'По сути вопроса: Повышение эффективности лунной пилотируемой программы
Настоящим докладываю, что по результатам моих исследований эффективность и надёжность планируемой лунной пилотируемой программы могут быть значительно улучшены путём замены клёпаных и сварных конструкций обтекателей и сухих отсеков системы Н1-Л3 многослойными конструкциями из композиционных материалов. Эти конструкции при обеспечении того же уровня прочности и жёсткости могут иметь на десятки процентов меньшую массу, что позволит получить от десятков до сотен килограмм запаса массы на всех элементах комплекса Л3 даже без изменения конструкции ракеты Н1.
Конструктивные схемы вариантов таких конструкций, расчёты прочности и жёсткости, а также предлагаемые технологические схемы их производства, конструктивные схемы требуемого оборудования, а также оценки длительности и стоимости производства таких конструкций приведены в Приложении 1.
Расчёты показывают, что с внедрением предложенного типа конструкций существует реальная возможность доработки лунного экспедиционного комплекса с целью обеспечения высадки на поверхность Луны двух космонавтов вместо одного при одновременном повышении надёжности. Это позволит многократно увеличить объём научных исследований, безопасность экипажа и эффективность выполнения поставленных задач, а также поддержать международный авторитет страны в условиях, когда США планируют высадить на Луну также экипажи из двух космонавтов.
Я осознаю всю сложность поставленной задачи и её стратегическое значение для нашей страны. В связи с этим, готов взять на себя полную ответственность за реализацию предложенного мною проекта в части разработки технологии производства многослойных конструкций и оборудования для её практической реализации в течение одного года с начала работ при наличии необходимых оборудования, материалов и коллектива разработчиков, требования к которым приведены в Приложении 2.
Прошу Вас рассмотреть моё предложение и предоставить необходимую поддержку для дальнейшей проработки и внедрения данных решений.
Также прошу в случае успешной реализации поставленной задачи рассмотреть мою кандидатуру на включение в состав первого экипажа, высаживающегося на Луну для личного испытания разработанных решений, подобно тов. К. В. Феоктистову. Считаю, что мой вклад в разработку и знание особенностей системы позволят мне наилучшим образом выполнить эту историческую миссию.
Лейтенант Громов Сергей Васильевич 25 июля 1967 года.'
Пока зачитывался рапорт, в кабинете воцарилась абсолютная тишина, но теперь она была иного качества — изумлённой, почти неверующей.
Керимов читал ровно, без явной демонстрации эмоций, но в его голосе отчётливо слышались отголоски внутреннего веселья. Когда он дочитал до конца, кто-то из присутствующих поперхнулся и закашлялся. Предложение было революционное! Поэтому сложно было поверить в то, что молодой парень смог найти решение такого сложного вопроса.
Василий Громов окаменел. Он слушал, и на его лице быстро сменялись самые противоречивые чувства. Щёки его покрылись пунцовыми пятнами. Он одновременно испытывал приступ гордости за сына, за его смелость, граничащую с безрассудством, и яростное желание придушить его. Эта авантюрная самоуверенность сына восхищала и бесила его до дрожи.
Керимов положил рапорт на стол и внимательно посмотрел на Громова-старшего, без труда прочитав всю бурю эмоций на его выразительном лице. Взгляд его скользнул к Ершову. И тут он увидел нечто, что заставило его по-настоящему заинтересоваться. Бывший сотрудник КГБ, всегда такой холодный и невыразительный, смотрел на рапорт с широкой, совершенно несвойственной ему улыбкой.
А ещё он не демонстрировал ни капли удивления или тревоги. Только уверенность с налётом отеческой гордости. Керимов понял, Ершов знает о лейтенанте Громове нечто такое, чего не знает даже его собственный отец. И раз человек, чьё мнение о людях всегда было взвешенным и подкреплённым фактами, так уверен в успехе, значит, в этом дерзком рапорте есть рациональное зерно.
