"Фантастика 2024-144" Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Алефиренко Александр

Опарыши разводили на острове сами. Ну, нет поблизости рыболовных магазинов. В принципе, процесс совершенно не сложный. Главное, что бы мухи были.

– Ксанка, нацепила?

Девчонка молча кивнула головой.

– Забрасывай, не спи.

Прошелестев разматывающейся со шпули леской, кормушка с коротким поводком улетела в темноту. Шлепок по воде и тишина. Вымотав лишнюю леску и придав натяжение, Ксанка, то и дело позёвывая, нацепила на кончик фидера колокольчик со светлячком и уселась обратно в кресло. Разлив ароматный, дымящийся напиток из большого термоса в чашки, Пират продекламировал: — Ну, что, ребятишки и их родители, отведать кофе не хотите ли?

– Батя, да ты у нас поэт, оказывается!

– И ещё какой! – усмехнулся Пират. В школе с другом написали поэму. Помню лишь только начало: "Мы оба с Игорем поэты. И не вини, о муза, нас за это!".

– Ну, ты батя, даёшь!

– Зря мама с нами не пошла, – осторожно прихлёбывая горячий кофе и восхищённо глядя на звёздное небо, произнёс Мирослав, – какая красота!

Небо с крупными звездами, к которым Пират так за все годы так и не привык. Это для Мирослава они родные. А для него…. Первое время он долго не мог понять, чего ему так не хватает. То, что созвездия совершенно другие и чужие, это ладно. Но вот что-то ещё должно быть. Лишь где-то год спустя он понял – все звёзды неподвижны! Не хватает привычных для земного звёздного неба бесшумно двигающихся мерцающих огоньков.

«Ну не летают здесь спутники и самолёты!»

Дзинь! Дзинь! Дзинь! – задёргался в темноте кончик фидера со светлячком. Пират нажал кнопку налобного фонаря. Яркий узкий луч прорезал ночь, выхватив из темноты тростниковые заросли и замер на трясущемся кончике фидера.

– Мирослав, твой сработал, подсекай!

В ответ лишь тишина и еле слышное посапывание и похрапывание.

Дзинь! Дзинь!

– Ох уж эти рыбаки – дрыхнут без задних ног! И рыбалка им пофиг.

От последующего мощного рывка сигнализатор-светлячок слетел с кончика фидера и подсвечивая себе путь, медленно опускался на дно. Рыбья мелюзга носами тыкалась в маленькое солнышко, пихая его из стороны в сторону. Пират вскочил с кресла и в последний момент успел схватить удилище, уволакиваемое кем-то в темноту водоёма. От мощного натяжения, оно согнулось в дугу.

– Ну и зверь!

Неизвестная рыбина, словно торпеда, стремительно стягивала со шпули шнур. Хорошо, что фрикцион оказался не зажат. К счастью, вскоре, ход замедлился, Пират тут же воспользовался заминкой и поспешил подмотать. Рыба поддалась и ему удалось вернуть на шпулю метров десять шнура. Но не тут-то было, словно опомнившись, она вновь рванула в сторону. Фрикцион затрещал, отдавая назад только что отвоёванные метры. Очередная подмотка катушки и снова ожесточённое сопротивление.

«Достойный противник! Ладно, пусть напоследок порезвится».

Пират почувствовал – рыбина начал уставать, её скорость снизилась. Не давая слабину, рыбак выдержал паузу: – а теперь давай назад, хватит уже и меня и себя мучить.

И лоб весь в испарине и камуфляж влажный – нелегко далось рейдеру вываживание трофея. И, что обидно – потенциальные зрители сопят в четыре дырочки и не подозревают о происходящем в данный момент противоборстве. Уровень адреналина в крови буквально зашкаливает.

«Только бы не сошла!»

Наконец, устал не только рыбак, но и его достойный противник. Пират подтянул трофей к пристани. Держа в правой руке фидер в натяг, левой потянулся к подсаку. Хорошо, что близко под рукой оказался. Подвёл его под рыбину. Луч налобного фонаря плясал по поверхности воды, высвечивая, блеснувшее золотом, тело.

– Есть!

Перехватив подсак двумя руками, фидер уже не нужен - его в сторону, с усилием поднял трофей на пристань.

«Ни хрена себе! Килограмм пятнадцать завесит!»

Длинное и почти круглое бронзовое тело, толстые мясистые губы с свисающими с обеих сторон усами.

– Сазан!

Теперь понятно. Это не лещ, которого стоит лишь поднять на поверхность и дать глотнуть воздуха. А потом спокойно тяни к себе. Опять промучился с вытаскиванием крючка из толстой губы рыбы.

