые мощными потоками струились из его сердца.
— А это был риторический вопрос. — Беллз ловко схватила пушистого Дона Жуана и уволокла в неизвестном направлении.
Этот парень был из тех, кто просто любил красивых девчонок…
— О! А вот и ваша фотография! — Тея вручила мне аккуратную фотокарточку, где я вещал о чём-то со сцены. Хм-м… Когда это было? Неужели во время презентации «Стеллара»? Но, да не суть.
— Так… Для любимой гонщицы… Теи. — я сделал красивую роспись маркером и протянул фотографию обратно: — Вот! Пожалуйста.
— Спасибо большое! Я буду хранить её возле сердца… — казалось, что счастливее девушки нет на всём белом свете. Такие искренние и чистые эмоции… Как будто, передо мной стоял ребёнок. Но я уверен, что Тея старше моего физического тела. Интересно, откуда она? И в какой атмосфере росла?
— Всё, Тея! Господину Осокину пора готовиться к тренировочным заездам. Как и тебе! — недовольно фыркнула Новак: — И даже не вздумай ему поддаваться! Порви его на куски на трассе!
— Фёдор Александрович… Вы моё солнце! — казалось, что девушка-кошка проигнорировала слова своего менеджера: — Ещё раз, спасибо вам от всех филинидов!
— Всегда пожалуйста.
Слегка опьянённый столь чистыми эмоциями, я отправился обратно к домику. Это просто невероятно! Никогда раньше не чувствовал ничего подобного… Надо будет всё же изучить историю Теи. Исключительно интереса ради.
Правда, моё очарование чистыми эмоциями продолжалось очень недолго…
— А? Ты про Тею Касински? — уточнила Виктория, копошась в документах.
— Ага. Первый пилот-филинид.
— Женского пола. Мужчины-филиниды уже участвовали в гонках.
— Ну… Вик, ты же шаришь за всё это. Вот и рассказывай!
— Да-да. — Гризли тяжко вздохнула и подняла на меня взгляд: — Так вот, Тея Касински — активистка движения «За свободу филинидов». Вернее — она стала жертвой пиара этого движения, за которым прикручен огромный фонд. А в этом огромном фонде что? Правильно! Отмываются денежки.
— Это же ужасно!
— Не ужасно. Для Европы и США — это нормальная практика. Инклюзивность и все дела. Политика, дорогой мой Граф. Ничего более.
— Но Тея же в это искренне верит.
— Как и восемьдесят процентов активистов в поддержку любого подобного движения. А иначе, кто туда пойдёт?
— Грустно, как-то…
— О! Не бери в голову. Поверь мне на слово — если ты сейчас пойдёшь и расскажешь ей правду, то лучше от этого не станет. К тому же, ты потеряешь преданную фанатку. А если учитывать, что тебе ОЧЕНЬ нужно продвижение — любой пост от медийной личности будет в плюс.
— Действительно.
Люди в своей жадности и жестокости могли впечатлить даже отставного бога войны… Парам-парам-пам! Фьють.
* * *
После тренировочных заездов, Микуха вновь собрал нас всех на брифинг. Времени до старта оставалось всего ничего!
— Что я хочу сказать, друзья? — пилот выпрямился и внимательно оглядел всех нас: — Сегодня мы должны постараться. Но не только ради себя и будущего «Искры». В первую очередь, мы все должны постараться ради Фёдора! Ведь именно он совершил чудо и оживил то, что всех нас объединило. Так давайте же сделаем чудо и для него.
— ДА!!! — хором ответили механики, Гризли, Глебушек и Саня с Серегой.
Такого заряда мотивацией я не испытывал уже очень давно. Хотя, кто если не Микуха? Он уже опытный пилот. Знает, как создать правильное настроение у команды.
Пока механики и мои новоиспечённые молодые пажи несли всю необходимую аппаратуру с колёсами вниз, я ещё раз проверил экипировку. Вроде, всё сидит хорошо! Витаминный напиток закреплён. Желудочно-кишечный тракт чувствует себя превосходно. Голова холодна. А сердце жаждет битвы…
После процедуры взвешивания и последней проверки технической комиссии, нас всех отправили в накопитель.
