– Неплохо, – согласился Дар, – но, так сказать, на каждый день мне хватит старого «Ремингтона-700» с редфилдовским прицелом.
– А почему бы тебе, Дарвин, не купить лук и пару стрел к нему? – спросил Нед, слегка сдвинув брови.
На этот раз усмехнулся Дар:
– Хорошая мысль. Говорят, они тише и гораздо дешевле огнестрельного. В мире нет по-настоящему устаревшего оружия.
Капитан кивнул.
– Главное – чтобы оно убивало, – согласился он. – Что возьмешь из холодного оружия?
– Нож, – ответил Дар.
Нед закрыл ящик и запер его.
– Ладно, можешь взять свою допотопную «М-40», для твоего никчемного стариковского зрения… Кстати, насколько сильно, ты сказал, оно упало?
– А я не говорил, – заметил Дарвин. – Но на десять ярдов его еще хватит.
– Купи дробовик, – посоветовал Нед. – А еще лучше – большую, сильную собаку.
– Моя подруга принесла мне дробовик «ремингтон», – сказал Дар. – Вернее, дала взаймы…
Брови Неда подскочили вверх. Его удивил не факт передачи дробовика, а упоминание о подруге. Дар никогда прежде не рассказывал о знакомых женщинах.
– Хорошо, – спокойно продолжил капитан, – так что ты собирался у меня попросить? Дырокол последней модели?
– Многие хорошо отзываются о «МакМиллан» M1987-Р, – сказал Дарвин.
– Я работал с ней, – заметил Нед, снова становясь серьезным. – Бьет очень точно. Весит двадцать пять фунтов, одна из самых легких среди винтовок калибра 0.50. Отдача у нее такая, что свалит и слона, но она гасится дульным тормозом и амортизующим затыльником. Мы даже снарядили «морских котиков» этими складными «Комбо-50». Но у нее стандартный магазин на пять патронов и ручная перезарядка. Тебе нужно оружие непрерывного огня в довесок к твоему «ремингтону»?
Дар призадумался. Снайперы обучены рассчитывать только на один выстрел, первый и последний. Именно поэтому большинство современных кевларо-фибергласовых снайперских винтовок сделаны по образцу однозарядных винтовок, которыми пользовались снайперы еще во времена Первой мировой войны. Но у него уже есть малокалиберный «ремингтон» для стрельбы на большие расстояния… Что же выбрать из автоматического оружия? За сорок восемь часов пребывания в Далате отец Неда, переведя свою «М-14» на стрельбу очередями, неоднократно спасал Дарвину жизнь.
Нед приобнял Дарвина за плечи и повел его дальше, вдоль длинных штабелей из ящиков.
– Не хочешь взглянуть, чем сражался мой отряд во время войны в Персидском заливе? Весьма удобная штука.
– Конечно, хочу.
Нед открыл длинный ящик.
– Там, в пустыне, мы называли ее «легкая пятидесятка». А официальное название – снайперская винтовка «Барет лайт 50», модель 82А-1… калибр 0.50 BMG (12.7 х 99мм), как у старых винтовок 0.50-го калибра… Механизм полуавтоматический, с коротким откатом. Ствол отъезжает назад на два дюйма при каждом выстреле, и у нее мощный дульный тормоз. Весит она двадцать девять с половиной фунтов, без прицела. Прицел – десятикратный «леопольд-стивенс ультра» М-3A. И – самое главное, Дар – сменный магазин на одиннадцать патронов. Это единственная на рынке полуавтоматическая снайперская винтовка 0.50-го калибра.
– И во сколько она мне обойдется? – спросил Дарвин. – С налогами, гарантией, футляром и кожаным чехлом для всех деталей?
Нед прищурился, окидывая Дарвина долгим, испытующим взглядом, как когда-то делал его отец.
– Ты принесешь мне ее обратно… Сам. Я даже накину тебе легкий бронежилет, три тысячи патронов стандартного образца и пятьсот бронебойных.
– Господи, – пораженно выдохнул Дар. – Три тысячи патронов… и бронебойные… Черт возьми, Нед, я же не собираюсь на войну!
– Да ну? – хмыкнул Нед.
Он закрыл длинный ящик, запер на ключ и подхватил его, отдав ключ Дарвину.
Лоуренс позвонил, когда Дар ехал по запруженному шоссе I-5 и размышлял, остановиться и съесть ли гамбургер или сразу возвращаться домой и завалиться спать.
