- Но нам не дадут, милорд. Гарнцы легко нас догонят.
- Значит придется бросать отстающих. Кем-то надо пожертвовать.
Слова адмирала оказались пророческими. Несколько кораблей не смогли быстро покинуть боевую линию, а затем развить достаточную скорость, и враг с легкостью нагнал их и взял на абордаж. Закипевшая рукопашная схватка и желание добычи вынудили гарнского командующего выделить силы для того, чтобы получить уже схваченное, а не преследовать убегающего противника. Утро нового дня восемь уцелевших имперских судов встречали в гордом одиночестве. Военная удача в который раз изменила империи.
Подавленное состояние экипажей лечили привычным способом — увеличенным количеством алкоголя. Этим же средством спасались и офицеры. Только адмирал был трезв и пытался найти выход из ситуации. Его карьера и так находилась под угрозой после зимнего беспредела, устроенного пиратами, а теперь он потерял и флот. И пусть на верфях империи уже строились новые корабли - в адмиралтействе вполне могли дать им нового командующего. А значит требовалось сделать невозможное, и превратить поражение во что-то менее ужасное.
Ситуация усугублялась тем, что на борту кораблей был предельно маленький запас продовольствия. Склонившись над картой, Озанн вычертил несколько линий и прикинул расстояние. Выходило, что у него всего сутки. Всего одни сутки на то, чтобы исправить положение дел и совершить чудо. И главное, никаких вариантов! Эскадра должна просто курсировать по морю в надежде, что ей повстречается пиратское судно! А лучше два. Или три. Или...
Прекратив мечтать, адмирал вызвал к себе в каюту капитана и отдал новый приказ. Эскадра должна была выйти на линии судоходства и начать там охоту. На нее Озанн ответ двое суток, решив, что недолгое голодание пойдет матросам только на пользу. А там, глядишь, удастся поживиться чем-нибудь из трюмов пиратов. В то, что имперская эскадра их встретит, адмирал не сомневался. Удача не раз поворачивалась к нему спиной, но улыбалась она ему куда чаще! И фортуна не подвела!
Два пузатых корабля, встреченных в первый же день, выглядели как типичные торговцы. Озанн и сам не знал, почему он все же приказал им лечь в дрейф и принять на борт солдат для осмотра груза. Как только этот приказ был передан на торговые корабли, те сразу преобразились. Фальшборт исчез, явив миру стволы сразу пяти пушек, а на мачтах взвился флаг свободной охоты, во все времена являвшийся и пиратским. Хорошо замаскированные морские разбойники стали жертвой банального случая и невезения
Бой был недолгим. Оба пиратский корабля не были предназначены для маневренного сражения против боевых кораблей. Они брали свою добычу хитростью, подбираясь к ней на максимально близкое расстояние. Теперь же все было иначе, и спустя всего два часа имперцы деловито осматривали их трюмы и выбрасывали за борт трупы неудачников.
Взятое в качестве трофеев продовольствие позволило имперской эскадре затянуть свою охоту на пиратов еще на несколько дней. А потом еще и еще. Сомнительных кораблей, контрабандистов и пиратов хватало даже по весне. Все же, Ночное море было главной транспортной артерией людей. С пленными никто не церемонился, и взятые живыми пираты отправлялись за борт вместе с мертвыми. Эскадра росла, и вместо восьми кораблей уже насчитывала четырнадцать, и пусть дополнительные шесть судов нельзя было назвать боевыми, зато их можно было легко продать. Моряки вновь забыли о поражениях и с предвкушением считали причитающуюся им долю от трофеев.
- Пожалуй, пора возвращаться, - заявил удовлетворенный адмирал, когда очередные сутки курсирования не принесли желанной встречи с пиратами, - Мы и так подзадержались.
- Согласен, милорд.
- Вижу парус! - заорали со смотровой реи.
- Ну, раз сам идет, - адмирал улыбнулся, - Осматриваем этот корабль и ложимся на курс домой.
- Да, милорд.
