Этногенез 2. Компиляция (СИ) - Кондратьева Елена

И вот одна из них лопнула!

Это было громче залпа тысячи пушек!

Массы воды гигантским молотом ударили в корму корабля. Остававшийся в трюмных пространствах воздух ураганом пронесся вверх по броневой цитадели. Сила пневматического удара была такова, что башня главного калибра разошлась по сварным швам и раскрылась, как бутон лотоса.

Не будь у Максима блестящей атлетической подготовки и сверхвыносливости, которой одарила его голубая кровь, едва ли он смог бы преодолеть последние метры скоб-трапа. Ведь ему пришлось по сорок раз подтянуться на каждой из рук — и это при том, что помимо веса собственного тела он всякий раз выжимал еще тридцать килограммов вооружения и экипировки!

Его диверсантам пришлось чуть легче. Когда «Австралия» начала опрокидываться, они были существенно ближе к концу скоб-трапа, а брат Крюк с братом Змеем и вовсе уже сидели верхом на броневых лепестках раскрывшейся башни главного калибра.

Молниеносная гибель «Австралии» — которая, к слову сказать, совсем не входила в первоначальные планы Максима, ведь по расчетам товарища Дементьева корабль должен был тонуть не менее четверти часа — грозила погубить их всех.

Но в те мгновения, когда они выбрались из затопленных трюмов к свету, катастрофа дредноута спасла им жизнь: почти все члены экипажа гигантского корабля оказались замурованы в отсеках и занимались собственным спасением. А немногие офицеры «Беллоны», прикомандированные к «Австралии», так и не успели открыть по диверсантам прицельный огонь…

Эпизод 17

Железная Скала

Совсем скоро Максим оказался в бурлящей, обжигающей, неумолимо затягивающей на глубину ледяной воде. В десятке метров справа к белесому небу вздымалась мокрая блестящая стальная стена — днище перевернувшейся и уходящей на дно «Австралии». Максим поплыл, расталкивая качающиеся на волнах ящики и коробки. Их вышибло из трюмов дредноута пневмоударом.

Рядом с ним плыли брат Хилер и сестра Пантера.

— Где остальные? — спросил Максим, отплевываясь.

Брат Хилер закрыл глаза и сосредоточился. Он воспринял слова лидера «Армии пробуждения» как приказ:

— Чувствую сестру Зебру… Она уже совсем близко! Рядом с ней брат Пепел и брат Алмаз…

— А где брат Крюк?

Брат Хилер замешкался, мерно, по-лягушачьи, работая конечностями.

— Я не вижу нити его жизни… Возможно, его больше нет с нами…

— А брат Змей?

— Он вновь активировал антиграв. И скоро уже будет на берегу!

— Нам тоже надо поторопиться, — сказал Максим.

Когда на поверхности появились головы близнецов Пепла и Алмаза, а также сестры Зебры, он скомандовал:

— Активируйте гидроциклы! У кого не сработает, имейте в виду — у меня модель повышенной мощности! Если мы не уберемся отсюда в течение минуты, нас засосет в воронку.

Зародыши гидроциклов ждали своего часа в ранцах. Каждый из них представлял собой капсулу из эластичного полимера длиной сорок сантиметров и диаметром пятнадцать, с активатором в виде вытяжного фала с шариком. Стоило выдернуть фал — и процесс чудесной трансформации начинался.

Первым выскакивал телескопический гребной вал. На нем раскрывались лопасти винта. Тут же аэропатроны наполняли особой газовой смесью секции гидролыж, формировали место водителя и руль. За каких-то пятнадцать секунд каждый член команды Максима получил полноценное, хотя и одноразовое транспортное средство!

— Пара минут — и мы будем на берегу, — обрадовано улыбнулась сестра Зебра.

— Пара — это вряд ли. Десять минимум, — поправил ее брат Пепел, ворчун и циник.

Максим дал отмашку и его группа, поредевшая, но не сломленная, помчалась к берегу, где в предутренних сумерках над горизонтом серебрились шпили и купола Лунограда. А за их спинами бурлил и пенился океан. На его поверхности лопались гигантские пузыри, масляные пятна расплывались во все стороны, играя на солнце. Краса и гордость противокосмической обороны Луны — дредноут «Австралия» — ушел на дно практически со всем экипажем.

