Подъезжая к месту зачистки, координатор по ближней связи заорал:
— Обнаружен противник! Выдвигается в нашу сторону!
— Пехота! Всем на выход! Распределить огневые точки! Пятый и седьмой экипаж, контролировать концентрацию противника! — орал я по нейросвязи, одновременно выходя из «БТР» и доставая свой старый, но модифицированный «ПСМ-12».
Прямо рядом со мной прилетает энергетический снаряд. Взрыв!
Темнота…
* * *
91.39 %…
Мама, что со мной? Кто такая Мама? Я кто…
Темнота…
* * *
Я открыл глаза, и первого, кого я увидел, была Лиза, спящая возле кровати, держа меня за руку. К руке подключен медицинский модуль. Белоснежное одеяло и везде свет.
Черт бы побрал этих инопланетян! Когда я выбегал из подъезда нашего дома, вытолкнув Лизу, меня завалило. Это нам еще очень повезло, что мы жили на первом этаже.
Погладил Лизу по голове, и она открыла глаза.
— Илюша… Слава богу… — начала она плакать.
Ничего не говоря, продолжал гладить девушку по голове и щекам, вытирая ей слезы. Через некоторое время, когда она успокоилась, заговорила:
— Твои родители погибли… — прошептала она и заплакала с новой силой.
А у меня образовалась невыносимая горечь на душе, горло сдавил ком в горле. Мама, отец, а ведь я так к ним и не зашел на выходных из-за того, что завис у Коляна. Картинка перед глазами, наполнилась размытыми разводами.
— Как это произошло? — еле сдерживая слезы, спросил я свою жену.
— Говорят, вся площадь Маркса и близлежащие кварталы полностью уничтожены, по нашему району попало десяток снарядов, один из них в наш дом, — сквозь слезы говорила Лиза.
Перед тем как выбежать из дома, она узнала, что и её родители погибли. Сняв медицинский модуль, я обнял свою жену… Последнего родного человека.
После выписки из госпиталя нас определили во временное жилище, на окраине Новосибирска. Живем мы тут уже неделю.
Со своим другом, Коляном, я потерял всяческую связь, его контакт вне зоны действия спутников, а это всего два варианта — либо он прячется в лесах, либо он погиб.
Чертовы зелоиды! Стукнул я по кухонному столу, испугав при этом Лизу.
— Илья… — прошептала она, взяв меня за руку.
— Лиз, я иду в армию. Если все будут сидеть и ждать… Это никогда не закончится! — сказал я и посмотрел на Лизу.
— Я тогда тоже…
— Нет! В тылу у тебя достаточно будет работы! Тем более, у тебя даже нейроинтерфейса нет.
— Хорошо, и когда пойдём? — не стала спорить жена.
— Завтра утром отправимся на призывной пункт. И не вздумай заполнять анкету на передовую! Я серьёзно! — сказал я и строго посмотрел на неё.
— Хорошо, не буду, — сказала она и обняла меня, садясь ко мне на колени.
Утром мы стояли у военного комиссариата, добровольцев было много, так что мы ждали своей очереди почти час. Это и не удивительно, половина города в руинах, столько погибших.
— По какому вопросу? — спросила меня на приемном пункте женщина в очках.
— Хочу поступить на службу, — сказал я.
— Заполняйте анкету и проходите в зал ожидания, вас вызовут, — сказала женщина, сканером отправив мне анкету на нейроинтерфейс.
За мной была Лиза, ей отправили анкету на планшет, свои смарт-очки она давно потеряла, во всей этой разрухе.
После отправки анкет мы стали ожидать вызова в распределение.
— Неплохо, тебя предварительно одобрили в аналитический отдел, по гражданке с контрактом, — улыбнулся я жене, читая электронный результат анкеты.
— А тебе что прислали? — спросила она меня, откладывая планшет в сумку.
— Полный игнор. Обычно довольно быстро присылают. Вон, почти все, кто в зале ожидания, знают, куда их назначили, — повертел я головой, рассматривая людей.
