Но на корабле нашёлся скафандр, который подошёл мне по размеру. Стандартный средний размер. Такой размер тут был всего один. Ещё было три маленьких для Кори, Кайто и Пиявки соответственно, и один большой — для здоровяка Магнуса. Самый распространённый в других местах средний размер тут носил только капитан, поэтому именно его скафандр я надел после того, как отнёс остатки своего старого в каюту. Потом разберусь с ним, сниму всё, что может пригодиться.
Вдвоём с роботом мы управились с заданием буквально за пару часов. Самой сложной частью было отделить отсек с управляющей электроникой так, чтобы не зацепить при этом кокпит и не разгерметизировать его. Структурных точек, по которым предполагалось бы разрезать корабль при утилизации, тут не было, потому что подразумевалось, что после снятия обшивки отсек вместе с кокпитом отправится на грузовую баржу для повторного использования всего, что только возможно использовать повторно. Начиная от самого бортового компьютера и заканчивая кожаной или текстильной оплёткой на управляющих рычагах.
Пришлось экспериментировать на ходу, разрезая обшивку чуть ли не точечными импульсами и постоянно сверяясь со схемой корабля, которую я вывел на визор шлема. Робот, несмотря на то что тоже был снабжён лазером и мог бы резать обшивку «барракуды», непосредственно в разборке участия не принимал. Он, в основном, служил самоходной струбциной, основной задачей которой было держать всё то, на что я укажу. А держать приходилось немало, ведь после того, как управляющий компьютер будет изъят, надо будет всё остальное вернуть обратно, в том же порядке, в котором оно было разрезано. Иначе вибрации корабля в процессе простого космического, даже не атмосферного, полёта просто оторвут от него всё, что плохо или неправильно закреплено.
Когда наконец большой стальной шар управляющего компьютера был извлечён со своего места, и с кораблём его соединял только жгут проводов, тянущийся из незаваренного отверстия, Жи вернулся на борт и принял на себя управление бортовыми системами. И только после этого я обрезал провода, отсоединяя компьютер окончательно.
Если бы не Жи, «Барракуда» прямо сейчас бы полностью лишилась питания и управления. Системы жизнеобеспечения отключились бы, точно так же, как и генератор гравитации, и двигатели, и вообще всё. Это не так и страшно, если это длится минуту-другую, но рисковать Кетрин и её ребёнком не хотелось, поэтому я принял решение провести смену, что называется, «бесшовно».
Когда компьютер отделился от корабля, я упрятал обратно провода, залатал отверстие, передал по комлинку, что можно нагнетать атмосферу, и проверил, чтобы нигде ни один стык не сифонил. Убедившись, что всё в порядке и мы не будем терять воздух просто так, я вернулся к компьютеру и отделил в косе его проводов тот, что отвечал за питание.
Кайто, ещё пока мы готовились, успел переделать одну из батарей для меча Кори таким образом, чтобы теперь она могла служить источником энергии для компьютера. Ничего более подходящего на борту не нашлось. Была ещё пара тяжёлых бластеров, точно таких же, как тот, которым я отстреливался на Роке-младшей, но их батареи не подходили.
Для этого Кайто расковырял небольшой, в половину размера, цилиндрик и вывел наружу два контактных провода, которые я теперь и соединил с проводами от компьютера, предварительно смотав все остальные провода в пучки максимально далеко друг от друга — чтобы ничего нигде не коротнуло.
Компьютер поморгал зелёным диодом, потом два десятка раз поморгал красным, показывая, что системы не проходят инициализацию, но это не важно. Самое главное, что сперва он моргнул зелёным — значит, запустился, загрузился и функционирует штатно.
После этого началась самая сложная часть плана. Ещё когда корабль был цел, мы нашли с помощью радара ледовый астероид, подходящий по размерам, и даже подлетели поближе к нему. Теперь мне нужно было закрепить на нем компьютер, чтобы выдать астероид за нас, а главное — заставить его лететь навстречу администратам.
