"Фантастика 2025-105". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Дмитриева Ольга

— Мия.

Я тряхнула головой и последовала за ним. Поправив у пояса катану духа, я взлетела в седло. Теперь нам оставалось только ждать и надеяться, что у Винсента и Святого все пройдет удачно. Вспоминая «вечный круг белого огня», в способностях Стэндиша я не сомневалась. У Ханы Гото четвертый-пятый ранг. Для девушки, которой суждено стать залогом дружбы родов – вполне достаточно. Если Винсент и Святой хорошо сработают в паре, никто и не заметит, что невесту похитили. До утра. А там мы уже будем на пути к Мисуто.

До условленного места мы доехали быстро. Мы спрятали коней на опушке леса и принялись ждать. Время тянулось медленно. Глаза слипались, уснуть мне не давала эльфийская искра. Золотистый пион, похоже, решил, что раз уж я им воспользовалась, то его сила пригодится мне и дальше, и категорически не хотел успокаиваться. Я вспоминала советы из эльфийской книги. Но применять какие-то знания получалось плохо.

— В прошлый раз ты начала использовать ее правильно во сне, – напомнил Тьен.

Я покачала головой и ответила:

— Сейчас не время спать. Вот вот приедут остальные. Не спускать глаз с девушки, у которой магия четвертого-пятого ранга – лишняя трата сил. Чем скорее мы убедим ее перейти на нашу сторону, тем лучше.

Как только на востоке показались первые рассветные лучи, неподалеку послышался стук копыт. Вскоре из-за деревьев показалась процессия. Ястер ехал первым. Перед Винсентом на коне сидела невысокая рибенка в наспех одетом голубом кимоно. Прямые черные волосы растрепались. Во рту ее был кляп, а руки плотно обмотаны веревкой, которая тускло светилась – на заклинания Святой не поскупился. Сам охотник ехал последним и заметал следы.

Винсент первым спешился и снял с коня свою пленницу. Ее усадили под деревом, и юноша щёлкнул пальцами, создавая магический светлячок. Я рассматривала красивое треугольное лицо и раскосые глаза девушки, которые яростно поблескивали в тусклом свете. За полгода, что мы не виделись, Хана только похорошела. Младшей из дочерей Гото только-только стукнуло восемнадцать, когда погиб мой род. Стоило Винсенту избавить ее от кляпа, рибенка тут же заявила:

— Вы поплатитесь за это! Я будущая жена наместника!

Я опустилась на землю перед ней и лучезарно улыбнулась:

— Будущая жена? А я – уже жена наместника. Рада встретить тебя вновь, Хана.

Глава 26. Новая спутница

Наверное, сейчас я производила жуткое впечатление. Остроухая девушка с белыми волосами, в кимоно и с рибенской прической. Дочь врагов, которая говорит совершенно дикие, безумные вещи. Да еще и на чистейшем рибенском. Хана несколько мгновений изумленно хлопала ресницами, а затем презрительно фыркнула:

— Ты бредишь.

Я нехорошо улыбнулась и отвела назад выбившуюся из прически белую прядь. В этот момент глаза девушки изумленно распахнулись. Она увидела символику Ходо на окантовке рукава. Затем ее взгляд скользнул по зеленым паучьим лилиям на подоле. В этот момент Тьен встал у меня за плечом. Хана невольно вскинула голову и вздрогнула. Сегодня волосы моего добровольного слуги были распущены, как и подобает демону.

Девушка перевела взгляд на меня и прошептала:

— Этого не может быть. У Ходо... Не было полукровок. Ходо никогда не опустились бы до связи с врагом и не оставили бы такого ребенка... А жена наместника Харуто умерла, и он до сих пор горюет.

Я вспомнила то, что совсем недавно обнаружила под замком и яростно прошипела:

— Горюет?!

Наверное, мое лицо исказилось от бешенства, потому что Хана отпрянула и вжалась спиной в дерево. Из воспоминаний меня выдернул Тьен. Он негромко произнес:

— Мия.

Усилием воли я удержала золотую искру, которая снова хотела предательски раскрыться. Этого пока девчонке лучше не видеть. И так звук моего имени напугал ее больше, чем все остальное. Когда-то она знала меня. Хана смотрела на меня, как на восставшего мертвеца. Затем девушка упрямо повторила, убеждая саму себя:

— Этого не может быть.

Я не выдержала. Подалась вперед и прикоснулась к щеке девушки.