На приказ лечь в дрейф и принять на борт солдат для осмотра встречная шхуна отреагировала адекватно. Озанн даже потерял к ней интерес, наблюдая за тем, как спокойно на ее борту ожидают прибытия шлюпки с имперцами. Скрывшись в своей каюте, адмирал все ожидал, что вот-вот он почувствует знакомое дрожание корпуса и услышит команды боцмана, свидетельствующие о том, что корабль вновь начинает свой путь, но время шло, а ничего не происходило. Заинтересовавшись, адмирал вновь поднялся на палубу и с удивлением узнал, что со шхуны еще никто не возвращался. Так как на палубе корабля были видны солдаты и матросы, никто не волновался, но всех очень интересовало, что же так задержало соратников на обычном купеческом корабле.
Наконец, все вроде бы завершилось, и шлюпка отчалила от шхуны, вот только на ее борту был один дополнительный пассажир. Грязный, обросший мужчина в лохмотьях, сквозь дыры в которых были хорошо видны его развитые мускулы. По виду, явный раб, вот только, похоже, из бывших солдат. Адмирал настолько заинтересовался, что лично подошел встречать прибывших.
- Мой адмирал, - офицер ловко вскарабкался на борт по сброшенной лестнице, - Шхуна принадлежит работорговцам. Везут груз из Ильхори в Бади, но, думаю, реальное место назначения Касос. Судя по всему, рабы предназначены для ритуальных жертвоприношений.
- Кровавые маги, - понимаю кивнул адмирал.
- Да, милорд. На борту шхуны было сразу два магистра.
- Хорошо, скоты, живут, - Озанн скривился и сплюнул прямо на палубу, - И кого ты у них там подобрал?
- Он утверждает, что легионер из Серебряной армии. Разбился на скалах. И у него есть ценная информация для императора.
- Даже для самого императора?
- Он так утверждает, милорд, но наотрез отказался говорить, о чем идет речь. Сказал только, что это вопрос жизни и смерти, - офицер замялся, - Потому я взял на себя смелость выторговать его у магов.
- Это вы столько времени торговались?
- Да, милорд. Маги не хотели отдавать легионера, утверждая, что он врет. Но я надавил на них.
- Молодец. Вне зависимости от того, есть у солдата информация или нет, бросать своих нельзя.
- Да, милорд! - мужчина повеселел, так как если бы адмирал не подтвердил его самодеятельность, вся ответственность легла бы на плечи простого морского офицера.
- А теперь давай послушаем, что же наш легионер желает сообщить императору. Надеюсь, со мной он этой информацией поделиться, - Озанн усмехнулся.
Для начала, бывшего пленника тщательно допросили и выяснили, что он действительно легионер из состава десанта, потерпевшего крушение у берегов Ильхори. Информация, которую он сообщал о себе и своем легионе, могла быть доступна только тому, кто реально служил в составе Серебряной армии. А затем адмирал спросил о том, что же солдат хочет сообщить императору.
- Вампиры, милорд. В Ильхори обитает множество этих мразей, и их там покрывают на самом верху!
- Вампиры? - Озанн рассмеялся.
Если после рассказа легионера о себе он был настроен поверить бывшему пленнику, то после подобного заявления сразу стал настроен скептически. Горе, постигшее императора, и его новые идеи относительно вампиров и борьбы с ними были известны даже адмиралу, далекому от двора и столичных интриг. Было очень похоже, что ловкий легионер просто решил нажиться на блажи императора и его стремлении убить как можно больше кровопийц.
- Совершенно верно, милорд. Я выжил чудом. Все мои сослуживцы были убиты на берегу именно этими тварями.
- На берегу? Из Ильхори сообщили, что до берега живыми никто не добрался.
- Это ложь, милорд. В крушении выжило много солдат. Во время шторма на берег выбрасывались целые корабли, где почти никто не пострадал. И только уже на берегу нас убивали.
- Это заявление слишком… обескураживающее, - адмирал переглянулся с офицерами, присутствующими при разговоре, - Но как ты выжил? Если убили всех.
- Мне удалось притвориться мертвым и спрятаться. Вампиры не обратили на меня внимания! А потом я попал в плен к крестьянам, бежал от них, попал в другой плен, еще раз бежал, и снова оказался в неволе, а затем меня продали работорговцам, и вот я перед вами.