– Нашли Пола Уотчела!
– Хорошо, – сказал Дарвин, – и кто его нашел?
– Вообще-то копы, – ответил Лоуренс, – но сперва его обнаружили работники «Хэмптонской первичной обработки».
– А это еще кто такие? – спросил Дар. – И вообще, это дело может подождать?
Он чувствовал себя крайней неуютно, с «легкой пятидесяткой» и пачками патронов, которые были сложены в багажнике «Лендкруизера» и накрыты брезентом. По дороге из лагеря «Пендлтон» он успел трижды облиться холодным потом и до сих пор каждую минуту ждал, что вот-вот сзади появится охрана лагеря и арестует его как вора.
– Нет, откладывать нельзя, – отрезал Лоуренс. – Встречаемся здесь.
И он продиктовал адрес в одном из промышленных районов южной части города.
– Буду через полчаса, – сказал Дарвин, – тут сплошные пробки. Если мне вообще необходимо там быть.
Про этот район ходила дурная слава, и Дарвин успел представить, как его машину угоняют и местные грабители с восторгом пополняют свой арсенал полуавтоматической винтовкой.
– Крайне необходимо, – ответил Лоуренс. – Кстати, если ты еще не обедал, то лучше не ешь.
ГЛАВА 19
У – УОТЧЕЛБУРГЕР
«Несчастный случай» произошел три часа назад, а тело Пола Уотчела до сих пор не извлекли. Только взглянув на место происшествия, Дар понял почему.
Дарвин никогда не интересовался, откуда берутся гамбургеры. Он знал, что в закусочные они попадают замороженными и уже в готовом виде. И вот теперь он оказался в «Хэмптонской первичной обработке» – новой, большой и чистой фабрике, которая недавно выросла в старом квартале, между грязными промышленными зданиями.
У входа Дарвина попросили предъявить документы. Лоуренс, который уже успел осмотреть место происшествия, встретил его и повел на экскурсию по фабричным помещениям.
– Это платформа, куда грузят привезенную говядину, в этом зале ее разделывают и режут, здесь размалывают, здесь сырое прессованное мясо кладут на нержавеющий лист конвейера шириной пять футов, который через отверстие в стене убегает в ту комнату, в формовочный барабан.
Именно в формовочном зале Пола Уотчела – одного из свидетелей последних минут жизни адвоката Джорджа Мерфи Эспозито – утянуло в механизм.
Кроме медэкспертов, которые дописывали в уголке свое заключение, в помещении находились двое полицейских в штатском и пятеро – в белых халатах и с хирургическими масками на лицах. Одного из копов, Эрика Ван Ордена, Дарвин знал. Троих незнакомцев в халатах Лоуренс отрекомендовал как представителей центрального управления «Хэмптонской предварительной обработки», которое находится в Чикаго, а оставшихся двоих – как их страховых инспекторов.
– Никогда ничего подобного не случалось на наших фабриках, нигде и никогда, – заявил один из представителей фирмы. – Никогда!
Дар кивнул. Он, Лоуренс и детектив Ван Орден подошли к трупу поближе.
Верхняя часть туловища Пола Уотчела была пропущена под барабан с формовочными отверстиями диаметром в три дюйма. Зрелище само по себе неаппетитное, а круглые гамбургерные кусочки и ленты сырого говяжьего мяса, растекшиеся вокруг изуродованного тела, создавал кошмарное впечатление кровавой бойни.
– Он проработал здесь три месяца под именем Пол Дрейк, – сообщил детектив Ван Орден.
– Главный следователь Перри Мейсона[29] из старого сериала, – вспомнил Дар.
– Да, – кивнул коп. – Уотчел слегка свихнулся на телевизионных фильмах и всяких шоу, которые смотрел в промежутках между страховым мошенничеством. Он всегда нанимался на какую-нибудь мелкую работенку, пока ждал чеков от страховых компаний. Он проходил у нас под именами Джо Картрайта, Ричарда Кимбла, Мэтта Диллона, Роба Петри и Ваша Палладина.
– Ваша Палладина? – изумленно переспросил Лоуренс.
Ван Орден криво усмехнулся.
– Да. Помните Ричарда Буна в старом сериале про Палладина? Эдакий ковбой, весь в черном?
– Конечно, – кивнул Лоуренс и напел: – «Палладин, Палладин, куда ты держишь путь…»
