- Нет, тено, это написано добровольно и осознанно, - он спокойно ответил, и даже ухом не повёл. - Решение полностью на ваше усмотрение.
- Мне бы хотелось сначала поговорить с леди де Фронте, - прошение легло на стол к бумагам, требующим отдельного, более тщательного рассмотрения. Де Граф проводил его глазами.
- Как пожелаете. Она сейчас гостит в моём столичном особняке. Что-нибудь ещё?
- Нет, можете идти.
Дверь закрылась за привычно невозмутимым князем. Зараза! И ведь, казалось, что начала его понимать! Я расстегнула правый рукав. Браслет-татуировка всё также чернел на светлой коже, и за прошедшие годы ничуть не изменился. Первое время, пока не научились блокироваться, чужие чувства доставляли некоторые неудобства, но сейчас мне не удалось ничего уловить.
- Ваше величество, леди де Фронте, - с поклоном представил лакей молодую девушку и удалился, выполнив свою миссию. Я с любопытством и ревностью смотрела на присевшую в реверансе гостью. Не красавица, но весьма симпатичная, с достойными формами. Хотя, вряд ли де Граф повёлся на фигуру, но его предпочтения в женщинах мне неизвестны, может, и в его вкусе.
- Присаживайтесь, - я указала на лавочку рядом. У пруда они стояли немного под углом друг к другу, и собеседники не находились ни на одной линии, ни напротив друг друга, что позволяло вести более свободную беседу.
- Вы знаете, о чём я хочу с вами поговорить? - спросила у робко пристроившейся на самом краю сидения девушки.
- Да, Ваше величество, - и голос у неё приятный. Не то, что мой, дважды сорванный. А вот скромно потупленными глазками всё же рассматривает через опущенные ресницы.
- И вы действительно хотите выйти за господина де Графа замуж?
- Да, Ваше величество.
И ведь, не врёт. Явно не договаривает, желанием не горит, но и не похоже на согласие под принуждением. А что, жених видный, богатый и влиятельный. Не старик и не урод. Если нет других претендентов, то почему бы и не согласится? Даже если и есть, в любом случае ему проигрывают. Ну, и что мне с ними делать?
- Вы давно знакомы?
- Третий день, как в столицу приехали, - девушка покраснела. Ну да, о неземной любви в таком случае можно говорить только к деньгам и власти. Прошение-то подано немного раньше, ещё до знакомства. Но какой тогда повод у князя?
- И как вам город? - а, ну их, пусть сами разбираются. Попробую подружиться с ней, если всё же поженятся, то в будущем часто придётся общаться. Даже если не поженятся, должен же быть в окружении хоть кто-нибудь женского пола, кроме служанок.
- Не могу сказать, Ваше величество. Я его не успела увидеть. Без приличного надлежащего сопровождения меня не отпускали.
- Так пойдёмте, погуляем! - мне тоже надоело сидеть в четырёх стенах. - Хотя, если верить некоторым, моё общество можно назвать приличным только с натяжкой, - я встала с лавки, собеседница тоже сразу же поднялась, смущённо улыбаясь такому заявлению. А что, не будь я Императором, мой вид вызвал бы явное осуждение блюстителей приличий и вековых традиций. Вместо платья - мужской костюм, короткая причёска, больше подходящая мальчикам, на руках с аккуратным маникюром опять начали появляться неподобающие леди мозоли от меча.
- Как-то неудобно...
- Неудобно на потолке спать, одеяло сваливается. А там сейчас ярмарка, ещё пара дней, и закроется, - на эту ярмарку я давно хотела сходить просто посмотреть. Но то одно, то другое, то дела мешают, так за месяц и не выбралась.
Уговаривать девушку не пришлось, и вскоре лёгкий фаэтон высадил нас неподалёку от ярморочной площади. Два сопровождающих гвардейца спешились и привязали лошадей к задку повозки. Верхом или на любом транспортном средстве на ярмарку вход и въезд был закрыт из соображений безопасности, так что разница между простолюдинами и забредшими туда из старших сословий заключалась в том, что с последними ходили слуги или охрана.
Адальмира сначала стеснялась меня, и робела в толпе, заполонившей площадь. Несмотря на последние дни работы, посетителей всё равно оказалось много. Но девушка быстро освоилась и, словно забыв, с кем сюда прибыла, ринулась, как все нормальные молодые люди из провинции, рассматривать диковинки.
- Ой, какая прелесть! - Адальмира остановилась у палатки с тряпичными куклами. На мой взгляд, привлёкшая её внимание кукла была слишком девчачья - золотистые локоны и поросяче-розовое платье сразу скинули её вниз моего рейтинга привлекательности.
- Ничего так, симпатичная, - я скупо похвалила выбор. Вкусы у всех разные, не виноваты остальные, что я предпочитаю какой-нибудь практично-смертельный клинок или хорошую книгу подобным куклам.
- Берите, молодые люди, их немного осталось, - сразу нарисовался продавец, почуяв богатых клиентов.
- Спасибо, но меня такие куклы не интересуют, - вежливо отказалась от приобретения. Адальмире пусть жених покупает, если упросит, а мой взгляд привлёк шерстяной медвежонок, очень похожий на плюшевого, одиноко сидящий в дальнем углу.
- Вот был бы он с меня ростом...
Продавец разочарованно развёл руками, а я рассталась с несколькими монетами, всё же приобретя игрушку. Моя спутница торговца не обрадовала, перейдя к соседней кукле, такой же, что и первая, только брюнетке.
- Мне Леон обещал такую подарить, когда вернётся, - сообщила девушка.
- А Леон, это кто? - накануне я просмотрела семейное древо леди де Фронте, и никого с таким именем там не было
- Жених, - не задумываясь ответила Адальмира. - Мы хотели пожениться через три года. Хотя, наверно, теперь он уже бывший жених.
Она вернула куклу, и мы отошли, уступив место у прилавка женщине с совсем маленькой девочкой.
- А кто-то говорил, что нет причин для отказа в прошении, - я проворчала нарочито громко. - А тут, вдруг, жених появился.
- Вы не понимаете, - начала возражать девушка. - Да, мы с Леоном любим друг друга, но моя семья... У нас давний брачный договор с семьёй господина де Графа. Извините, подробностей не знаю, - она окончательно смутилась.
Что ж, хотя бы стало понятно, откуда ноги растут. Этот договор о брачном союзе явно только прикрытие, но истинную причину леди де Фронте сама не знает, а де Граф объяснять не намерен.
Разговаривая, мы вышли к краю площади, где собралась большая толпа смотреть на выступление бродячего цирка. Мне стало интересно, намного ли изменилось цирковое искусство со времени собственных представлений, потому остановились в тени одного из навесов.
Представление только начиналось. Клоун, разогревающий публику, сыпал остротами на грани приличия. Уверена, в городе поменьше у него давно бы уже свалились штаны, но здесь столица, центр культуры и заповедник аристократии. Не поймут.
Клоун скрылся за ширмой. Ему на смену вышел дрессировщик. У нас такого не было, мы без животных работали. Маленькие собачки прыгали через всё, на что указывал хозяин, ходили на задних и передних лапах и по команде "умирали". Публика увлечённо смотрела выступление, Адальмира восторженно хлопала и умильно что-то восклицала. Мне же этот номер показался скучным, и я чаще смотрела по сторонам, чем на сцену.
Один человек не сразу, но привлёк к себе внимание. Его тоже мало интересовало выступление, но он не спешил покидать площадь, как некоторые, пришедшие в одиночку. Наоборот, он, казалось, выбирал место, где людей побольше, и к тому же, нервничал.
Я подозвала одного из гвардейцев охраны и указала на подозрительного мужчину. Понимающе кивнув, охранник двинулся в его сторону. Но опоздал. Маор, я смогла рассмотреть лицо, резко поднял руки. С многочисленных перстней сорвались разноцветные лучи. Встречаясь с препятствием они с громким хлопком взрывались, убивая и калеча тех, на кого попали. Поднялся крик, кто-то завизжал. Цирковые, ещё не понимая, и не видя за первыми рядами зрителей, что происходит, продолжали играть весёлую мелодию. Второй гвардеец метнулся в мою сторону. Маор сразу же после первой атаки подкинул вверх какой-то шар. Я схватила Адальмиру и повалила на землю.
