Каждый с кем она сталкивалась взглядом, опускал глаза, а тишину, в конце концов, прервала сама глава:
— За дверью стоят два моих информатора. И они уже за полчаса выяснили хоть что-то. А что делали вы и ваши слуги? Жалкое зрелище.
Катарина встала из-за стола и сама открыла дверь, впуская в зал ещё двоих одарённых. Молодую девушку с ноутбуком в руках и мужчину чуть постарше. Они оба были одеты в строгие костюмы и выглядели так, словно только что вернулись с важной деловой встречи.
— Леди Катарина, — поприветствовали они главу поклоном.
А затем девушка поставила ноутбук на стол и начала говорить:
— Сначала я хочу показать вам видео того, как клиника выглядит сейчас.
На экране появилась запись, как некто идёт по коридорам, снимая окружение.
— Как видите, — поясняла рассказчица, — все наши медики, охранники и прочие служащие просто исчезли. Кроме того, практически нет следов сражений. Нет крови, трупов. Ничего. Как будто все просто испарились.
— Вообще никого не нашли? — переспросил один из представителей совета.
— Никого из тех, кто хоть что-то видел. Мы не знаем, погибли они или похищены, но на контакт вышли либо те, кто покинул клинику до нападения, либо те, кто находился совсем в другой части медцентра.
— Камеры на улице? — последовал ещё один вопрос.
— Действительно, — хмыкнула Катарина, там весь район просматривается.
— Кроме этого квартала, — покачал головой мужчина, — очевидно, гости клиники не хотели светиться возле этого места, так что запись не велась. На столбах висят. «пустышки».
— Зои, вы искали по маячкам в смартфонах? — серьёзно спросила Катарина у девушки.
— Разумеется, — кивнула та, — нет никаких сигналов. Точнее, мы нашли несколько брошенных телефонов в самой клинике. Но остальные пропали так же, как и их владельцы. Всё абсолютно глухо. Очевидно, все наши маячки сломаны.
В этот момент картинка на ноутбуке показала одну из палат, подробно задержавшись на окне. Здесь содержали пленников, так что на нём были решётки. Но их вырвали с корнем и разбили стекло.
— Похоже, как минимум одна драка всё-таки была, — задумчиво прокомментировала увиденное Катарина.
— Да. Это очевидно. Но собрать биологический материал не удалось. Наши работники не обнаружили ни капли крови, ни единого волоса. Вообще ничего, что могло бы дать какое-то представление о том, кто здесь сражался.
— Какое-то дезинфицирующее средство?
— Исключено! Боевики клана прибыли туда спустя пять минут после того, как получили сигнал тревоги, полиция была уже внутри.
— Значит, заклинание?
— Но кто способен работать с живой материей на таком уровне? Кроме нас, Вийонов, я имею в виду⁈
Вопросы сыпались один за другим и повисали в воздухе.
А камера продолжала бесстрастно фиксировать творящийся в клинике разгром. Мебель и дорогостоящее оборудование, которое словно порубили в капусту гигантскими тесаками.
Катарина нахмурилась. Что-то ей это напоминало. Какое-то очень старое воспоминание крутилось в голове… кажется, это было в замке Готье Салазара.
Готье был любимым внуком старика Армана, главы клана Салазар и однажды вседозволенность и самодурство ударили ему в голову.
Как-то на приёме в своём замке он отнёсся к одной из некроманток неуважительно. Кажется, попытался удержать её силой. Вроде бы, ему это даже удалось.
Макс Рихтер, тогдашний глава клана вырезал его имение подчистую. А после этого
не оставил за собой никаких следов. Был у него такой пунктик… Катарина даже помнила заклинание, которое он использовал для таких дел. Тление.
Арман Салазар тогда сделал вид, что замок опустел сам собой. Решил, что его клан ещё легко отделался.
Но долго думать об этом не хотелось. Не самые приятные воспоминания. К счастью, Рихтеров нет уже много веков.
Не время гоняться за призраками. Надо сосредоточиться на настоящем.
Так что она мотнула головой, отбрасывая ненужные мысли, и вернулась к делам сегодняшним.
