Блаженны алчущие (СИ) - Шизоид Агнесса

И вот она здесь, общается с самыми сливками общества, и Ренэ все кажется, что это сон, и вот-вот наступит пробуждение.

— Я слышала, что ваш супруг отличился и на поле боя, — вовремя вспомнила она.

— Это верно. Он оставил меня сразу после нашей свадьбы, чтобы принять участие в одной из этих ужасных кампаний. И вместо того, чтобы развлекать меня, ему пришлось пускать кровь и вспарывать животы.

— Дениза, Боги, что за тема! — вскричал лорд Бэзил, затыкая уши. — Мне сейчас станет дурно. Это неприлично, в конце концов! — Красивое лицо исказила страдальческая гримаска.

Дениза наклонилась, чтобы успокоительно пожать ему руку. — Простите, милый брат, я больше не буду. Иногда я забываю о том, какая у вас чувствительная натура.

Ренэ робко взглянула на Бэзила. — А вы не сражались вместе с братом? — Ведь он был здоровым мужчиной, дворянином, сыном Лорда-Защитника…

— Я?! — всего одно слово, но прозвучало оно так, словно Ренэ обвинила Бэзила в чем-то непристойном. Помолчав, он пояснил, обмахиваясь веером словно дама и поджав брезгливо губы: — Грязь, шум и кровь я оставляю моему брату и другим, ему подобным, для них это самое то. А у меня нежная, тонкая душа, душа женщины. Иногда я думаю, что мне стоило родиться в женском теле.

— О, — Ренэ была так шокирована, услышав подобное признание из уст мужчины, что не знала, что сказать.

Дениза улыбалась ей. — Бэзил не выносит ничего уродливого, грубого. Ему непременно нужно, чтобы его окружала красота. Если бы вы только знали, какие чудесные картины и драгоценности у него в коллекции! А какие прелестные вечера он устраивает!

Ренэ уже была наслышана об этих вечерах, куда можно было попасть только по особому приглашению, и ничего другого так не жаждала, как побывать на одном из них.

Но Бэзил молчал, и даже Дениза замолкла, прикрыв глаза. — Простите, дорогая, у меня немного болит голова, — пояснила она мгновения спустя. — В следующий раз я лучше исполню свой долг хозяйки дома.

Ренэ сама предложила ей пойти прилечь, и только потом сообразила, что это значит — она останется наедине с Бэзилом Картмором! Слуги, конечно, не в счет.

Между тем, Дениза уже поднималась с кресла. — Боюсь, что вы правы, мне сейчас лучше прилечь. Если только вы не привезли из провинции какое-нибудь волшебное средство от головной боли…

Ренэ сообразила, что Дениза подтрунивает над нею, и могла ли она ее осуждать? Она поспешила посмеяться над такой великолепной шуткой. — Ах, сегодня я болтаю такие глупости… Знакомство с вами для меня слишком волнительно — я не спала всю ночь, предвкушая его.

— Я уверена, что мы станем лучшими подругами, — на прощание Дениза поцеловала Ренэ в щеку. — Знаете, я всегда мечтала иметь сестру. И я чувствую, что найду ее в вас.

Почему Ренэ не верила ей ни на грош? Дениза казалась ей женщиной, которая могла бы желать иметь брата, но никак не сестру. Сама Ренэ согласилась бы на сестру только в том случае, если бы та была очень добрая, очень покладистая, и совсем некрасивая.

— Милый Бэзил, постарайтесь получше развлечь нашу гостью. Я поручаю ее вам.

Ренэ хотела возразить, что ее нет необходимости развлекать, но язык прилип к нёбу. Она смотрела вслед леди Картмор, пока последний волан бордового платья не скрылся за поворотом. А потом не оставалось ничего другого, как повернуться к Бэзилу.

Тишина, душная и вязкая… Бэзил застыл в кресле, словно для портрета позировал, только мерно покачивался носок изящной туфли, заставляя искрить алмаз на пряжке.

Холодный взгляд скользнул по Ренэ, как будто отмечая каждое несовершенство туалета и внешности, и ей сразу захотелось коснуться прически, расправить кружево на платье. А еще в этом взгляде сквозила настороженность — уж не боится ли Бэзил, что она его опять ударит? О Боги!

— Ну что ж… Надеюсь, на сей раз мы обойдемся без кровопролития, — прозвучал лимонно-кислый голос, и Ренэ поежилась.

