— В смысле? — Маруся даже отшатнулась в сторону от удивления. — Вы мне не доверяете?
— Что в этом странного? — проснулась Алиса. — Ты приезжаешь с редчайшим Предметом… кстати, откуда он у тебя?
— Не знаю…
Алиса натянуто улыбнулась, словно показывая профессору, насколько нелепо звучат Марусины оправдания.
— Но я правда…
— Приносишь на хвосте убийц, развязываешь войну… — продолжила Алиса, обернувшись и глядя Марусе прямо в глаза.
— Я? Какая война? Я ничего не знаю.
— Алиса, давай без этого… — Профессор жестом попросил «тамерланшу» замолчать.
— Но это же очевидно!
— Ничего не очевидно! — рявкнул профессор.
— Вы же сами видели, что меня пытались убить! И после этого вы мне не доверяете? — возмутилась Маруся.
— Тебя пытались убить? — напала Алиса. — Тебя? С главным Предметом? Ты что, издеваешься? Тебя же невозможно убить! Может быть, именно поэтому Предмет у тебя? А? Чтобы ты, если что, не пострадала? Почему кто-то решил обеспечить тебя такой защитой в момент нападения?
— Хватит! — профессор довольно резко схватил Алису за плечо.
— О вас же забочусь… — злобно огрызнулась она.
— Я сам о себе позабочусь. Хорошо?
Илья снова взял камеру и направил ее в окно.
— Здесь нельзя снимать! — крикнул профессор и забрал камеру из его рук.
— А что здесь можно делать? — расстроенно спросил Илья. — Ругаться?
— Никто не ругается.
Носов смял стаканчик в кулаке и бросил на стол. В салон вернулся старичок и уселся рядом.
— Все хорошо! Сейчас поедем!
Маруся обхватила голову руками и словно закрылась ото всех, погрузившись в собственные невеселые мысли. Настроение испортилось ужасно. Такое неожиданное признание — словно удар под дых. После всего, что ей пришлось пережить, они ей еще и не доверяют. А она им? В чужой стране, с чужими людьми, которые считают, что она привела врагов. Не отвечают на вопросы, не дают уйти… И куда ее привезли? Может быть, они вовсе не собираются ее спасать? Может, они хотят посадить ее в клетку, или проводить над ней какие-то опыты, или вообще убить, пока она ничего не натворила?
Неожиданная паранойя накрыла волной и затуманила рассудок настолько, что Маруся стала видеть врагов во всех окружающих. Теперь ясно, почему профессор такой неразговорчивый, почему Алиса такая строгая, почему Илья пытается ее отвлечь, а бедный Носов, наверное, обо всем знает, и поэтому ему, как единственному честному человеку, плохо… Термокостюм снова начал давить и мешал дышать.
И, как назло, нет стопадреналинового пластыря!
— Можно мне выйти? — спросила Маруся.
— Нет, — ответил профессор, не поднимая на нее глаз.
Почему он не смотрит на нее?
— Мне плохо.
— Сейчас уже поедем.
— Я на минутку. Просто…
— Маруся! — теперь профессор смотрел на нее, и взгляд у него был строгий. — Это паника.
— Нет, правда…
— С тобой ведь уже бывало такое?
Откуда он все про нее знает?
— Я на минутку, просто вздохнуть немного, мне костюм давит.
— Ты никуда не пойдешь. На вот… — Профессор вытащил из кармашка ингалятор и протянул Марусе. — Вдохни. Это типа пластыря…
Маруся взяла ингалятор.
— В напитке была вытяжка женьшеня, они везде ее суют — вот и паника… Вдыхай-вдыхай!
Маруся поднесла ингалятор ко рту и глубоко вдохнула сладковатый газ.
— Женьшень возбуждает нервную систему. Плюс резкие перепады давления. У тебя зашкалил адреналин…
Маруся вспомнила ту сушеную «психологичку», которая разговаривала с ней в тюрьме. У нее был такой же поучительный тон, и Маруся ей совсем не доверяла. Зря она вдохнула эту штуку. Непонятно еще, что это за газ.
— Теперь посиди спокойно пять минут. Не команда, а детский сад какой-то, — раздраженно заворчал профессор. — Одного укачивает, у другой паранойя, у третьей истерика…
— Это не истерика!