И снова пригодилось врекерское снаряжение — уже в который раз! Компьютер к ледышке я присоединил с помощью тросов, а потом с их же помощью соединил нужный мне астероид с ещё пятью окружающими. Соединил бы и побольше, да длины тросов не хватило, они всё же не бесконечные. Но и этого хватит, чтобы заставить двигаться наш астероид в нужную нам сторону. Всё-таки опыт закидывания огромных кусков обшивки кораблей в печь у меня не маленький.
Сокращаясь, тросы потянули связанные астероиды друг к другу. В результате выбранный в качестве обманки астероид, постепенно ускоряясь, полетел вперёд.
Через время, конечно, движение заставит эти пять астероидов столкнуться друг с другом, ломаясь, разлетаясь и вызывая новые разрушения в ледовом поле, но это будет потом. А сейчас наша обманка постепенно разгонялась, и через время должна была отделиться от скопления астероидов… И, если повезёт — выполнить своё предназначение.
Даже забавно — висела себе глыба льда в космосе, возможно, десятилетиями, никого не трогала, ничего не делала и даже не знала, что у неё есть какое-то предназначение.
Я проводил взглядом уносящуюся прочь ледышку, ещё раз прикинул траекторию её движения, снова убеждаясь, что рассчитал всё правильно, и на пути нет никаких препятствий, и вернулся на корабль. Как раз уже и значок заряда скафандра начал помигивать, намекая, что половина заряда уже потрачена.
Кокпит встретил меня напряженным молчанием. Несмотря на то, что в корабле горел свет, все приборы работали, а экипаж всё ещё оставался в живых, во взглядах, что скрестились на мне, так и читался немой вопрос — «Ну как?»
Отвечать на этот вопрос я, конечно же, не стал. Как минимум потому, что отвечать на него было ещё рано. План был выполнен лишь наполовину.
Поэтому я подошёл к лобовому стеклу, на которое всё ещё проецировался радар, уменьшил масштаб до минимума, и мы все дружно принялись наблюдать за тем, как «наш» ледовый астероид движется к краю ледового поля… А потом и вовсе выходит из него, и заодно — из зоны действия нашего радара.
— Ну, всё или ничего… — вздохнул я и посмотрел на Кори, которая уже готовая сидела в пилотском кресле. — Давай.
Девушка послушно кивнула и дала половину тяги, сдвигая корабль с места.
Аккуратно лавируя между астероидами, она подвела «Барракуду» к краю ледового поля, с другой стороны от астероида-приманки, и тут Кайто подал голос:
— Зафиксирована аннигиляция. Судя по спектру излучения, это была антиматериальная торпеда.
— Отлично! — капитан от избытка чувств даже ударил кулаком по ладони. — Ну всё, Кори, давай потихоньку выбираться…
— Нет, — я качнул головой. — Не потихоньку. Гони что есть тяги. У нас время ограничено.
— Точно! — тут же согласился со мной капитан. — Он прав. Гони. Но потихоньку.
Кори улыбнулась, явно услышав в этой фразе что-то своё, и рванула рычаг вперёд до упора.
До спейсера мы долетели за четыре часа и всё это время крейсер Администрации даже не появился в зоне действия нашего радара — то ли настолько не спешил обратно, то ли вообще остался на месте разбираться с тем, что только что произошло. В любом случае, нам это было на руку, потому что остановить нас было просто нечем.
Хотя они пытались. Когда мы подошли практически вплотную к спейсеру, когда его гигантское кольцо, толщиной больше, чем две «Барракуды» в длину, заслонило весь окружающий космос, на связь снова вышел персонал станции.
— Корабль «Анис», спейсер закрыт для использования! Повторяю — спейсер зак…
Капитан дотянулся до приборной панели и самолично сбросил вызов, оборвав администрата на полуслове.
— Ишь ты, выдумали! — усмехнулся он. — Спейсеры закрыты. Что-то я не слышал, чтобы у вас какая-то закрывалка для спейсеров появилась! Магнус, курс готов?
— Да, капитан! — ответил негр, уже закончивший рассчитывать, под каким углом и с какой скоростью нам нужно войти в спейсер, чтобы оказаться именно там, куда мы рассчитывали попасть.
