— Из мести! — опустив голову, внезапно заявил батрак. — Меня за недосдачу зерна оштрафовали не так давно. Вот я и хотел… хотел его наказать. Хотя бы раз в жизни не терпеть унижения, — добавил работник Вернера. — Я не злопамятный человек, но зло помню…
Что же он творит⁈ Сам себе петлю на шее затягивает. Он же ведь сделал это с подачи самого Вернера. Неужели у него даже нет малейшего представления какое наказание его теперь ожидает. Это же по-сути чистый саботаж в отношении имперской продовольственной программы.
Юлиан Вернер с облегчением выдохнул. Он понял, что батрак ему был предан. Его плечи мгновенно расправились, а на лицо вернулась привычная высокомерная физиономия.
— Наглец! Мерзавец! — тут же закричал Вернер — Я вам оклад увеличил в пять раз, а ты оказался крысенышем неблагодарным!
Я сделал шаг вперед, вклиниваясь между землевладельцем и стоящим на коленях батраком.
— Погоди, дружище, ты вообще соображаешь, что на себя берешь? — поинтересовался я. — За использование такого алхимического реактива грозит серьезный срок. Это ведь умышленный саботаж продовольственной программы империи. За такое тебя отправят на рудники в Серые земли. Подумай хорошо. Неужели это преступление действительно твоя личная инициатива? Может, тебе кто-то очень хорошо заплатил или пообещал прикрыть, если попадешься?
Я демонстративно покосился на Вернера. Батрак медленно поднял голову на меня. Взгляд парня стал тяжелым.
— Хватит, — тихо ответил батрак. — Я вам уже всё сказал. Никто меня не нанимал, никто мне ничего не платил. Хватит меня мучать допросами своими, иначе я больше слова не скажу.
Парень явно шел по жестким «понятиям» и сдавать нанимателя не собирался ни при каких раскладах. То ли Вернер держал его за горло чем-то посерьезнее каторги, то ли батрак рассчитывал на обещанный куш после освобождения.
— Ладно. Раз сам рвется на рудники — мешать не будем, — заявил старший стражник. — Уведите его в телегу, пускай там о жизни пока посидит подумает.
Этот раунд закончился вничью. Я спас Болеслава, но Вернер вышел сухим из воды, отделавшись лишь легким испугом. Теперь маски были окончательно сброшены.
Мой сосед показал, что готов идти на любую, даже самую грязную подлость: пустить под откос жизни людей, отравить имперскую землю, лишь бы добиться своего.
Телега со стражей и арестованным батраком со скрипом тронулась с центральной улицы Преславицы. Вернер проводил их взглядом, а затем медленно повернулся ко мне. На его губах снова появилась едва заметная ухмылка.
Один вопрос не давал мне покоя. Зачем? Нанять человека, купить контрабандную «Слезу Мора» и так рисковать перед Бюро только ради того, чтобы вывести конкурентов из игры?
Слишком много усилий. Неужели Вернер тоже как-то прознал о скрытой ценности моего участка? Может в поместье остались какие-то заметки от прошлого владельца поместья? Что ж, может, в будущем правда вскроется. Рано или поздно.
Когда телеги со стражниками скрылись за поворотом, на центральной улице перед поместьем Юлиана наконец-то стало тихо. Жители деревни потихоньку расходились, обсуждая случившееся, а Вернер, раздраженно хмыкнул и быстрым шагом направился к своему дому.
Вскоре Болеслава выпустили из заточения. Он растерянно переминался с ноги на ногу. Заметив меня, бригадир быстрыми шагами направился в мою сторону.
— Господин Мейер, — голос Болеслава задрожал. — Даже не знаю как вас отблагодарить. Если бы не вы… если бы вы за меня так перед стражниками не впряглись, то меня явно бы посадили.
Внезапно бригадир поклонился мне чуть ли не по пояс.
— Ну-ка отставить, Болеслав, — я подхватил его под локоть и заставил выпрямиться. — Хватит тут поклоны бить. Не перед барином стоишь.
Бригадир поднялся. Он утер рукавом пот со лба и уставился на меня огромными глазами, в которых читалось почти детское удивление.
