- Поговорить, - только и смогла произнести и отошла в сторону. Через несколько секунд, достаточных, чтобы извиниться за внезапный уход, из кабинета вышел де Граф.
- Где ушей поменьше, - бросила я, и, стараясь, не глядеть на мужчину, и не проверяя, идёт ли он за мной, спустилась по боковой лесенке во двор. Место непопулярное среди студентов, единственное, куда отсюда можно пройти, не огибая весь корпус - тренировочный полигон.
Моросил мелкий дождь, больше похожий на густой туман. Во дворе, ожидаемо, никого не было, кто мог бы услышать разговор. Любопытствующие взгляды в окна меня не волновали. Де Граф терпеливо ждал.
- Зачем вы всё это делаете? - ждать ему пришлось недолго. - Чего добиваетесь? Могу понять, сюда сослали и забыли, это естественно. Чтобы под ногами не мешала. А, если не вернусь, то совсем хорошо. Приехали, добить решили? Чтоб уж наверняка? И ручки не замарать, другие справятся, подтолкнуть только чуток, - я и так находилась на взводе, а высказывание накипевшего не добавляло спокойствия. Приходилось сдерживаться, чтобы не начать кричать и не скатиться в истерику. - Ладно, пёс с вами. Была никем, так нечего к хорошему привыкать. Спасибо, наглядно показали. Всё равно недолго осталось. Но других-то зачем трогать? - держаться становилось всё сложнее. Де Граф молча слушал. У меня не получалось определить, как он реагирует, и это бесило ещё больше. - Лияне и так сложно в этом элитном серпентарии, так ещё вы... Что, не можете встречаться где-нибудь в городе? Обязательно светиться в общаге? Вам-то что, никто ничего не скажет, а о ней вы подумали? Или плевать, не из знати же, утрётся.
Резкая пощёчина прервала истеричный монолог. В глубине души я ей порадовалась. Кто знает, до чего договорилась бы, потом сама себя за это ненавидела. Прошло несколько долгих секунд. Я глубоко дышала, пытаясь хоть немного успокоиться. Помогал слабо. Впрочем, основное я уже высказала. Он не дурак, поймёт, и, надеюсь, поступит правильно.
- Не смею больше вас отвлекать, - глядя исподлобья выдавила вежливую фразу и развернулась. Но не прошла и пяти шагов, как сзади раздался тихий приказ.
- Стоять.
Не знаю, почему, но я послушалась. Наверно, надеялась на хотя бы подобие разговора. Дождь усилился, и брусчатка потемнела от влаги.
- За мной, - после кратких раздумий снова скомандовал де Граф. И я снова не стала перечить. Он шёл не торопясь, позволяя мне идти следом, а не бежать, подстраиваясь под широкий шаг.
Полигон встретил нас пустой вытоптанной до земли площадкой. Редко какой студент появлялся здесь вне занятий, тем более, в такую погоду. Под широким навесом в специальных стойках длинными рядами располагались деревянные тренировочные мечи. Внутри них залит металл, чтобы по весу и балансу походили на настоящие. Убить такими хоть и сложно, но можно, и то, если очень постараться.
- Прошу, - де Граф выбрал один по руке, и приглашающим взмахом указал на ряд с оружием. Я не выбирала, сразу взяв тот, с которым постоянно упражнялась.
Темно-зелёный строгий кафтан и форменный пиджак упали на землю около площадки. В предстоящем поединке они будут только мешать. По хорошему их стоило оставить под навесом, но тогда эта мысль не пришла в голову. Относительно результата сражения иллюзий не было. Я могу легко разделаться со студентами, с напрягом одолеть простого воина, если повезёт, и не погнушаюсь грязных приёмов, достаточно долго продержусь против более опытных воинов, как было в первый день с мастером Яширо. Но против де Графа, стоящего далеко не на последнем месте в списке лучших мечников Анремара, шансы весьма призрачные. Но и сразу сдаваться и поднимать лапки кверху не стану. Много чести!