— Горюет? – переспросила я. – О чем он горюет, Хана? О детях, которым он отрубил головы на глазах двух родов? Или, может быть, о жене, которую обезглавил собственноручно в ночь нападения на Сакуратэншу? Или о том, что открыл Тайджу ворота замка и выдал расположение тайного хода?

На этот раз меня оборвал Святой.

— Мия, – резко сказал он. – Прекрати пугать ее.

Хана побледнела и начала бормотать:

— Ты бредишь... Харуто пощадили из жалости... Теперь он служит Тайджу и надеется вернуть провинцию своему роду, отстроить Сакуратэншу...

Я вспомнила безмолвный замок и горько рассмеялась. Теперь вмешался Винсент:

— Достаточно, Мия. Пожалуйста.

Я вскинула голову и взглянула ему в глаза. Юноша приблизился к своей пленнице и теперь спокойно смотрел на меня, ожидая благоразумия. Я медленно выдохнула и встала. Затем одернула широкие рукава кимоно и увидела, что Вин бросил на девушку полный жалости взгляд. А затем юноша молча поднял Хану на руки и понес к лошади. Девушка не сопротивлялась.

Рядом со мной оказался Шон. Он удивленно покачал головой:

— Ну ты даешь. Что ты увидела в этих руинах, что так набросилась на нее?

Я отвернулась и не стала ничего говорить. Вместо меня ответил Тьен:

— Вас там не было, – бросил демон и пошел к лошади следом за мной.

Только после того, как села в седло, я вспомнила, что у нашего разговора была еще одна свидетельница, которая поняла каждое мое слово. И теперь Амэя с ужасом смотрела на меня снизу вверх, прижав ладони ко рту. Я вздохнула. Пугать девчонку мне хотелось меньше всего. Она и так в нашей компании уже насмотрелась... Много на что.

Шон погладил Амэю по плечу и прошептал ей пару утешительных слов на ломаном рибенском. Девушка покорно направилась следом за ним и села в седло. Я боялась, что она попытается удрать после моих откровений. Но та, наоборот, теперь старалась держаться ближе к Шону. А братец неотступно ехал следом за мной, пока Тьен и Стэндиш прикрывали наш отход.

Хану Винсент вез на седле перед собой. Взгляд ее был устремлен в пустоту. Я чувствовала досаду. К Хане Гото я всегда относилась хорошо. Было жаль пугать девчонку, но позволить ей оказаться на ложе убийцы собственных детей я не могла.  Ради ее же блага. Ради мира и спокойствия в Рибене.

В моей голове зазвучал голос Тьена:

«Ты выглядела очень убедительно. И впечатляюще. Вполне возможно, позже это сыграет нам на руку».

Я рассеянно кивнула, и только потом спохватилась, что демон едет в хвосте нашего отряда и меня не видит. Мне тоже хотелось верить, что Хана Гото будет нашим союзником. Теперь нам нужно было как можно скорее попасть в Мисутонару.

Ехать пришлось старой, заброшенной тропой через горы. Мы гнали коней почти до заката, пока нам не попалось еще одно старое святилище среди зацветающих деревьев. Там мы остановились на отдых. Винсент и Святой обошли территорию, окружая нас сигнальными и защитными заклинаниями.

Пока Амэя готовила ужин, я молча протянула Тьену запястье. Демон понял меня без слов. Получив очередную царапину, я прикрыла глаза, рассматривая едва видимые в свете дня зеленые линии. От входа в святилище за мной наблюдала Хана. Винсент бдительно сидел рядом с ней.

Я вытащила окарину из мешочка на поясе, встала лицом к девушке и с улыбкой поднесла инструмент к губам. Мелодия взлетела в небо, и поверх сторожевых заклинаний святого легли мои. Глаза Ханы расширились от удивления. Закончив накладывать заклинание, я убрала окарину на место и решительно направилась к Святому.

Несмотря на усталость после дороги и бессонной ночи, я чувствовала острое желание спустить пар. Уничтожать растительность не хотелось – наверное, противилась эльфийская половина моего тела. Поэтому я остановилась перед Стэндишем, склонила голову к плечу и предложила:

— Сразимся?

Я была готова к тому, что он откажется. Но охотник тут же кивнул и направился к своим вещам. Снял с пояса нуамьеннский обоюдоострый клинок и развернул ткань, в которой хранилась катана духа Айсабуро Тайджу. Я остановилась неподалеку от святилища. Так. Чтобы нас могла хорошо видеть Хана. Амэя в этот момент в очередной раз пыталась накормить ее, но девушка упрямо отказывалась.