«Нужен новый план», — начал я лихорадочно размышлять. — «Съебаться — не вариант, потому что заклюют по дороге. Второго такого удара шлем не выдержит. О, идея!»
Резко разворачиваюсь на 90 градусов и врываюсь в жилую застройку.
Смыться я от них не могу, но могу спрятаться под крышей. Если попробуют ворваться — я их жестоко выебу.
Филины — это ночные хищники, поэтому есть предположение, что днём они чиллят в укрытиях, набираясь сил перед ночной охотой.
«Значит, мне нужно дождаться утра, а это ещё часа три», — бросив взгляд на наручные часы, подумал я. — «Значит, нужно переночевать где-нибудь».
Филинов в небе стало гораздо больше — их уже семь-восемь. Видимо, я сочтён более лёгкой добычей, поэтому они бросили свои охоты и переключились на меня. Решили, наверное, что сейчас пробьют мне башку и добычи хватит на всех…
— А это мы ещё посмотрим, пидарасы пернатые!!! — выкрикнул я в небо.
Врываюсь на участок огромного коттеджа, представляющего собой комбинацию из близко расположенных четырёх кирпичных зданий.
Пробиваю тонированное окно первого этажа и напарываюсь на скопление человеческих костей, разбросанных по полу гостиной.
— Блядь! — выкрикнул я, с усилием выравнивая баланс и переступая через череп с частью позвоночника.
Вонь меня не смущает уже давно, но мне всё ещё неприятно ходить по мертвецам…
Прохожу в соседнее помещение, оказавшееся спальней, закрываю шторы на окне и сажусь на запыленную кровать.
«Теперь только ждать», — подумал я и вытащил из кармана свёрток с вяленым мясом.
Глава четвертая
Пернатый патруль
*Российская Федерация, Республика Дагестан, город Махачкала, 17 декабря 2027 года*
Встаю с кровати и осторожно подхожу к окну.
Среди филинов, как оказалось, долбоёбов нет, поэтому никто из них не попытался штурмануть коттедж — они бесшумно кружат над ним, терпеливо ожидая, пока я выйду и отдамся им в когти.
— Ищите себе другого долбоёба… — прошептал я, задвигая шторку и возвращаясь на кровать.
Я уже исследовал имеющуюся жилплощадь и понял, что Махачкала — это просто Эльдорадо для мародёра.
Среди костей в гостиной я обнаружил Сайгу-12К, из которой, по-видимому, и порешили всех тех, кто наполняет комнату своими останками.
У меня сложилось впечатление, что это было что-то вроде массового самоубийства — на двенадцати черепах есть проломы и отверстия от дроби, а тринадцатый череп… Ну, я предполагаю, что он тоже здесь, только разбросан по всему помещению.
Костяков точно тринадцать, поэтому я выработал версию, что тринадцатый человек перебил всех собравшихся, а затем выстрелил себе в башку, что объясняет такой разлёт фрагментов черепа.
«Наверное, они посчитали, что спасения не будет, поэтому решили закончить всё здесь», — предположил я. — «Или же! Или же тринадцатый — это на голову больной маньяк, который ворвался сюда с Сайгой и перебил здесь всех, а затем свёл счёты с жизнью».
Всей правды мы, как говорится, не узнаем.
На полу, рядом с костяком тринадцатого, я обнаружил визитную карточку некоего общественного фонда «Вечность» — что это может значить?
Однозначно, тут развернулась какая-то очень серьёзная драма, но больше сюда никто не заходил, кроме падальщиков.
На кухне я обнаружил порядочное количество консервов — тушёнка, кукуруза, горох, ананас, манго и даже маракуйя.
Беру с прикроватной тумбочки вскрытую мною банку с маракуйей и зачерпываю эту жижу с семечками столовой ложкой.
«Здесь жили заряженные дяди и тёти — абсолютно точно», — подумал я, глотая эту очень сладкую кашицу. — «Далеко не в каждом доме держали такие экзотические консервы».
Уминаю консервированную маракуйю за один присест, после чего вскрываю банку с консервированным ананасом.
Вредители не сумели добраться только до верхних полок, поэтому, если бы кто-то эвакуировал всё это счастье своевременно, то получил бы вдвое или втрое больше, чем нашёл я.
В подвале центрального дома тоже было дохрена еды, но всё выели крысы и мыши — после них остались только обрывки картона, рваный полиэтилен и рваная жесть.