Спастись удалось лишь трем десяткам человек. Среди них оказался и капитан корабля, вице-адмирал Блэр. Он потерял сознание, ударившись виском о переборку в момент подрыва зарядов в трюме и был вытащен вестовыми с мостика.

Очнувшись в спасательной шлюпке, капитан выслушал доклад старшего из оставшихся в живых офицеров, достал наградной пистолет и выстрелил себе в рот.

Гибель «Австралии» оголила противокосмическую оборону Луны в секторе Тельца и сделала возможным прорыв дисколета «Пилигрим».

Осыпаемый градом ракет, залитый разноцветными сполохами оптических и гамма-лазеров, бывший крейсер «Танцоров вечности» вступил в свой последний бой.

Его непробиваемый кокон вихревой защиты, усиленный на марсианских верфях тремя тысячами тонн фуллереновых волокон, терял под ураганным вражеским огнем не менее тридцати центнеров вещества каждую секунду. И это после гибели «Австралии»! Если бы дредноут не лежал сейчас на дне залива, слаженные залпы его рельсотронных орудий не оставили бы «Пилигриму» ни единого шанса. Но и без «Австралии» крейсеру приходилось несладко.

— Клянусь светом Справедливости, — сказала сестра Бригантина, покачав седеющей, коротко остриженной головой, — это высшее счастье — умереть в бою за правое дело, за дело, которому ты служишь! Вперед, братья и сестры!

На лицах пилотов и навигаторов, окружавших сестру Бригантину в боевой рубке крейсера, лежала благородная печать смерти. Но никто из них не проявил малодушия. Все знали: правда за ними!

— Мой капитан! — выкрикнул вдруг брат Неясыть, не сводивший глаз с тактического радара. — Вижу Железную Скалу ясно! Она поднимает корветы!.. Пятьдесят!.. Семьдесят!.. Проклятие, их уже двести! И это все «Филины»! Там нет ни одного «Скорпиона» или «Краба»!

— Как и должно быть, — сестра Бригантина встретила известие с невозмутимостью мумии. — Как и должно быть.

Она немедленно связалась с товарищем Дементьевым.

— На «Наутилусе»! Здесь «Пилигрим»! Вызываю товарища Бету!

На экране появилось узкое, костистое лицо начальника Отдела Особых Действий.

— Слушаю вас, сестра.

— Есть контакт с Железной Скалой! Дистанция — пятнадцать! Готовы действовать согласно плану!

— Отлично! Оставайтесь на связи! Подтверждаю основной план: защиту выключаем на дистанции восемь с половиной!

За одну-единственную минуту, которая требовалась «Пилигриму» для выхода на заданный рубеж, огонь правительственных крепостей смел с крейсера почти всю металлическую пыль защитного кокона. Так что когда два офицера в рубке дисколета, выполняя приказ сестры Бригантины, выкрутили штурвальчики управления вихревой защитой в ноль, остатки ее рассеялись в мгновение ока.

— Пошла! — рявкнул Дементьев Ирине Бекасовой. Самая отважная и умелая пилотесса «Армии пробуждения» в ту минуту находилась в пилотском кресле штурмовой канонерской лодки «Наутилус».

— Есть пошла! — задорно откликнулась Ирина, отдавая от себя и штурвал, и обе педали взлетной тяги.

Оттолкнувшись от прокопченного брюха дисколета реактивными струями, «Наутилус» рванул по направлению к Железной Скале.

Крепость противокосмической защиты поражала воображение. Стальная усеченная пирамида, ощетинившаяся ракетными установками и стволами лазерных пушек, главное свое оружие она хранила глубоко во чреве. Там находились три с лишним сотни новейших автоматических корветов-перехватчиков типа «Филин». Эта армада была способна уничтожить весь флот «Армии пробуждения», включая крейсер «Справедливый».

Конечно же, совсем небольшой в сравнении с крейсером «Наутилус» ждала неминуемая гибель под вражеским огнем в течение считанных секунд. Но никаких секунд товарищ Дементьев предоставлять правительственным войскам намерен не был.

Немедленно совместив примитивный визир из двух зеленых ниточек с визуально наблюдаемым центром Железной Скалы, он нажал на неподатливую спусковую скобу хронобластера. [62] Прежде чем разрушающее все шаблоны человеческого восприятия устройство сработало, под пусковой скобой последовательно сломались три пластмассовых предохранителя, а Ирина Бекасова успела машинально захватить боевым радаром дюжину ближайших «Филинов», волнами расходящихся от Железной Скалы.