"Фантастика 2025-33". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - Янышева Ольга

Около трёх тысяч строителей под руководством лучших архитекторов и инженеров империи возводили стены, бастионы и башни, выкладывали разноцветной плиткой внутренние дворики. Некоторые здания достигали в высоту двенадцати этажей, нижние из которых были выстроены из камня, а верхние — из обшитого железом дерева. Йоши-Себер помнил, что в замке насчитывается более трёхсот комнат и ровно пятьдесят лестниц — эта цифра особенно впечатляла его в детстве. Сейчас, когда современные постройки были ещё масштабнее, Агалез уже не казался столь огромным, и всё же в старой крепости таилось очарование былой мощи.

Замок окружал парк, высаженный так искусно, что производил впечатление дикого леса. Именно в нём и устраивали пикники для императорской свиты, когда правитель Янакато приезжал в Агалез для духовной беседы с настоятелем.

По мере приближения к скалистому берегу, лодка замедлила ход и, наконец, остановилась примерно в двадцати футах от пологого места. Из люка показалась голова капитана.

— Дальше нельзя, — сказал он. — Слишком мелко.

Йоши-Себер молча кивнул и начал раздеваться. Он сложил одежду, сделав из неё подобие тюка, и прыгнул в воду. Чтобы преодолеть расстояние до берега, потребовалось не больше минуты.

Пронаблюдав за тем, как он вышел из реки, капитан хмыкнул и полез обратно в лодку: ему нужно было вернуться, чтобы доложить о катастрофе. А по пути сочинить историю, которую не стыдно рассказать.

Йоши-Себер повернулся к реке лицом и скрестил руки, активировав браслеты. Перейдя в другое измерение, он отчётливо увидел подводную лодку и капитана грузовоза в ней: словно огромная рыбина проглотила человека. Прикрыв глаза, Йоши-Себер прочитал одно из самых мощных заклинаний Коэнди-Самата. Потоки энергии устремились к металлической обшивке судна и впились в неё, разрывая на части. Йоши-Себер зафиксировал их, и они замерли сгустками пульсирующего света. Гуар-Ва начал погружение. Он развернул лодку и дал полный ход, опускаясь всё глубже. За его судном шлейфом тянулась энергия. Йоши-Себер произнёс последнюю часть заклинания.

Наблюдать за тем, как лодка разваливается на куски, и её единственный пассажир гибнет, захлёбываясь в мутной воде, он не стал — магия Коэнди-Самата была надёжна.

Йоши-Себер быстро оделся и двинулся вверх по склону. До замка было недалеко, однако приходилось карабкаться по валунам, так как ни дороги, ни тропинки, ведущей к нему, не было.

Йоши-Себер потратил минут десять только на то, чтобы добраться туда, где начиналась почва. Перед ним возвышались деревья — старые, раскидистые, толстоствольные. Между ними буйно рос кустарник: монахи не старались ограничить природу.

Агалез виднелся за кронами. На башнях развевались узкие, раздвоенные флажки — часть из них имела государственную, а часть — религиозную символику.

Йоши-Себер углубился в заросли. Деревья стояли плотно, ветки переплелись друг с другом, кроны давали густую тень. Трава разрослась буйно и поднималась почти до колен, кустарники имели шипы, — казалось, их нарочно посадили, чтобы затруднить проход к замку.

Йоши-Себер шёл, стараясь не потерять направление, и, наконец, вышел на лужайку перед крепостной стеной. Пришлось пройти несколько десятков футов, чтобы отыскать западные ворота, но они оказались заперты и выглядели так, словно ими не пользовались много лет. Проклиная монахов, Йоши-Себер двинулся дальше и, обогнув угловую башню, увидел северные ворота. К ним вела дорога со следами колёс. Небольшая калитка выглядела новой: доски не успели окончательно потемнеть. Йоши-Себер толкнул её, но она не подалась. Тем не менее, окошечко, устроенное на высоте человеческого роста, мгновенно отворилось, и на пришельца уставились два тёмных глаза.

— Добрый день, — проговорил Йоши-Себер, стараясь выглядеть приветливо. — Могу я войти?

— Кто такой? — ответил низкий рокочущий голос.

— Мне нужно видеть брата, — сказал Йоши-Себер, игнорируя вопрос привратника.

Окошко захлопнулось, и воцарилась тишина. Выждав почти минуту, Йоши-Себер постучал.

