"Фантастика 2024-187". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Сухов Александр Евгеньевич

– О чём она вообще, интересно? – подсыпал вопросов Эван.

– «Книга Мёртвых» появилась много веков назад, задолго до нашей эры, – проговорил Ноар приглушённым тоном, заставив всех затаить дыхание. – Считалось, что часть её была написана жрецами и магами, часть – мудрецами, монахами и предсказателями. Кто-то верил, что книга была послана на землю самим создателем Вселенной, чтобы иметь связь живых с душами усопших. Кто-то говорил, что Книга Мёртвых также имеет силу возрождения и может быть использована для обретения мудрости, силы и защиты от любого зла.

– Существовало поверье, что тот из людей, кто владел этой книгой, обладал властью над самой судьбой, – рассказчик немного понизил тон, как будто остерегаясь, что кто-нибудь посторонний может подслушать его историю. – Владыки разных государств вели кровавые войны, борясь за право стать обладателем чудесного артефакта. В бесконечной борьбе проходило время. Спустя несколько столетий книга попала в процветающую и высокоразвитую цивилизацию – Атлантиду. Казалось бы, обладающая уникальными технологиями и знаниями Атлантида должна была стать ещё более развитой и выдающейся, но она неожиданно напрочь исчезла, словно стёрлась с лица земли, а сама книга…

Внезапно ставни на окнах библиотеки распахнулись и неистово застучали под порывами ветра, прервав рассказ боцмана. Леденящий поток воздуха с силой ворвался внутрь и, словно разбуженное привидение, угрожающе завыл.

– Будет дождь, – спокойно проговорил Альвис, и взгляды всей компании вновь сосредоточились на Ноаре.

– Если вы ждёте продолжения истории о книге Мёртвых, то это всё, что я знаю, – уточнил боцман. – Я сам её никогда не видел и уж тем более не читал.

– В начале 18 века книга попала ко мне, – произнёс Альвис. – Но до этого момента у меня не возникало желания её прочесть.

– Не жалуешь латынь? – уточнил Дилан. – Там ведь наверняка всё на латыни.

– Не жалую мёртвых, – обрубил капитан. – А теперь прекращаем разговоры и продолжаем поиски!

– А что будем делать, если нужных нам книг в этой библиотеке просто нет? – через некоторое время проговорил Эван. – Я уже в который раз обошёл тут всё вдоль и поперёк, и ничего…

– Ребят! – вдруг воодушевлённо воскликнул Николас. – Все сюда!

Паркер потянулся за книгой на нижней полке.

– Я нашёл то, что нам нужно!

– Молодчина, парень! – отозвался Ноар, стоящий через стеллаж от Паркера.

– Умница, Ник! – Бонни поспешила к Николасу, который уже открыл первую страницу книги.

– «Весенний сад» – какое вкусное название, – засиял он улыбкой. – Так, и что здесь нужно расшифровать?

– Здесь ничего, – лишил всех радости Альвис. – Это не та книга.

– Мда… Нам «Весенняя гроза» вообще-то нужна, – заметил Дилан.

– «Весенняя гроза»? Точно… Вот лажа! – полный досады, Николас швырнул книгу назад к остальным. – А я уж подумал, что нашёл то, что…

Его слова заглушил резкий раскатистый грохот сверху, и все ощутили резкий толчок.

– Что это было? – запаниковал Эван, схватившись за колонну рядом.

– Грома никогда не слышал? Меньше слов, больше дела! – скомандовал Альвис одновременно с тем, как пол под ногами задвигался, а шкафы зашатались. – Скорее, ищем книги! Осталось ещё несколько стеллажей!

С резкостью, подобной тону капитана, за окнами хлынул ливень. Стены замка задрожали. С потолка посыпалось что-то, похожее на песок. Воздух наполнился пылью. Сверху полетели мелкие камни. В тот же момент пол помещения вновь заходил ходуном. Вместе с камнями с грохотом вниз стали падать книги. Послышался жуткий гул, исходящий из глубины острова. На фоне этого гула шум дождя и ветра показался тихим шёпотом. Под толчки каменных плит и зловещие раскаты грома казалось, что весь замок сейчас рухнет.

– Проклятье! – выругался Альвис. – Уходим!

– Бежим! – поддержал Мэйсон.

На подходе к двери взгляд Бонни упал на тумбу с книгами русских поэтов, среди которых ей бросились в глаза Тютчев, Есенин и Бунин.

