"Фантастика 2025-68". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Калинин Алексей

— Повезло, значит… — протянул он. — Что ж, будем считать, что твоё везение — это ресурс Империи.

— Это намек на то, что за это я ничего не получу? — я ухмыльнулся в ответ.

— Ну как же, совсем иначе, — Петр Александрович улыбнулся и подозвал к себе одного из Советников, а затем начал шептать ему что-то на ухо, и тот с серьезным видом кивал. После чего государь обратился уже снова ко мне: — Ты сильно рисковал, чтобы выполнить хотя бы малую часть задачи. Так что тебя, Добрынин, заслуженно будет ждать награда. И ждать она будет в твоем имении… Ее туда мои люди завезут раньше, чем ты сам приедешь.

Его слова заинтриговали меня настолько, что я почувствовал, как внутри просыпается то самое чувство азарта, которое обычно предшествует либо великим свершениям, либо грандиозным провалам. Я медленно кивнул, ощущая, как уголки губ сами собой растягиваются в довольной улыбке.

— Благодарю! Позвольте тогда откланяться, Ваше Императорское Величество? — произнес я, слегка склонив голову, но не отводя взгляда от его холодных, расчетливых глаз.

Император поднял руку в жесте, останавливающем мое отступление. Золотые перстни на его пальцах тускло блеснули в полумраке зала.

— Я надеюсь, ты успеешь отдохнуть, — проговорил он с интонацией, в которой забота о моем благополучии звучала примерно так же убедительно, как клятва верности из уст наемного убийцы. Его глаза, холодные и расчетливые, изучали меня, словно редкий экспонат в коллекции диковинок. — Завтра я снова хочу видеть тебя здесь во дворце. Для тебя имеется еще одно простенькое дельце, и мы выделим для тебя новую команду. Это все предстоит обсудить.

Он подался вперед, и трон едва слышно скрипнул. Свет от ближайшего канделябра отразился в его зрачках, создавая иллюзию тлеющих углей.

— Простенькое? — я демонстративно вскинул брови, чувствуя, как внутри разливается предвкушение. Мои пальцы выстукивали неслышный ритм по бедру. — А я не люблю слишком простые задачи. Они наводят на меня смертельную скуку, государь. Император откинулся на спинку трона и издал короткий смешок.

— Значит, это дело как раз для тебя, — в его голосе прозвучала ирония. — Поверь, скучать не придется.

Да, государю точно чувства юмора не занимать. Умеет он играть всеми как шахматными фигурами на доске, и другим ничего не остается, как участвовать в партии. Его пальцы, унизанные перстнями, постукивали по подлокотнику трона в такт каким-то своим мыслям, а глаза, казалось, видели меня насквозь, включая все мои тайные планы и скрытые мотивы. А тем, кто против, вовсе будут сброшены с доски и пропадут навсегда. Что же касается меня… Я поучаствую в партии, пока это будет и в моих целях тоже.

Но лучше бы ему с такой пешкой, как я, быть осторожнее, ведь и пешка способна поставить шах и мат. К тому же я скорее пешка под прикрытием, которая давно уже, задолго до своего появления здесь, совершила перевоплощение в другую фигуру.

— Буду с нетерпением ждать завтрашнего дня, Ваше Императорское Величество, — произнес я с улыбкой, которая могла бы показаться искренней, если не знать меня слишком хорошо. — Надеюсь, новая команда окажется более… живучей, чем предыдущая.

Император хмыкнул, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на одобрение.

— До завтра, — произнес он, делая жест рукой, отпускающий меня.

Потому я с беззаботным видом пообещал, что непременно приеду, и направился прочь из дворца. Мои шаги гулко отдавались в мраморном коридоре, украшенном портретами предков нынешнего правителя — такими же холодными и расчетливыми, как он сам. Казалось, их глаза следят за мной, оценивая каждое движение.

По пути, правда, многие из придворных из-за быстро расползающихся слухов смотрели на меня теперь как на героя. Их взгляды скользили по моей фигуре с тем особым выражением, которое бывает у людей, разглядывающих редкое животное в зоопарке — смесь восхищения и облегчения от того, что клетка надежно заперта. А кто-то, правда, смотрел как на безумца, отступая на шаг, когда я проходил мимо, словно безумие могло быть заразным.

