И допивать кьянти с…
– Ты же хотел меня осмотреть.
– А на кой? Даже не надейся.
Особенно при нынешних тратах…
– Тут и так всё ясно. Впредь держись подальше от холдеянок с их слезами, и всё само пройдёт. А теперь забирай свою, гмм… подопечную и вали отсюда.
Рерих положил на стол блокнот, встал и вышел, не сказав ни слова.
Эннибет ждала, сидя на кушетке. Она даже форму надела. При виде Шадора удивлённо вскинула брови.
– Капитан? Мне сказали, будет провожатый, но я и подумать не могла…
– Пойдём.
– Куда?
– Для начала ко мне в каюту. Я сам о тебе позабочусь.
Заинтригованная и немного встревоженная Энн отправилась за ним. На выходе из госпиталя Шадор указал ей нужный коммуникационный колодец.
«Дамы – вперёд».
Затем прыгнул сам… И кое-кто это видел. А после кое-кто заметил их вместе на палубе…
Всю дорогу они молчали. Энн терялась в догадках, капитан размышлял и принял важное решение. Для себя, команды, необычных рекрутов и… Энн. Он до конца выплатит свой долг старику Шермани, чего бы это ему ни стоило. Даже ценой собственной жизни.
– Мы пришли, – Рерих остановился и открыл дверь своей каюты перед взволнованной девушкой. – Заходи. У меня есть отличный кофе или чай, что пожелаешь.
– Благодарю, капитан.
Едва за ними захлопнулись сворки, как из-за угла осторожно высунулась второкурсница-равандосска. Она следила! И всё подмечала! Как капитан обхаживал эту незнакомую кадетку. Наверное, с теперешнего набора. Кто она такая? Обязательно нужно выяснить.
Равандосска постояла немного, прислушиваясь к звукам крейсера, словно рассчитывала услышать, что происходит в каюте Шадора, и рисуя в воображении та-акие картины… Задумчиво прищурившись, закусив губу и стиснув отвороты кителя. Впрочем, чего тут гадать? Всё чёрным по белому или белым по красному. Она развернулась и побежала навестить новенькую преподавательницу – холдеянку Суири и сообщить ей, что капитан сегодня ночует не один.
* * *
– Что за… Космическая чернота!
– Очень точно выразились, Ромеро! Мы в обычном космосе. Приблизительно… в двухстах пятидесяти гаках от крейсера, и до цели нам чуть меньше.
– Тогда почему мы еще здесь? Бригантина, насколько я понимаю, исправна, – Айрис сверилась с данными, – уходим в прыжок и…
– Не так быстро, – голос старпома был скучен, – наш Q-поток временно демодулирован. Обычно стабильная молекулярная масса в секторе 23-х-82-ARG-225-144qe сейчас… эм… нестабильна. Предполагаю гравитационный коллапс. Странно, что это не было учтено в расчетах маршрута. Сам лично займусь навигаторами, когда вернемся на КА.
– Я присоединюсь, – хмуро буркнула Айрис, оценивая перспективы.
При сходе с маршрута на всех транспортных средствах академии можно было ввести новый курс, но расчеты занимали много времени.
– И сколько нам тут торчать?
– Я уже запустил программу, но возможности бригантины ограничены, сами понимаете. От трех до семи дней. К тому же сектор, где мы оказались, плохо изучен. И чтобы все прошло нормально, я рекомендую по каждому отрезку нового маршрута провести проверку. В противном случае вряд ли мы вернемся на КА целыми, если вообще вернемся.
– Нет уж! Давайте проверять и перепроверять! – Айрис совсем не улыбалось разлететься на атомы у какой-нибудь далекой звезды. Хотя перспектива сосуществования со старпомом в маломестной бригантине тоже не была особо радужной. Это сейчас, в экстремальной ситуации Рис собралась, все-таки их не зря тренировали на КА. А что будет потом? «Три-семь дней! Впору за голову хвататься! Хорошо хоть запас продуктов и воды у нас есть!» – девушка метнула взгляд в сторону экспресс-кухни.
– Запас воздуха почти неограничен, – как бы между делом сообщил Дану.
– Угу.
– Спать будем по очереди.
– Вам слишком неудобно на полу? – съехидничала дейгарка, вспомнив, что кушетка на бригантине одна.