— Фёдор Александрович! Приём! Я на вышке. — произнёс голос Глебушка из динамика.
— На какой вышке? — удивился я.
— Ну… на том большом сугробе.
— А! Принял. Микуха! Как слышно?
— Слышно хорошо. Встаём на свои места. Никому не мешаем. У нас, как самого высокого класса на этапе — первая очередь.
— Принял.
Стюарды загнали нас на стартовое место. Спереди добрый толстячок с длинным худощавым задохликом из «Хонды». А позади Эрика с чрезмерно няшным бородачом из «Пежо». Кстати, ребята молодцы! Я искренне верил, что они будут ближе к середине.
— Внимательно следи за ребятами из «Хонды». — произнёс Микуха: — Я буду атаковать! А ты следуй прямо за мной. Но без резких движений! Понял?
— Ага…
— Как с дыханием?
— В смысле?
— В прямом. Чувствуешь что-нибудь?
И только сейчас я понял, что вдыхаю слишком часто…
— Как будто одышка. С чего бы?
— Хе-хе-хе! Не волнуйся. Это нормальная тема перед стартом. Адреналин уже начал выделяться. Твоё сердце сейчас колотиться примерно под сто десять — сто пятнадцать ударов. Такое часто происходит у новичков.
— Мне это не нравится…
— Сделай три глубоких вдоха. Закрой глаза. Представь самый приятный момент в своей жизни. Сделай ещё три глубоких вдоха. Открой глаза.
Самый приятный момент? Хм-м… Почему-то, на ум сразу же приходил тот ужин со стейками от Семёна, когда я в первый раз осознал, что нашёл новую семью. И самое главное, что в ней была Лэмия.
Дыхание практически мгновенно восстановилось, а странное волнение исчезло.
— Слушай, а ведь сработало!
— Я плохого не посоветую. Всё! Сейчас будет старт. Мы прорвёмся, Федя!
— Обязательно.
Маршал старта вышел к накопителю. Мгновение, которое показалось мне целой вечность… И взмах флага.
Гонка началась!
Глава 5
Холодный ветер с дождём нещадно хлестал по щекам, словно экзекутор, который хотел привести в чувства отключившуюся от боли жертву. Осень в этом году оказалось очень холодной. Конец сентября буквально решил заморозить жителей Ванберга.
Как будто, некая темная личность подключилась к центрам управления погодой…
Во мраке ночи, возле живой изгороди в центре спального района стоял мужчина средних лет. Одет он был в тёмное пальто и небольшую джентельменскую шляпу с полями. Руки таинственный незнакомец спрятал в карманы, а его хищный взгляд внимательно изучал горящее окно двухэтажного дома.
— Феймос! — прошелестел голос Полковника Хэнка в микронаушнике: — Ты уже сорок минут не выходил на связь… Какого чёрта⁈
— Соседи задержались.
— Тебя не видели?
— Не видели. — слегка раздражённо ответил Фейм. Уж очень он не любил, когда старик опять включал «режим отца».
— Хорошо! Как там наша цель?
— Готовится ко сну.
— Учти, что Карим любит устраивать сюрпризы. Особенно — с внезапными наёмниками из ЧВК.
— Только не сегодня. После успеха на Хоста Монтэ этот хряк окончательно расслабился. Теперь даже охрану на ночь отпускает.
— Верит в то, что «залез на вершину». Старая ошибка…
— … новый человек. — сухо закончил фразу Полковника Феймос: — Я изучил его распорядок дня. В это время он уже ложится в кровать.
— Жду отчёт.
— Принял.
Оглядевшись по сторонам, Феймос медленно вышел из-за пожелтевшей акации, которая служила его временным укрытием. Улица давно опустела, а свет в окнах соседних домов погас.
Значит, пришло время для внезапного визита…
Иногда так случается, что самые гнилые люди этого мира получали самые комфортные условия для жизни. Зачастую это были торговцы.