«Хм, ещё немного и мог без трофея остаться» – крючок оказался немного разогнут.

Освобождённый сазан опять показал свой норов. Выгибаясь и подпрыгивая на досках, мокрым хвостом сильно шлёпнул по босой ноге спящего в кресле Мирослава.

– А-а! – спросонья сын не понял, что произошло. Подскочивь, он ошалело вертел головой, не понимая, что случилось. Увидев огромного сазана, замер от восторга.

– Ух ты! Ну и монстр! Батя, класс!

– Это была твоя рыбина, но ты её благополучно проспал.

– Я её бы и не вытянул, - честно признался Мирослав.

– Вот что: разбуди Ксанку, видишь, как она скукожилась в кресле. Пускай в спальнике укладывается. И сам тоже ложись во второй. Как чувствовал, что пригодятся. Толку от вас сейчас один чёрт никакого…

* * *

– Смотри-ка, мать, чего у нас есть! Ты много потеряла, что с нами не пошла.

– Зато, в отличие от вас, я хорошо выспалась – никто у меня под ухом не храпел. Вас комары не съели? - поинтересовалась Белка.

– Я их отогнал.

– Трутовики жёг?

– Да. Хорошее средство. Не нравится кровососам их дым.

– Мама Белка, а я сама леща огромного вытащила, вот такого! - Ксанка с гордостью развела в стороны руки, не стесняясь размерам своей фантазии. А Мирослав только двух карасей поймал. Вот таких, - её ладони едва не сомкнулись одна с другой. Мирослав возмущённо фыркнул, но всё же промолчал.

– Умничка! Знатно половили. Ух, сазанище какой большой! Я приберусь и займусь рыбой. А вы идите спать. Из вас сейчас помощники никакие, вон носами клюёт, - Белка решительно сонных рыбаков отправила спать.

– Дорогая, рыбу почистишь? Двух лещей замаринуй, на мангале после приготовим, а Сазана пока в морозилку положи. У подлещиков и плотвы только внутренности убери, чешую не трогай. Я их вялить буду. Извини, я бы помог, но сильно устал. За ночь даже на минутку глас не сомкнул. Я в начале в душ схожу и после на боковую.

– Я вижу – прямо с ног валишься, спишь на ходу. Не волнуйся, я справлюсь. Автомат только здесь не оставляй, наверх забери.

* * *

– Какой божественный запах!

Пират перевернул решётку с лещом. Подёрнутые пепельной сединой угли источали сильный жар. Капли жира падая, вспыхивали яркими звёздочками. Мирослав с Ксанкой не отрывали глаз от мангала, стараясь не показывать, что не терпится попробовать ароматное блюдо.

– Скоро уже? – нетерпеливо спросила Белка, сглатывая слюну.

– Мольчи, женщина! Слюшай, не мешай. А? – придал своему голосу шуточный кавказский акцент. А после уже серьёзно добавил: – жаль, что виноградных листьев нет, ещё вкуснее получилось бы.

– Пират, хватит уже над нами измываться, он и так вкусный! Рыба готова, я и отсюда вижу! Вот, что – ты нам положи, а сам можешь второго леща хоть до следующего утра готовить .

Молодёжь дружно закивала головами, поддерживая предложение мамы Белки. Пират осмотрел рыбу, ковырнул вилкой и сказал: — Я хоть и не Василий Алибабаевич, но очень рекомендую попробовать это отменное блюдо. — Ну, налетайте, голодающие Улья!

– А он кто? – положив кусочек леща в рот и закрыв глаза, причмокивая от удовольствия, уточнила Ксанка.

– В смысле кто? – немного растерялся Пират.

– Ну, этот, который Алибабаевич.

– А ты, что «Джентльменов удачи» не смотрела? - искренне удивился рейдер.

– Это кино такое? - предположила Ксанка?

– Ну, да…

– Нет. И не слышала о нём.

– Ну, ты, Ксанка, тёмная. Я и то смотрел – у нас много фильмов записано, – не удержался от подколки Мирослав.

– Сам ты тёмный! – обиделась на него девчонка и с возмущением добавила, - дурак!

– Погоди, Мирослав, – Пират остановил сына, уже готового дальше препираться с Ксанкой. – А «Иронию судьбы» смотрела? Её каждый Новый год показывали по телевизору.

– У нас такого фильма не было. Если, как говорите, фильм каждый Новый год показывали, то я бы, хоть раз, но увидела бы. Интересный? Про любовь?