С самого начала взяли высокий темп. Князь значительно превосходил в опыте и силе, я же была слегка быстрее и маневренней. Бой затягивался. Мелкая морось превратилась в полноценный дождь, наливая лужи на утоптанную землю. Пришлось двигаться осторожней, земля стала скользкой. Деревянная рукоять тоже норовила выскользнуть из рук. Де Граф неявно, но поддавался. Почти три года назад, в армии, мы часто спарринговали, и я знала, на что он способен. Злость всё ближе поднималась к поверхности разума. Она плохой помощник в бою, но усмирить её не удавалось. Очередной удар, не самый удачный блок, и оба меча отлетели в сторону. Мне не хватило силы удержать, противник не учёл, что мокрое дерево скользит сильнее кожаной рукояти. Мы одновременно бросились к оружию, словно не доверяя, что другой позволит вооружиться и не нападёт раньше.
У самих деревяшек де Граф случайно толкнул меня плечом. Я ответила ударом локтя. Что случилось дальше в памяти не отложилось. Первое, что помню, когда снова осознала окружение - я сижу на груди мужчины и остервенело бью его кулаками по лицу. Он закрывается руками, и большая часть ударов приходится на предплечья. Некоторые всё же достигли цели, разбив губу, нос и поставив хороший фингал под глаз.
С каждым ударом злость и бешенство уходили, пока не оставили после себя пустоту. Стукнув по инерции ещё несколько раз, упала без сил где сидела и расплакалась в воротник рубахи. Слёзы текли за то, что я так позорно сорвалась, за то, что веду себя, как полная дура, за то, что из-за меня пострадал другой человек, пусть сам и виноватый в этом.
Де Граф молча ждал, пока я успокоюсь, положив руку мне на спину. Это действовало лучше, чем какие-либо слова, и вскоре я сползла с него и села рядом, вытирая лицо рукавом рубахи.
- Полегчало? - участливо спросил мужчина, тоже принимая сидячее положение. Я кивнула и шмыгнула носом. Позорище! Сколько учили этикету и правилам поведения, а всё без толку.
- Я псих, которого надо изолировать от общества, пока никого не покалечила, - выдала результат кратких раздумий. После того, как злость ушла, осталось лишь усталость и опустошение.
- Вы просто слишком долго держали всё в себе, - возразил де Граф, вытирая тыльной стороной руки кровь из разбитого носа и пытаясь по её количеству определить ущерб. - Предлагаю перейти куда-нибудь под крышу и поговорить в общепринятом значении этого слова.
Я согласно встала. Дождь слегка уменьшился, но не прекратился. Где-то далеко гремели раскаты грома. Поднявшийся ветер грозил пригнать сюда хороший ливень, так что оставаться на открытой площадке полигона не имело смысла. Сделала всего несколько шагов, нога поплыла по скользкой земле, неудобно подвернулась, и я упала в грязь. В лодыжке что-то хрустнуло, сильная боль разлилась едва ли не до колена. О попытке встать не возникло и мысли. Де Граф в одно мгновение оказался рядом, убрал мои руки от пострадавшей ноги и задрал штанину. Пробормотал что-то себе под нос, наверняка, неприличное, осторожно снял ботинок и провёл знакомым голубовато-зелёным маревом из-под рук над начавшей опухать щиколоткой. Боль почти сразу утихла, напоминая о повреждении слабой пульсацией, но вставать на правую ногу всё же не стоило.
- Вы повредили связки, - сообщил де Граф, закончив обезболивать. - Я помогу дойти до лазарета.
- Вот после выходных и пойду. Сейчас он всё равно уже закрыт, а на выходных совсем не работает, - пояснила я. - Пока у себя отлежусь.
Я встала, опираясь на протянутую руку, и прикинула расстояние до общежития. Скакать на одной ноге, даже с помощью и опорой, придётся долго. Де Граф это тоже понял и уверенно поднял на руки.
- Пока дойдёте, ещё не раз покалечитесь, - ответил он в ответ на возмущённый писк.
Лияна под предлогом необходимости срочно сходить в прачечную в подвале, сбежала из квартирки, стоило только лорду-защитнику усадить меня на кресло в гостиной.
- Это подождёт, - я отдёрнула ногу, не давая её лечить. - Сначала займитесь собой.
Синяки магией сводились плохо, особенно при невысоком уровне целительства. И, чем раньше на них обратят внимание, тем незаметней они станут. Это знал и де Граф, поэтому сразу же, как получил разрешение-приказ, скрылся в ванной.
