"Фантастика 2025-77". Компиляция. Книги 1- 33 (СИ) - Сухоруков Андрей

— Попрошу исключить меня из общего списка. Должен заявить, что сплетнями не интересуюсь.

— Однако, гипотезы строите…

— Не желаю выслушивать язвительные замечания в свой адрес. Впрочем, если история неведомого мне пока Андрея поможет прийти к согласию в придуманном вами теоретическом споре — расскажите ее. И избавьте меня, наконец, от своей невозможной иронии!

— Готов пойти навстречу. Как известно, после событий 1997 года представления о природе Мироздания были пересмотрены самым решительным образом.

— Вы имеете в виду события, связанные с Вонючим рассветом? Неожиданная с точки зрения серьезной науки экологическая катастрофа привела к пониманию того, что каждого человека ожидает персональный конец света?

— Совершенно верно. Но надо помнить, что за год до катастрофы Виктору Кларкову удалось самостоятельно реализовать нуль-транспортировку. Выдающееся, кстати, достижение, которое само по себе опровергает вашу гипотезу об обязательности многовековых традиций. Индивидуалисты такие непредсказуемые.

— Это надо доказать. В мире Кларкова с религиозными традициями и мистическими сектами все было в порядке. Так что говорить, будто он действовал самостоятельно и не использовал многовековой религиозный опыт, я бы не рискнул.

— Не хочу вступать в пустые пререкания, поскольку речь совсем не об этом. Напомню, что опыт Кларкова деформировал пространственно-временной континуум, и его друзья, вопреки своей воле, попали в мир Вонючего рассвета.

— Да, да… Прекрасно помню эту ужасную реальность. Концентрация вредных веществ в атмосфере превысила допустимую, их воздействие на людей оказалось непредсказуемым и напоминало тяжелое наркотическое опьянение. Абсолютно все обитатели этого несчастного мира стали пассивными наркоманами. Их дикая, насильственно освобожденная фантазия привела каждого из них к собственному концу света. Многие эпизоды распада физического мира были ужасны. Эта страшная Катастрофа разрушила базовый мир.

— Хорошо, что вы об этом помните. Но, как известно, человечество — чрезвычайно консервативное общество. Каким бы сильным и болезненным не было воздействие на психику людей, всегда обнаруживаются особи, обладающие к нему стойким иммунитетом. Вот так и получилось, что относительно небольшая часть населения выжила на развалинах цивилизованного мира. Им пришлось начинать с нуля. Признайте, что борьба за существование, которую они вынуждены были вести на протяжении двухсот лет, была плохим подспорьем для эволюционного скачка. Однако, по крайней мере, одному из них удалось совершить духовный подвиг. Разве это не восхитительно?

— Мне известны десятки миров, возникших после Вонючего рассвета. О каком из них вы говорите?

— О Мире святого Иеронима.

— Никогда прежде не слышал о таком.

— Вот как! Неожиданное признание. Но я всегда любил рассказывать приятелям о незнакомых мирах, тем более, если это помогает доходчиво разъяснять оппонентам очевидные вещи.

— История будет долгой?

— Да. Но она чрезвычайно поучительна и, вне всяких сомнений, поможет вам отказаться от предубежденности к людям и их возможностям. Приготовьтесь к этому.

— Был ли замечен в этом мире кто-нибудь из наших?

— Да. Айрис.

— Боже мой! Почему вы раньше не познакомили меня с этой реальностью? Как вам не стыдно! Вы же знаете, с каким вниманием я слежу за приключениями Айрис!

— Вообще-то, я собираюсь познакомить вас с судьбой Андрея. Без Айрис, конечно, дело не обошлось. Но она всего лишь второстепенный персонаж. Как всегда яркий, но это не ее история.

— Айрис не может быть второстепенным персонажем.

— Андрей сделал свой выбор. И победил.

— Откройте, наконец, доступ к своему рассказу, или вас надо два часа уговаривать?