— Может, тебя не на передовую определят? — положила голову мне на плечо Лиза.
— Мне нужно оказаться на передовой… — пробормотал я.
— Нет! Не нужно! Если ты больше пользы принесешь в другом месте! — вспылила жена, а взгляды людей в зале направились на нас.
— Тише ты, давай только не здесь! — шикнул я на Лизу.
В это время из больших автоматических дверей в центре зала вышли трое военных. Командир и два солдата в кевларовой броне камуфляжного цвета, с автоматами на перевес. Они угрожающе двинулись в нашу сторону. Я уже ни на шутку напрягся. А когда они подошли именно к нам, пристально смотря на меня, я серьезно испугался за Лизу.
— Родин Илья Васильевич и Родина Елизавета Михайловна? — спросил командир, строго посмотрев на нас.
— Да, это мы. В чем собственно дело? — волнуясь, спросил я.
— Пройдемте с нами. Там вам все расскажут. Не волнуйтесь, это касается вашей дальнейшей работы, — сказал он, видя, что мы напряглись как сжатые пружины.
Нас повели на выход из комиссариата и посадили в бронированный здоровый внедорожник с автоматической плазменной турелью, которая датчиками проконтролировала наше приближение.
Пока мы ехали на другой конец города, я уже что только не нафантазировал. В конечном итоге, успокоил и себя и Лизу, которая уже откровенно начала дрожать.
Нас привезли ко входу в какой-то старый переоборудованный гражданский бункер. В начале века такие строили на случай ядерных атак, когда у нас были очень натянутые отношения с соединенными штатами.
— Прошу вас, идемте за мной, — сказал парень в военной форме, который уже ждал нас снаружи, когда мы остановились.
— Вы мне объясните, в чем дело? — спросил я по дороге, начав нервничать.
— Вам хотят предложить особую работу Илья Васильевич, подробностей я не знаю. Я сейчас вас веду к одному важному человеку, который все подробно вам объяснит, — сказал он, не останавливаясь.
— Но зачем здесь моя супруга? — недоумевающе спросил я.
— В основном, чтобы не возникло проблем с вами, но мы также можем её распределить на работу, отсюда, — улыбнулся парень с погонами старлея, по-моему.
— Понятно, — вопросов больше не было.
К этому времени, через подземный лифт и несколько коридоров мы дошли до больших дверей, моментально открывшихся к нашему приближению…
— О-о, вот он! Наш «индиго»! — мужчина в деловом костюме, расставив руки в стороны, поприветствовал меня.
— Что здесь происходит…
Темнота…
* * *
99.54 %…100 %… Готово.
…
Возобновлена генерация нанитов.
…
Текущая регенерация поврежденных участков организма.
* * *
Открыл глаза я под крики Каспера, но первые секунды не мог понять, кто такой Каспер.
— Админ! Админушка! — вопил у меня в голове искин.
— Да что ты орешь! Я не глухой! — рыкнул я ему про себя.
— Ну наконец-то! Я уже думал, ничего не получится! — радостно говорил он.
— Не получится что? Что здесь происходит? — закрыв глаза в кромешной тьме, спросил я, находясь в прострации.
— Твою черепушку ровно пополам разрезало! Причем крайне повезло, что не по горизонтали, иначе…
Я прервал его:
— Стой! Как по полам?! Кто? — опять открыл я глаза, всматриваясь в темноту.
— Если бы я знал! Ты бы не помер! Анализатор не засёк ничего, по размеру больше насекомого! — возмущенно сказал Каспер!
В это время я привстал на чем-то мягком и сыром. Лапа, это была чья-то лапа! Активировал спичечную головку шарика света и ужаснулся! Я валялся на горе гниющих трупов! Причем реальная гора, здесь сотни разных млекопитающих, помимо людей.
И тут память прояснилась! Спуск на седьмой ярус. Пустота на шестом. Эткин! Где он?
— Каспер, врубай анализатор на полную! Нам нужен Эткин! — шепотом сказал я.