— Да как же не благодарить, господин Мейер⁈ — бригадир всплеснул руками. — У меня же ведь сапоги украли вчера. Пришлось совсем старую обувь надевать. А тут проснулся — сапоги вор вернул. Думаю, может кто из детей решил над отцом пошутить. Пришел на работу, а тут проверка с поиском преступника. И тут осознание пришло, что, мол, вот зачем мои сапоги украли…
— Погоди, а чего же ты сразу не сказал? — переспросил я. — Хотя… Кажется, понимаю. Ты, видимо, думал, что в истории с украденными сапогами никто не поверит?
— Всё так, — громко хлопнул в ладони Болеслав. — Меня бы и слушать никто не стал. Ну, натворил делов, следы нашли, за руку, конечно, не поймали, но вся цепочка улик ко мне вела. Поэтому я честно скажу, уже с перепугу начал фантазировать о своей «новой» жизни в Серых Землях. Думал, не спасусь.
— Но сказать об этом стоило всё-таки, — усмехнулся я. — Своим молчанием и паникой ты только усугубил положение.
— Я ничего не мог с собой поделать, — признался бригадир. — Вроде бы не виноват ни в чем, но всё равно душа в пятки уходит. Как будто язык проглотил.
Да, что-то быстро Болеслав сдулся. Если бы мне кто-то такое рассказал, то я бы просто не поверил. Раньше он создавал впечатление крепкого мужика, который до конца будет стоять на своём. Сильно, видать, перепугался. Но хотя бы пару слов в свою защиту нужно было сказать!
— Ладно, Болеслав, забудь, — давая понять, что тема закрыта, я похлопал его по плечу. — Главное, что теперь всё позади. Пора возвращаться домой, амбар сам себя не достроит.
Внезапно перед глазами появилось новое уведомление от системы:
/Внимание! Моральный дух вашей строительной бригады достиг отметки: Воодушевление (100 %)/
/Эффект: Скорость постройки и ремонта любых зданий на вашем наделе увеличена на 35 %./
/Дополнительно: Расход строительных материалов снижен на 10 % за счет слаженной и бережной работы воодушевленной бригады./
Вернер со своими кознями не иронично думал, что «свяжет мне руки» и сорвет все сроки перед проверкой земельного инспектора, а по итогу только сам себя закопал.
Своей подлостью он, сам того не ведая, сплотил моих людей так, как не сплотили бы никакие уговоры или обещания повышения оклада.
Тридцать пять процентов к скорости и десять процентов экономии материалов в условиях жесткого дефицита времени — это настоящее чудо. Теперь мы не просто укладывались в график…
Теперь у меня есть возможность достойно обустроить весь участок!
* * *
Земельный инспектор Шредер должен был приехать час назад. Странно, но проверяющий по какой-то причине опаздывает. Может быть он не такой уж и карьерист, как о нём болтают. Либо же ему стало известно, как изменилась ситуация на моем участке. Смириться с поражением — очень тяжелая ноша для подобных людей.
— Надеюсь, ты вклеил отчеты в амбарную книгу, — не поворачивая головы, обратился я к Радовану. Он сидел за столом на кухне, повторно проверял все заполненные документы.
Я смотрел на свой новенький амбар и облагороженный колодец, из которого любой желающих мог набрать воды в жаркий день.
— Второй раз за день меня спрашиваешь, — усмехнулся помощник. — Вклеил. Не забыл.
— Да у меня уже из памяти вылетело… Лишний раз перестраховаться не мешает.
Я вышел на крыльцо и зажмурился от яркого солнечного света. На моем огороде работала группа рабочих. За эти дни огород стал значительно больше. У края поля Клещ как раз очищал лопату от налипшей земли. Заметив меня, он выпрямился, оперся на черенок и вытер лоб тыльной стороной ладони.
— Хорошая земля у вас, господин Мейер, — заявил батрак. — Клубни крупные растут. А ведь один такой килограмм стоит, как два зиллинга на рынке. Это ведь кто-то шахтером золото добывает, жизнью рискует, а здесь добро чуть ли не под ногами лежит!
— Не думаю, что всегда так будет, — я едва заметно улыбнулся. — Лучше всегда быть готовым ко всему. Ситуация может измениться в любой момент.
Картофель в будущем должен упасть в цене. Если расширить мой участок, набрать больше рабочих, закрыть все долги и вложить оставшиеся деньги в покупку изумрудного катализатора — рано или поздно поставляемый мной картофель окажется в избытке.