— Спокойно. Уже все готово…

Часть 1

Мир

Глава 1

Мир Святого Иеронима

Известно, что Монастырь основан Орденом хранителей универсального телескопа уже через несколько лет после Вонючего рассвета. Сам святой Иероним выбрал для подвижничества развалины оставшегося от прежней жизни культового сооружения и лично водрузил на огромную каменную глыбу важный для религиозной практики предмет — Чудом Сохранившийся Телескоп.

«Какое замечательное место для молитв! Чувствую, как великое знание прежних людей, наполняет мое естество. Придет время, и мы вспомним все!» — заявил он.

Преданные святому Иерониму люди незамедлительно приступили к восстановительным работам, а сам он посвятил жизнь тягостным раздумьям о судьбе мира.

Иероним был человеком умным, но святым стал не сразу. Ему, одному из немногих, удалось сохранить после Вонючего рассвета трезвость восприятия и способность к осмысленным действиям. В памяти людской он остался великим вождем, вернувшим надежду и уверенность многим поколениям. Мало кто помнит, что Иероним не обладал реальной властью, не мог отдавать команды и требовать их беспрекословного исполнения, не мог карать. Иероним, всего лишь, пытался понять новую реальность и не отказывался откровенно отвечать на вопросы о будущем любому человеку, который желал их задать. Люди нуждались в пророке. Им хотелось, чтобы кто-то решил их проблемы, подсказал, как жить дальше.

И наступил момент, когда Иероним почувствовал себя ответственным за судьбу каждого встреченного им человека. Нельзя сказать, что новые обязанности ему нравились. Но он смирился с тем, что должен исполнять свой долг, потому что не смог бы переложить его на кого-нибудь другого, даже если бы вдруг захотел этого. Нельзя обвинять людей, переживших Катастрофу, в том, что они слишком много думали о собственном благополучии, а не об общественном выживании. В тяжелые времена много мечтателей не бывает. И люди потянулись к Иерониму.

От добровольных помощников отбоя не было. Сама собой возникла религиозная община. Иероним назвал ее Орденом хранителей универсального телескопа. Так уж совпало, что на развалинах Обсерватории обнаружили сохранившийся большой телескоп и пять маленьких, универсальных. Он посчитал это знаком свыше.

Иероним много думал о будущем, искренне полагая, что без духовного единения невозможно наладить жизнь. Это требовало бережного отношения к людям, способным думать. Он решил, что хорошо было бы собрать в одном месте ученых, философов и библиотекарей, обеспечив им надежную защиту и возможность свободно познавать мир. Для этой цели он основал Монастырь, не сомневаясь, что умные люди должны некоторое время пожить обособленно и спокойно заниматься делом, не отвлекаясь на пустяки. Это был самый простой способ добиться интеллектуального возрождения.

Служение общему делу и монашеское послушание — вот что, по мнению Иеронима, должно было спасти людей от бесконечной череды невзгод и лишений.

Он не ошибся. Монастырь оказался тем ядром, вокруг которого стала налаживаться нормальная жизнь.

Из множества высказываний Иеронима, достойных упоминания, людям почему-то больше всего понравилось одно, уж очень понятно и доходчиво оно звучало. Из уст в уста передавался отрывок из проповеди, который получил особое название — «Обещание святого Иеронима». Собственно, сама притча, как впоследствии доказали монастырские философы, была сочинена прежними людьми еще до Вонючего рассвета, но непререкаемый авторитет Иеронима, сделал Обещание необыкновенно популярным. Самые разнесчастные крестьяне из далеких деревень, знали его наизусть и заставляли зазубривать своих детей. Именно эта короткая проповедь оказала самое сильное воздействие на историю выжившего после Вонючего рассвета человечества. Именно эта притча стала поводом для признания Иеронима святым.

У людей появилась уверенность в светлом будущем. «Обещание святого Иеронима» стало догмой, абсолютной истиной. В нее поверили верующие и сомневающиеся, богатые и бедные, умные и дураки, активисты и пофигисты. Отныне все без исключения строили жизнь согласно «Обещанию». Населенная людьми территория получила название Мира святого Иеронима.