— Как? Как ты выжил? — проходя мимо меня, один тип из канцелярии, с бледным лицом и глазами, полными ужаса, буквально ударился головой об стену.

Звук был такой, словно спелый арбуз уронили на мраморный пол. Я даже на мгновение остановился, ожидая увидеть брызги красного на белой стене, но, к счастью, его череп оказался крепче, чем можно было предположить по интеллекту, отражающемуся в глазах. Из его рук посыпались бумажки на пол, кружась в воздухе, как осенние листья, и привлекая всё больше внимания остальных служащих. Они сбегались, как стервятники к свежей падали, жадные до новых сплетен и подробностей.

— А вы у Императора всё спросите, — я развел руками, наслаждаясь произведенным эффектом. — Ему уже известно, что мне элементарно повезло. Да и по правде сказать, задача и правда не была такой уж сложной. Если не верите, сами попробуйте как-то в Австрию слетать. Отличная страна, знаете ли. Особенно когда тебя там пытаются убить каждые пятнадцать минут. Бодрит лучше любого кофе.

Я подмигнул особенно впечатлительной даме в пышном платье, которая, кажется, была готова упасть в обморок от моих слов.

— Да он бредит… бредит… — пронесся шепот голосов.

— Или это последствия пыток, — предположил кто-то из толпы. — Говорят, в Австрии умеют выбивать из человека всё, включая рассудок.

— Может, это двойник? — прошептала дама в пышном платье своей соседке, но достаточно громко, чтобы я услышал. — Настоящий-то наверняка мертв!

Люди больше не обступали меня со всех сторон, а разбежались дальше по своим делам, бросая через плечо опасливые взгляды. Подумали, наверное, я их прямо отсюда возьму и закину в самолет для отправки на миссию. Или что безумие заразно. Или что Император решил устроить чистку рядов, а я — его новый инструмент.

Ну а к чему задавать было мне вопросы… Все, что надо, я обсуждаю с самим государем без посредников. Если им все нужно знать, то донесут уже сверху. А пока пусть ломают головы и шепчутся по углам — это всегда было лучшим развлечением во дворце, где интриги плетутся гуще, чем паутина в заброшенном доме.

Я же уселся в броневик, но он уже не завелся, видимо, уже отжил бедолага свое. Железный конь издал предсмертный хрип, словно прощаясь со своим последним наездником. Приборная панель мигнула тусклыми огоньками и погасла навсегда.

— Ну что, дружище, — я похлопал по потрескавшейся коже руля, — ты был хорошим парнем. Не каждая консервная банка смогла бы протащить мою задницу через такое пекло и остаться хотя бы отдаленно похожей на транспортное средство.

Но я попрошу его привезти ко мне домой, так чисто на память. Пусть стоит во дворе как памятник моим безумным приключениям. Ведь даже я поражаюсь тому, что он не рассыпался и не превратился в мелкую крошку еще пару километров назад. Хорошее такое качество, на пять из пяти.

Поэтому я выбрался из мертвого броневика, любовно погладив его по простреленному боку. Вокруг расстилался городской пейзаж, сверкающий неоновыми огнями и голографическими рекламными щитами, которые отражались в лужах после недавнего дождя. Воздух пах озоном и жареной уличной едой — странное, но такое родное сочетание для нашего мегаполиса.

Так что я вызвал себе такси, но не поехал сразу домой. Пусть Император и сказал, что мою награду доставят раньше, однако есть мне хотелось больше. По дороге заглянул в новый ресторанчик Дайко, где я еще не бывал. Такси остановилось у неприметного с виду здания, но с изысканной вывеской, на которой сияли иероглифы, переливающиеся всеми цветами радуги. У входа стоял швейцар в традиционном азиатском одеянии, который низко поклонился мне.

— Добро пожаловать, господин! — произнес он с таким акцентом, что слово «господин» прозвучало как «косподзин».

И я понял, что не зря поверил в Дайко и поддержал его безумную затею. Место было хоть и не совсем большим, но очень приличным на вид. Стены, отделанные темным деревом, украшали свитки с каллиграфией и традиционной живописью. Мягкий, приглушенный свет создавал атмосферу уюта и таинственности. В воздухе витали ароматы специй, которые я даже назвать не мог, но от которых слюна начинала течь.