— И, что совсем нет никаких зацепок? — поинтересовалась она у Зои.
— Есть, моя леди, — почтительно обратилась к ней девушка, — мы проверили все камеры там, где они всё-таки работали, и обнаружили крайне подозрительный фургон, который уехал со стороны медцентра как раз в период, когда происходило нападение. Увы, он быстро затерялся в трущобах, но наши люди уже их прочёсывают.
— Отлично, — кивнула Катарина, — докладывайте мне всё о ходе расследования. Клан Вийон ни за что не оставит такую дерзость без ответа!
* * *
Вернувшись домой, я снова задержал взгляд на двух автомобилях с гербом Веласко у нашего порога.
Снова вспомнился дед с его советами. Сейчас он бы точно, хлопая от восторга в ладоши, приказал перевезти эти машины поближе к фургону, на котором мы совершили налёт на клинику Вийонов.
Мой дед был тем ещё манипулятором и не упустил бы случая стравить оба клана.
Но я всегда находил такой подход неспортивным.
Ещё перебьют друг друга без моего участия. И ради чего тогда всё это?
Нет, роль зрителя однозначно не для меня. Так что советы деда подождут.
Но автомобили куда-то откатить всё-таки нужно. У нас тут не частная стоянка для машин рода Веласко и не свалка для мусора.
А сейчас они станут именно хламом. Перед тем, как убрать их с глаз долой, я решил всё-таки выкачать оттуда скверну. Лишней не будет.
Умертвий за руль я всё равно сажать не намерен. И так докатят.
Но это будет ночью, а сейчас нужно заняться Алиной. Ольга, как раз помогала ей выбраться из химеромобиля. Девушка всё ещё была очень слаба, её сильно шатало, и даже разговаривала она не очень связно, жалуясь на то, что всё как будто в тумане.
Не удивительно, две недели в коме — это не шутка.
Но я рассчитывал быстро привести её в чувство. Хотя даже мне понадобилось несколько минут, чтобы очистить организм девушки от препаратов, а также восстановить работу её энергетических каналов, которые тоже здорово пострадали.
То, с чем столкнулась Лара — это лишь цветочки, по сравнению с тем, в какой фарш превратилась энергосистема Алины.
Подозреваю, что какая-то гадость из тех, что ей вкалывали, специально подавляла её магические резервы. На всякий случай.
Однако, стоило мне восстановить даже часть потенциала девушки, как сам её организм оживлённо включился в процесс лечения.
Так уж устроен наш дар.
Он работает, даже если его правильно не развивать.
Ольга тем временем искала во что бы переодеть нашу спасённую. Из больницы мы увезли её в одной медицинской сорочке.
Но найти подходящие вещи, даже в таком огромном гардеробе, как у внучки, оказалось нелегко.
Ольга — высокая и очень стройная. Алина же была ниже её чуть ли на полторы головы, но при этом в теле. Не полная, но, скорее, фигуристая.
Так что блузки, которые приносила на примерку Ольга, категорически не желали сходиться у девушки на груди, отчего та густо краснела.
В конце концов, внучка где-то откопала безразмерную кофту, которую назвала «худи» и просторные домашние брюки на резинке.
— Да… — с сожалением протянула Ольга, глядя на результат своих трудов, — не слишком удачный лук мы тебе подобрали.
Алина же быстро-быстро замотала головой.
— Не говори так! Это лучше, чем я могла надеяться! Спасибо вам большое! Мои родители не увидят меня в этой ужасной простыне и с чумной головой.
Алина вообще непрерывно нас благодарила с момента, как пришла в себя.
Мне даже захотелось её усыпить, чтобы стало потише.
Но Ольге это нравилось, а она сегодня заслужила свой триумф.
Порученную ей часть операции выполнила безупречно.
— Тогда поехали? — улыбаясь, спросила Ольга.
Девушка снова активно закивала, и мы вернулись в химеромобиль. Правда, на этот раз без Прохора.
Потребности в нём не было, и он отправился домой.
До дома Астеров мы доехали быстро, и там ожидаемо стали свидетелями крайне тёплой семейной встречи со слезами, объятиями и поцелуями.