В холодильнике тоже что-то было, но больше я таких ошибок не совершаю и даже не касаюсь дверей холодильников. К некоторым запахам можно привыкнуть — например, можно притерпеться к вони тухлого мяса с костей, но то, что образуется в холодильнике…
Это какой-то другой тип вони — вонь от разложения молочки тесно переплетается с амбре разлагающихся колбас, масла, тухлых овощей и фруктов, мясных нарезок, рыбы, содержимого вздувшихся банок и так далее. Это ядовитое говно, способное причинить нешуточный вред организму, как я считаю.
И наполнение холодильников почти всегда разное, поэтому всякий раз это напоминает открытие лутбокса — заранее знаешь, что будет хуйня, но насколько именно — это элемент рандома.
«Ищите какого-то другого лоха», — подумал я, вспомнив о навороченном холодильнике на кухне.
Я с детства мечтал о холодильнике с подачей горячей и холодной воды. Ну, не прямо мечтал, а думал, как бы было хорошо, будь у меня такой на кухне.
Смотрю на часы и понимаю, что рассвет только через час, а это значит, что ёбаные филины будут летать и действовать мне на нервы ещё целый долбанный час…
«Главное, что внутрь, суки ссыкливые, не лезут», — подумал я. — «Хотя я бы хотел такого развития событий».
Ложусь на кровати и размещаю «Печенег» на груди. Спать нельзя, потому что кругом враги, но прикрыть глаза, расслабиться и отдохнуть — почему нет?
Висит абсолютная, мёртвая, тишина.
Филины, как я уже понял, непрерывно патрулируют воздушное пространство, но не издают ни звука, погода безветренная, снег не идёт, а я не шумлю, поэтому лежу в слегка угнетающей тишине, которую мне не очень-то хочется нарушать.
Мыслями постоянно возвращаюсь к Лапше — очень хочется вернуться и с ожесточением трахнуть её. Это тяжело, блин: я уже столько дней без Лапши, активно двигаюсь, гормональный фон в повышенном тонусе, поэтому тяжело себя контролировать.
В Кизляре у меня чуть привстал на Вандалку — она довольно-таки симпатичная и тоже милфа, как и Лапша…
— С этим надо что-то делать, — произнёс я. — А что ты сделаешь? Эх…
Чтобы отвлечься, достаю из кармана телефон и открываю приложение для чтения книг. Оно у меня уже давно, с библиотекой на 2,5 гигабайта из коллекции Бубна. Он является профессиональным читателем, то есть, читает всё и всю жизнь, с раннего детства, пришедшегося на поздний Союз.
В основном, в коллекции содержится всякая альтернативная история — как какой-нибудь попаданец херачит Гитлера, Рузвельта или Муссолини, обязательно за СССР…
Мне такое неинтересно, поэтому я являюсь завсегдатаем раздела фэнтези и тёмного фэнтези — мне это залетает в 9 случаях из 10, потому что это же другие миры, в которые можно погрузиться, чтобы отвлечься от окружающего всех нас пиздеца. И чем гуще вокруг становится пиздец, тем интереснее читается фэнтези.
Сейчас, например, я читаю какого-то Дизморала, сетевого автора, который писал в жанре тёмного фэнтези и попаданцев. Мне понравилась его серия «Чёрный колобок», про абсолютно аморального хуесоса, который оказался в мире фэнтезийного средневековья, где царит абсолютная и беспросветная жопа.
Ну и получилось, что этот аморальный хуесос оказался там на своём месте — беспределит, кидает людей, предаёт друзей, использует случайных спутников для разминирования ловушек, торгует детьми и так далее.
Читать про такого мерзкого уёбка несколько неприятно, но очень уж красочно Дизморал расписывает всё происходящее, а самое главное — разработанный им мир безукоризненно логичен, поэтому не особо важно, что делает этот хуй, который тут в роли главного героя.
Но «Чёрный колобок» был дочитан мною на прошлой неделе, а сейчас я читаю первую книгу цикла «Озёрные огни». Только вот тут какая-то хуйня — главный герой положительный, живёт обычной жизнью, решает какие-то житейские траблы, пиздит какую-то хуйню о мотивации и пытается вылезти из бытовой ямы, опираясь на веру в себя. Мне кажется, это какое-то говно, но я дам ему шанс ещё на три главы, а потом дропну без сожалений.