— Сиди и молчи, я сказал. Сейчас приедем на место, купим нормальную свободную одежду, поешь, расслабишься…
«Как рождественского гуся готовят», — пронеслось в голове у Маруси. Но паника отступила. По крайней мере, немедленно выпрыгнуть из автобуса уже не хотелось.
Маруся постаралась расслабиться. Она посмотрела на Илью. Тот, явно заинтригованный, наблюдал за ней. Она ничего не сказала, и Илья тоже молчал.
Маленький китаец дотянулся до Маруси рукой и погладил по локтю.
— Не надо кричать. Уже близко.
И закивал, закивал, закивал…
Маруся очнулась от того, что ее тряс профессор.
— Приехали.
— Я что, уснула?
— К счастью, — улыбнулся профессор. — Успокоилась?
Маруся огляделась — все вставали с кресел и выходили из автобуса, только Носов сидел рядом и настороженно смотрел на нее.
— Кажется, да, — ответила Маруся и тоже поднялась.
— Тебя никто ни в чем не обвиняет, — мягко сказал профессор и взял Марусю за руку. — Алиса нервничает и несет всякую чушь.
Бунин обернулся на Носова и кивком показал ему на выход, словно попросив оставить их наедине. Носов быстро выпрыгнул из салона.
— Мы поговорим с нашим другом, и тебе многое станет ясно. Всем нам… — снова заговорил Бунин. — Просто поверь мне. Хорошо?
— Хорошо…
— Помнишь, я сказал, что ты не совсем такая, как мы?
— И что это значит? Что я не член команды? Что я чужая?
— Дело не в этом. Ты не такая. То есть ты, с одной стороны, как мы. А с другой — не просто избранный владелец предмета. Я подозреваю, что ты много круче. — Лицо профессора казалось радостным, как будто он обнаружил редкий артефакт.
— Я не сильно понимаю… что значит «как мы» и что значит «круче»?
— Ты заметила, с какой скоростью восстановилась после ранения? — спросил профессор.
— А с какой скоростью я должна была восстановиться? — пожала плечами Маруся.
— Неделя… две. Или даже дольше.
— Не понимаю…
Бунин опять улыбнулся и сжал ее руку в своих ладонях.
— Ты особенная. И некто знал это и дал тебе Предмет, чтобы защитить тебя и твою особенность. А кто-то, видимо из-за этого, пытается убить. И если я все правильно понимаю, ко мне тебя отправили именно поэтому. Чтобы я защитил тебя. Спас…
— А вы спасете?
— А чем я, по-твоему, занимаюсь? — хитро прищурился Бунин.
— Ну хорошо… Я поверю вам… — смирилась Маруся.
— Вот и ладненько, — вздохнул профессор и пропустил ее к выходу.
— Но обещайте сегодня же мне все рассказать!
Маруся выпрыгнула из автобуса. Рядом уже ждали те два крепких парня, что встречали их у подъезда. Алиса и Илья стояли в сторонке и, кажется, тихо переругивались.
— Сейчас мы зайдем и купим себе нормальную одежду. Особо не выбирайте. Долго не гулять, по магазину не разбредаться… — объяснил Бунин.
Услышав профессора, Алиса сразу же прекратила ссору с Ильей и быстрым шагом направилась в магазин. Илья какое-то время подождал, словно надеясь, что она обернется и позовет, а потом вздохнул и пошел следом за ней.
Район, в котором они оказались, пестрел небоскребами. Дороги были сделаны из какого-то шероховатого пластика, по которому блестящими лентами тянулись металлические полосы, видимо, для транспорта на магнитной подвеске. Выглядело все вокруг чрезвычайно красиво и современно. Все такое прозрачное, металлическое и зеркальное, как витрина дорогого супермаркета. Все первые этажи зданий принадлежали магазинам и лавкам, и вместо стеклянных витрин у них были тонкие телевизионные панели, которые крутили рекламные ролики, демонстрирующие, какие именно товары там продаются и что происходит внутри. Казалось, будто вдоль улицы растянута одна многокилометровая телевизионная панель.
Маруся подняла голову и увидела нечто совсем удивительное — небо вдруг стало размытым, словно серую акварельную краску развозили по стеклу большим количеством воды.
— Купол, — объяснил Марусе Носов. — А над куполом ливень.
Какое странное ощущение. С одной стороны, очень удобно, с другой — это ведь так здорово, гулять под дождем, а тут, получается, этого никогда не бывает.