Встав, Бэзил долго прихорашивался перед зеркалом, критически изучая свое отражение. И только внеся последние штрихи в совершенство облика, подошел к Ренэ, чтобы предложить ей руку.

Ренэ вложила в нее свою, с внутренним трепетом, который не могла подавить. Кисть Бэзила оказалась холодной, не только белизной напоминая алебастр. — Что же, постараюсь, чтобы вы не заскучали.

В прошлый раз ему это отлично удалось.

— Вы видели наш Тронный зал? — на губах — любезная улыбка, в глазах — лед. — Нет? Тогда начнем с него.

VI.

— А к Плеши вы меня не поведете? Это далеко отсюда?

— Почти рядом с Красным Домом, командир, — отозвался Красавчик. — Минутах в двадцати, наверно. Но там делать нечего. Когда нашли труп, мы с Кевином провели там самый тщательный осмотр, какой можно представить. А мне тогда, между прочим, удалось установить, что поганых тех убийц было трое.

Фрэнк насторожился.

— …Я нашел человека, который видел троих рядом с Плешью, в весьма ранний час. Думаю, один из убийц должен быть наш Андаргиец. Осталось узнать, кто двое других, — и дело в шляпе!

— Коли то были они, — проворчал Грасс.

— Коли то были они, — согласился второй Ищейка.

Красный Дом находился на юго-западе, к западу от Королевского пути, делившего Нижний город на две части. Далеко от центра, близко к Южным воротам. Тихая окраина — или когда-то была. Сейчас чуть ли не на каждом углу что-то строили, наполняя воздух стуком молотов и строительной пылью. Огромное здание мануфактуры, которое они огибали, гудело как потревоженный улей.

Фрэнк крутил головой — ему все было интересно. Надо, решил он, купить большую карту города, и выучить, как называется каждый переулок, достаточно широкий, чтобы удостоиться обозначения.

— Я так понимаю, — услышал он голос Кевина, — что уходить из Ищеек вы окончательно передумали? Или к вечеру я услышу обратное?

Фрэнк почувствовал, что краснеет. Постоянно менять свои решения — не лучший способ заслужить уважение такого, как Грасс.

— Типун тебе на язык! — воскликнул Красавчик. — Командир с нами до конца, верно, командир?

— Вчера я погорячился. Я не могу бросить дело, за которое взялся, и подвести… — Фрэнк не договорил.

Грасс стал еще мрачнее — непроизнесенное имя упало между ними, как тень. — Ясно, — процедил он, но прозвучало это как "посмотрим".

Здание мануфактуры все тянулось и тянулось… Вдоль стены бежала очередная канава, куда сливали отходы производства. Фрэнк невольно косился туда, надеясь, что из мутной жижи не появится новое жуткое видение.

Грасс вдруг встал как вкопанный, и Фрэнк едва не налетел на его широкую спину.

— Там что-то есть, — Палец Ищейки указывал на темную воду, туда, где среди мертвых листьев, веток и всякого хлама, что набросали в ров местные, и впрямь виднелось что-то белесое. — Похоже на труп.

— Но оно совсем небольшое… — неуверенно заметил Фрэнк.

Кевин пожал плечами. — Может, ребенок. Выловите и посмотрим.

— Давай я сделаю, — сразу вызвался Красавчик.

— А ты иди поройся в помойке между вот теми домами. В такие места часто выбрасывают что-нибудь интересное. А я буду стоять здесь и следить, как вы работаете.

Красавчик продолжал весело улыбаться, но в глазах блеснул опасный огонек. — А ты не слишком зарываешься, Грасс? По дружбе спрашиваю.

— Ты что, глухой, не слышал? Сегодня за командира — я, показываю лорду Делиону, как он должен выполнять свои обязанности. А ты же не воображаешь, что начальнику полагается самому копаться в отбросах? Нет, он будет стоять, сложив руки на груди, вот так, и надзирать за нами.

Грасс принял соответствующую позу. Она ему шла, ничего не скажешь. Красавчик смотрел на Фрэнка, ожидая указаний.

— Уже иду, командир Грасс! — поспешил откликнуться Фрэнк, пока не началась ссора.

Он искал что-нибудь, чем можно подтянуть находку к берегу. Труп ребенка! Сразу вспомнились жуткие истории, которых он наслушался в детстве, о колдунах и ведьмах, похищавших детишек, чтобы принести в жертву Темнейшему. Он и тогда знал, то были не просто сказочки, а теперь, когда орден Темных Святых, возможно, снова поднимал голову, подобно недобитой змее…