— Да? — резко проговорил монах, снова открыв окошко.

— Я могу войти? — нетерпеливо спросил Йоши-Себер.

— Нет, — ответил привратник, в упор глядя на незваного гостя. Его глаза не выражали ничего. — Все братья заняты.

— Мой брат — принц Гинзабуро, — сообщил, понизив голос, Йоши-Себер.

Во взгляде монаха ничего не изменилось.

— Мне нужно с ним поговорить, — сказал, окончательно теряя терпение, Йоши-Себер.

В конце концов, он мог просто разнести эти ворота.

Прошло секунд пять, прежде чем лязгнул запор. Привратник отворил калитку и отступил, пропуская Йоши-Себера. Он оказался здоровенным детиной: около шести футов ростом, широкоплечий, с квадратным лицом, на котором теперь застыло неясное, но, несомненно, напряжённое выражение.

— Благодарю, — взяв себя в руки, сказал Йоши-Себер.

Во дворе замка он огляделся. Повсюду шныряли монахи, некоторые сидели, занимаясь разными делами — в основном, по хозяйству. Привратник дотронулся до плеча Йоши-Себера, чтобы привлечь внимание.

— Брат Гинзабуро в малом храме, — сообщил он безразличным тоном. — Совершает молитву.

— И где этот храм? — поинтересовался Йоши-Себер, наблюдая за тем, как один из монахов несёт через двор коромысло с двумя полными вёдрами.

— Да вот, — привратник указал на небольшую постройку в отдалении.

Квадратное основание венчала двускатная крыша с загнутыми коньками. По обе стороны от входа высились колонны, вокруг которых обвились вырезанные из дерева драконы.

Кивнув, Йоши-Себер направился к храму, спиной чувствуя тяжёлый взгляд привратника. Он рассчитывал встретить в обители более радушный приём, но, должно быть, душеспасительная жизнь в монастыре не давалась легко и не располагала к дружелюбию — по крайней мере, по отношению к незнакомцам.

Поднявшись по ступенькам, Йоши-Себер открыл дубовую, украшенную резьбой дверь и вошёл в храм.

Пахло лавандой и воском. Не меньше полусотни свечей стояли в канделябрах вдоль стен, а перед алтарём дымились ароматические палочки в глиняных мисках.

Глава 17

Мужская фигура склонилась перед статуей Бруммара. Краснокожее божество благосклонно взирало сверху вниз на молящегося, и его двенадцать унизанных перстнями рук, казалось, норовили оградить человека от всех зол и бед мира.

Йоши-Себеру невольно пришло в голову, что Бруммар всегда вызывал у него, скорее, страх и трепет, чем благостную любовь и умиротворение. Его широкое, немного плоское лицо с толстыми губами и скошенными к переносице глазами наводило на мысли о демонах, а не богах. Ещё в детстве Йоши-Себер ощутил это несоответствие и с тех пор не мог поклоняться Бруммару — в отличие от страших братьев.

Торопливо проведя рукой по волосам, Йоши-Себер перевёл взгляд с красного лица статуи на согбенную фигуру перед ней.

— Гинзабуро, — негромко позвал он.

Монах никак не отреагировал: продолжал стоять на коленях, сложив перед собой ладони.

Йоши-Себер подошел ближе. Он не сомневался, что видит старшего брата — разве мог он ошибиться? Эти широкие покатые плечи, крупная голова, чёрные, коротко стриженые волосы — всё говорило о том, что перед ним Гинзабуро Сигато.

Шаги гулко отдавались под сводами, свечи колебались от движения воздуха, а Бруммар, казалось, пристально следил за приближением незваного гостя, нарушившего тишину и покой монастырской обители.

— Брат! — позвал Йоши-Себер чуть громче.

Гинзабуро вздрогнул и обернулся. При виде пустых глазниц Йоши-Себер остановился — за долгие годы он так и не привык к тому, что его брат слеп. На несколько секунд воцарилась тишина. Гинзабуро замер, прислушиваясь. Его брови слегка сдвинулись.

— Йоши-Себер? — наконец, проговорил он тихо.

— Да, это я.

На лице слепца появилась широкая приветливая улыбка. Гинзабуро поднялся — несколько неуклюже — и направился к брату. В храме он, судя по всему, ориентировался прекрасно.