Азарт, чувство, которое Керимов давно в себе не испытывал, приятно защекотал нервы. Он снова посмотрел на взволнованного Василия Громова и принял окончательное решение.
— И знаешь что, Вася? Я, пожалуй, подумываю согласиться. Очень уж любопытно мне, что из всего этого получится.
Примечание (1):
Терминатор — линия, разделяющая освещённую и неосвещённую части поверхности.
Некоторые особенности терминатора:
Во время растущей Луны он указывает место восхода Солнца, а в период убывающей — захода.
Вблизи терминатора солнечные лучи падают под низким углом, что создаёт длинные тени и подчёркивает рельеф, делая кратеры, горы и другие геологические образования более заметными.
Линия терминатора постоянно изменяется по мере вращения Луны вокруг своей оси и её орбитального движения вокруг Земли.
Глава 2
— Ну, как тебе? — спросил я, наблюдая за тем, как Катя медленно обходит нашу квартиру, внимательно разглядывая каждую деталь.
Она повернулась ко мне с мягкой улыбкой на губах.
— Знаешь, мне до сих пор не верится, что это всё наше, — заговорщически призналась она. — Мне очень нравится, Серёжа.
Я подошёл к ней и поцеловал в висок.
— Тогда осваивайся, раз нравится. А мне ещё нужно поработать.
Катя понимающе кивнула. Мы давно привыкли к насыщенному ритму жизни, поэтому вопросов лишних не возникало. Я собрался было пройти в кабинет, но вдруг вспомнил кое о чём важном.
— Сходим на выходных в кино на «Кавказскую пленницу»? Сейчас это одна из самых популярных картин. Только ленивый не высказался на её счёт. И все говорят, что это отличная комедия.
Конечно, я десятки раз смотрел этот фильм, но также я знаю, что Катя любит кино. Уверен, она по достоинству оценит его. Да и после переживаний последних месяцев лёгкая комедия ей не помешает. Да и мне хотелось отвлечься от работы.
— Давай! — с энтузиазмом подхватила она моё предложение. — Медсёстры и врачи о нём только и говорили последний месяц.
Погладив её по плечу, я пошёл в свой кабинет. На самом деле это была просто самая маленькая комната в квартире, куда мы с ребятами не без труда воткнули письменный стол, пару стульев и небольшой книжный стеллаж.
А работать мне предстояло плотно и долго, потому что сегодняшнее утро началось с отличной новости — Керим Керимов одобрил моё предложение, и вскоре я должен был выступить с подробным техническим описанием. После с ним ознакомятся инженеры из профильных КБ, и, если идея их заинтересует, работа закипит в этом направлении, а я официально войду в лунный экипаж.
Сев за стол, обложился книгами, справочниками и чистыми листами бумаги, приготовил несколько остро заточенных карандашей. Предстояла сложная задача — вспомнить и грамотно изложить то, чему я учился ещё в институте в своей прошлой жизни. А ещё то, что успел почерпнуть за время работы до отбора в космонавты в композитном дивизионе госкорпорации Росатом. Эти знания могут совершить маленькую революцию в советском ракетостроении.
Пришлось мысленно структурировать информацию. Композиционные материалы, в частности, стеклопластики, в 1967 году уже существовали, насколько я знал. Возможно, были и первые углепластики. Но даже если я прав, то углеродные волокна значительно уступают по качеству тем, что будут производиться в будущем. То же касалось и стекловолокна.
Сама идея сэндвич-панелей, как и подобное название, ещё не получила распространения. Материал был новый, а инженеры только осваивали автоматизированную намотку и другие базовые технологии.
А принцип-то в сущности своей простой. При изгибе основную нагрузку воспринимают наружные слои конструкции, в то время как внутренние остаются малонагруженными. Если заменить внутренние слои на более лёгкий материал, можно добиться значительного снижения массы при сохранении прочности. Естественно, толщина панели при этом увеличится, но, главное, вес уменьшится радикально.