«Папа очень любил читать этих зарубежных классиков, – вдруг вспомнилось девушке. – Может быть, «Весенняя гроза» – это название не всей книги, а произведения? Кто из этих поэтов мог бы быть его автором?»

«На всякий случай возьму все три», – Бонни схватила книги с полки в последний момент перед тем, как часть пола перед ней рухнула вниз.

– Цела? – окликнул её Альвис.

– В порядке, – отозвалась Бонни и ринулась к выходу, прижав к себе книги.

– Сюда!

Бонни

Альвис хватает меня за руку, и вместе мы несёмся куда-то в глубину замка. Всё вокруг в это время продолжает трястись. На фоне нестихающего гула раздаются глухие удары падающих предметов, и единственное моё желание сейчас элементарно – выжить.

Наконец мы останавливаемся и укрываемся в проёме несущих плит замка под обширной аркой.

– Смерть совсем не следит за безопасностью дома, – сердится Альвис.

– И он может вернуться в свой небезопасный дом в любой момент, – разочарованно добавляет Мэйсон. – А у нас по-прежнему ни одной зацепки ни насчёт Фрэнка, ни насчёт камня.

Постепенно гул стихает, пол перестаёт трястись, и лишь дождь продолжает лить как из ведра.

– Так, и какие у нас дальнейшие планы? – первым оживляется Николас. – И что за книги у тебя в руках, Бонни?

– Хочу проверить кое-что, – я беру первую попавшуюся книгу и, оставив остальные на полу, читаю оглавление.

– Фёдор Иванович Тютчев. «Сборник стихотворений», – наклонившись, Эван читает на обложке. – Предлагаешь утешаться поэзией?

– Будем искать стихи о грозе, – я просматриваю названия в оглавлении. – Возможно, «Весенняя гроза» – это стихотворение.

– Люблю грозу в начале мая, когда весенний, первый гром… – неожиданно декламирует Альвис.

– Как бы резвяся и играя, грохочет в небе голубом, – заканчивает он четверостишье. – Не эти ли стихи нам нужны?

Пока все, включая меня, с удивлением таращатся на него, капитан достаёт и разворачивает записку Фрэнка.

«Весенняя гроза» I: 11, 1, 13, 6,10, 12, 17.

– Если принять римскую один как за первую строфу «Люблю грозу в начале мая», а все числа после запятой представить порядковыми номерами нужных нам букв, то выходит… – озвучивает он и делает паузу.

«Люблю грозу в начале мая… Так… Каждой букве в слове соответствует порядковый номер, – тем временем размышляю я. – То есть л-1, ю-2, б-3, л-4, ю-5, г-6, р-7, о-8, з-9, у-10, в-11, н-12, а-13, ч-14, а-15, л-16, е-17 и так далее, а нам нужно по условию собрать слово из букв: 11, 1, 13, 6,10, 12, 17… И мы получаем в итоге…»

– Расшифрованный ответ: «В лагуне», – синхронно с Альвисом произношу я, и уголки его губ поднимаются вверх.

– Я был первым.

– Вообще-то первенство было моим.

– Один, два, три, один, два.

– Что, прости?

– Проехали. Второй раунд ты проиграла.

– Люблю? – возвращаясь к правилам игры, соображаю я, и стук моего сердца словно подступает к горлу. – Ты это зашифровал?

– С намёком, что люблю, – полушёпотом отзывается Альвис под пристальные взгляды всех присутствующих.

– Люблю побеждать, – добавляет он с усмешкой, и меня возвращает на землю. Ну, конечно, побеждать в его неизменном, привычном стиле. А я что подумала? Что правитель признается мне в каких-то тёплых чувствах, да ещё и на глазах у всех? Куда меня занесло в нелепых фантазиях?

– Итак, идём в лагуну, куда зовёт нас Фрэнк, или возвращаемся в библиотеку и продолжаем поиски? – привлекает всеобщее внимание Ноар.

– Вы все проверьте ещё раз библиотеку, – отзывается Альвис, – а я и Морган проверим мои бывшие покои. Кто знает, вдруг Мортем сделал книгу Мёртвых своим настольным чтивом.

– Хорошо.

Разделившись, мы попадаем в покои к самой Смерти, точнее, Мортема Ван дер Деккена. От прежнего белоснежного оформления спальни Альвиса там не осталось и следа. Помещение оформлено в строгом и мрачном стиле, отражающем характер и вкусы своего нынешнего хозяина. Тёмные деревянные окна занавешены тяжёлыми портьерами. Пол устилает чёрная мраморная плитка, на которой робко отражается тонкая полоска сияния луны.