– Ромеро, не будьте ребенком. По технике безопасности, согласно инструкции ИН-5, требуется дежурить посменно, во избежание. Более того, согласно этой же инструкции, я, как старший по званию, беру на себя обязанности капитана, и вы обязаны мне подчиняться!
– Что?! И что же вы прикажете, капитан?
– Идите спать, Ромеро. Даю вам восемь часов! – И Дану сосредоточился на панели управления.
Айрис ворочалась очень долго, в форменной куртке засыпать было неудобно, а снимать она ее не хотела. Под ней находилась совершенно не предусмотренная уставом маечка. Очень удобная, но очень уж открытая.
Кроме того, после самопровозглашения капитаном Дану стал бесить ее еще больше. «Шадор, сволочь, никогда тебе не прощу! Космическая каракатица! Кто только выдумал эти тупые инструкции!» Нет, у Рис, конечно, были мысли устроить бунт, но где-то в глубине души она понимала, что против непробиваемого старпома у нее практически нет шансов. Это Шадора можно было убедить, уговорить… соблазнить…
«А что, если?..» – подумала Айрис, улыбнулась и медленно расстегнула мундир.
* * *
– Чаю? – Шадор вопросительно повернулся к Эннибет, беря с подставки чистую чашку. – Или кофе? Есть капучино, мокко…
– Чай, пожалуйста, – бесцветно произнесла девушка.
Она неловко сидела на краешке дивана, стискивая бледные руки.
Шадор заметил тени у неё под глазами и невольно занервничал. Пожалел?
– Просто чаю, – повторила она. – Если можно с шалфеем. Мама… – и осеклась.
«Луиза Шермани всегда заваривала такой чай, – вспомнил Рерих. – И добавляла туда барбарис».
У капитанского трансгрегатора расширенные возможности, и Шадор приготовил напиток, как Энн попросила, и ещё лимона добавил, для бодрости. Две чашки. Хотел капнуть себе немного рома, но передумал.
– Держите, Энн, – Рерих поставил чашку с блюдцем перед девушкой на столик и пододвинул вазочку с шоколадным печеньем. Своим любимым. – И сядьте поудобнее. Моя каюта всяко просторнее криокамеры.
Он ещё пытался шутить.
Она подняла на него печальные глаза, огромные, в сравнении с худобой лица, а на фоне общей бледности радужки показались бездонными.
«Ну, полагаю, хотя бы отъестся на КАшных харчах», – успокоил себя Шадор.
– Что с моей семьёй, капитан?
Этот вопрос не застал его врасплох. Он много думал…
– Сведения по вашим родителям здесь, – протянул ей блокнот. – Я собрал всё специально для вас.
«То есть мои осведомители».
– А также информация о положении дел в галактике на сегодня и событиях многолетней давности. Чтобы вы знали, кто с кем воюет и почему. Ну, или, гм, дружит… на текущий момент, – от волнения он говорил слишком официально. – Пока вам не вживили комьюните и не подключили к киберсети, рут-ком единственный источник. И надеюсь, вы поймёте, что в Кентрию возвращаться не следует, – капитан горько усмехнулся. – Мы оба теперь отщепенцы, изгои… и военные преступники. Энн… Крейсер Тезериона для нас самое подходящее место.
Она кивнула, принимая блокнот.
– Понимаю.
«Нет! – мысленно заорал Шадор. – Не понимаешь! Сколько всего тебе выпало и ещё ждёт, и скоро обрушится. Едва ты покинешь мою каюту. Столько мучений и слёз!»
– Зачем я здесь? – прямо спросила она, глядя на капитана в упор и нервно теребя тонкими пальцами ручку чашки.
Он вернул ей взгляд и… Так захотелось, до боли, схватить эти нежные пальчики и сжать в кулаке… До боли! И отогреть…
– В Космической Академии? Или у меня в каюте?
– И там, и здесь, – прошептала она.
– Зачем вы на крейсере? Я пока и сам не знаю…
Бесспорно Тезерион уже решил участь отморозков. Но что мастер приготовил ему – Шадору… От этого теперь зависела судьба Энн.
– …Но скоро выясню, полагаю. А в моей каюте… По многим причинам, Энн, – ему нравилось называть её по имени. – Одно уясните, вы можете рассчитывать на моё покровительство. Всегда и во всём. А сейчас… Я вас кое с кем познакомлю…
Шадор активировал вызов по комьюните одним нажатием на точку входа и произнёс лишь одно слово, вернее имя:
