Я стоял и думал минут десять. По-хорошему, нужно было оставить пометку на карте и вернуться потом, но что-то меня беспокоило.
Как и Эткин, я начал читать заклинания «Великой напитки магией земли». Такое заклинание часто используется для оплодотворения почвы больших объёмов, но так как тут камни, напитка не рассеивается, а концентрируется в одном месте.
Во время чтения, начали образовываться тянущиеся линии, которые тянулись к одной точке. По окончанию заклинания, точка уже выросла в размер мяча. Я тут же подбежал к проёму и закупорил его, выравнивая стену, с другой стороны. Опять, мощный хлопок на весь ярус, мне не нужен точно.
Шар вырос до двухметрового размера! С Яной такого не было! Я уже начал прикладывать руку к выходу, думая, что надо линять отсюда, но тут шар мощным хлопком лопнул!
В закрытом помещении меня просто контузило от перепада давления, наниты тут же начали восстанавливать мой слуховой аппарат.
Еле как очухавшись, я вырубил спектральное зрение и зажег яркий шар, над потолком.
И тут я понял, что попал конкретно! Возле девочки склонились четыре младенца обнимая её, они плакали и говорили: «Нэя! Проснись!». Я сразу понял, что говорят они на дварфийском. Несколько секунд наблюдав за этим, я подошел к ним. Мелкие дети, заплаканные, смотрели на меня волком.
— Успокойтесь. Я помогу, — поднял я руки и сказал на дварфийском.
Дети так же продолжали на меня смотреть. А я присел и пригляделся. Это была дварфийка, женщина с младенцем в руках. С реальным младенцем, мне в ладонь поместится.
А то что её окружили, мне так кажется, от пяти до десяти лет отроду. В дварфийском возрасте я не разбираюсь.
— Каспер! Экспресс! — рыкнул я про себя.
— Уже! Женщина мертва, недавно. Младенец при смерти! Рекомендую вживлять нанитов без проверки! — тут же отчитался он.
Я достал эликсиры, сразу штук десять, флягу с водой и блюдо с едой сунул детям. Они недоверчиво, но все же накинулись, сначала на воду, а потом и на еду. А я в это время порезал два пальца и засунул женщине и младенцу в рот. Чтобы максимально быстро доставить нанитов.
— Младенец, воды срочно! Наниты держат на волоске! — сказал Каспер, а я, не отрывая палец от женщины, достал флягу и начал тонкой струйкой лить в рот младенцу.
— Самка! Вода срочно! Сердце не получится запустить без неё! — крикнул искин.
Вытащив палец, я начал им поочередно вливать воду, три секунды женщина, две секунды младенец. Благодаря тому, что наниты могут перемещаться в крови с громадной для клетки скоростью, через пять минут организм получил минимальное количество воды, и женщину выгнуло дугой с глубоким вздохом воздуха. Она еще не открыла глаза, а я ей уже подносил флягу с разбавленным эликсиром регенерации.
По началу она лениво пыталась глотать, но потом схватив флягу, вместе с моей рукой не отпускала, пока не выпила треть от содержимого. Второй рукой я не прекращал поить младенца. Женщина открыла глаза, вскочила, схватив младенца и так же волком уставилась на меня.
— Спокойно. Я только что, вас вытащил из круга сохранения. Ребенку требуется вода, — подняв руки сказал я.
Протянул флягу с водой. Женщина посмотрела на неё и потом на детей, которые ели сытное блюдо печеной лагуды. Схватила флягу и начала поить ребенка, который через пару минут заплакал. Женщина заплакала вместе с ним, обнимая его.
Я в это время постелил лежак и расставил еще горячей еды, с хлебом и вкусным питьем, из своего пространственного инвентаря. Детвора постепенно переместилась к «столу». А женщина подозрительно смотрела на меня.
— Ты человек? Как и почему ты нас спас? — хмуро задала она вопрос прижимая младенца.
— И что, что я человек? Вы от меня отличаетесь только ростом. Времена изменились уважаемая, я вам не враг, — сказал я, пожимая плечами. — Вам нужно поесть, а ребенку особенно, — указал я рукой на еду.
— Но кто ты? — все еще недоверчиво косилась она на меня.
— Я Рокаин Серус. Недавно спас Яну Торен в южном ярусе. Сейчас она на поверхности, радуется жизни, — осторожно сказал я.
— Это дочь грандмастера? — спросила она.
— Да, это дочь грандмастера Дока Торена, — напомнил мне имя Каспер.
После этого она почти расслабилась и подошла к детям, улыбаясь им и поглаживая по голове. Сначала она попыталась дать ребенку свою грудь, но после поняла, что пока это бесполезно, с её обезвоживанием и истощением. Она начала поить младенца морсом, толочь овощи пальцами и давать параллельно питьё.
— Нэя! Этот высокий дядя спас тебя и Рону! — сказала девчушка в шортиках и волосами закрывающие уши.
— Да, Нэя! Когда мы так долго были в темноте, вы перестали дышать! — подтвердил мальчонка, запихивая в рот кусок хлеба.
Во время их разговора я смотрел и удивлялся. Нэя была весомо старше Яны, завязанные в хвост, не длинные, русые волосы. Желтый сарафан с тугой талией, но без корсета, короткие ботиночки. Ростом она была ниже Яны, на полголовы, наверное.
Дети были ростом чуть больше человеческого младенца, да не описать словами, это надо представить, но уже сформировавшиеся, в нормальной одежде.
Две девочки в свободных серых рубашках и коричневых шортах, и два мальчика в штанах и так же рубашках, но более темных, меньше метра «с кепкой». Хмыкнул я про себя.
После того как все наелись, они встали и подошли ко мне, я, облокотившись на стену, сидел на полу недалеко от них.
— Спасибо тебе Рокаин Серус! Что спас нас, — Нэя поклонилась и заставила поклониться малышню, смотрелось умилительно.
— Вот как выберемся отсюда все, так и будете благодарить, — улыбнулся я махнув рукой. — А теперь Нэя, у нас мало времени, нужно с тобой поговорить… — уже серьезнее сказал я, доставая сладкие булочки для детей, чтобы они поели в сторонке.
Я ей объяснял, что со времени их заточения прошло в районе пяти тысяч лет или четырех с половиной, не важно. От такой новости она чуть в обморок не упала.
После этого я начал рассказывать, что здесь происходит и почему их не вытащили, кто я такой, и почему вообще здесь. Вся информация по минимуму, кто они такие, сейчас было спрашивать не место и не время. Я и так уже час потерял!
— Поэтому мне нужно расчистить оставшиеся коридоры, пока вы сидите тут. Через час я за вами вернусь! Поверь мне, снаружи очень опасно! — по второму разу объясняю я.
— Но если тебя убьют? Мы тут и останемся навечно? — спросила она, недовольно поглядывая на закупоренный проём.
— Нэя! Я прошёл десять ярусов забитыми темными тварями! Уж через несколько коридоров я точно пройду! — повышая голос, слукавил я.
Потому как по шестой ярус все было чисто, но пока ей знать этого не нужно.
— И к тому же, — сказал я, вставая и взлетая к потолку. — Мы потом полетим, все вместе!
Женщина круглыми глазами посмотрела на меня и кивнула.
А я, долго не собираясь, оставил им еды и светокамень, который черт знает сколько валяется без дела. Откупорил небольшой проем и тут же закупорил назад, когда вышел.
Следующие полчаса я с остервенением добивал семь оставшихся залов. Пока не дошел до точки, где был. Резко повернулся назад и полетом рванул к помеченному месту на карте, долетел за несколько минут.
Откупорив проем, полностью зажег свет. Дети сидели, обнимая Нэю, а она сама с облегчением смотрела на меня.
По поводу полета, пришлось мастерить завязки на спину, а завязки пришлось делать из моей старой мантии, чтобы посадить детей, и они держались крепко. На эту всю хрень я убил еще час! Но результат достигнут, четверо детей надежно привязаны к моей спине, а Нэю с младенцем я взял в руки, и мы помчались. Свет я не включал, а ориентировался спектральным зрением. Детвора меньше будет пугаться скорости.
Пока я мастерил этот рюкзак для детей, я все же узнал их историю. Она была младшей сестрой гранд мастера Дариса Лона, муж у нее был мастер-кузнец этого квартала. Её полное имя Нея Кен, жена кузнеца Гора Кен.
Когда случилось нападение, первым делом её брат пришёл к ней с помощниками. Не спрашивая её, начали готовить круг сохранения. Она молила как могла, но брат был непреклонен. Единственное, чего она смогла добиться, это взять соседских детей своих подруг. Большего объёма круг сохранения было делать очень опасно.
