Том 1. Я Димасик? Но я же дроу!
Глава 1
— Кто у нас хороший мальчик? Димасик хороший мальчик! У собачки боли, у кошечки боли, а у Димочки не боли.
Странно было наблюдать за немолодой женщиной с короткими каштановыми волосами, в синем закрытом платье до пят, которая дула на помазанную зелёнкой ладонь здоровенного парня и сюсюкалась с ним, словно с малышом.
Больше всего чувство странности испытывал сам парень на вид лет двадцати. Его лицо было простым и одутловатым, даже несколько туповатым. На голове чёрные волосы, небрежно подстриженные под горшок, словно неумелым парикмахером. Фигура хоть и массивная, но рыхлая — больше жира, чем мышц. Одежда на нём простая и большего чем нужно размера: чёрная футболка в дорожной пыли, аналогично запачкались свободные спортивные штаны.
Дело происходило посреди людной улицы. У парня нещадно трещала голова, которой он приложился об бордюр во время недавнего падения. А ещё у него под черепной коробкой крутилось множество мыслей.
«Что за безумный мир?! Почему я переродился человеком? Почему воспоминания пробудились только сейчас? И ладно человеком, но ещё каким-то неполноценным! Определённо, ритуал перерождения стоит доработать».
Димасик, как его звала стареющая мама, был в шоке. Минуту назад он был обычным умственно отсталым парнем, если слово «обычный» применимо к нему. Но он упал посреди дня на улице и шмякнулся головой о бордюр, после чего в ней что-то замкнуло. И раз! Он пробудил память прошлой жизни. Будто в одно мгновение прожил её.
Будь парень сообразительней, его бы личность не задавило на задний план. Да хотя бы на уровне обычного подростка. Но у него было сознание шестилетнего шкета, которого может обмануть первый встречный.
Так вышло, что память прошлой жизни оказалась куда сильнее, и это сознание подавило нынешнее. Так что место Димасика занял Кайн.
В прошлой жизни он был… дроу! Да-да, тем самым темнокожим остроухим тёмным эльфом, которые живут в подземельях и пещерах. Ни разу не дружелюбные и жестокие существа, как минимум, женская его пятая часть.
Почему пятая? Так это из-за особенностей их общества. Мальчики-дроу воспитывались отдельно от девочек при лютом матриархате. Но их жизнь — отдельная история.
Девушки-дроу варились в собственном адском котле. Каждая из них должна по достижении зрелости стать жрицей Ллос — жестокой богини-паучихи.
Воспитывали девочек крайне жестокими методами при искусственной жёсткой конкуренции. Поощрялись смертельные схватки, садистская и лютая месть и всё в таком духе. В итоге до становления жрицей доживала всего одна девушка из десяти. Это была лютая хтоническая хрень: суровое и властное существо, привыкшее к применению силы. И вот такая женщина, прошедшая через горнило пыток, разборок, смертельных дуэлей и выживания в паучьей банке, начинала собирать себе гарем.
Парней у дроу таким ужасам не подвергали. До подросткового возраста они жили вполне себе на уровне кого-то наподобие слуг в средневековье: вроде бы не скотина, но особого отношения не заслуживает.
Вот когда начинался подростковый бум, приходило понимание того, что девушек мало. За них начиналась конкуренция. А поскольку общество у них суровое и жестокое, то часто доходило до схваток со смертельным исходом.
В гарем к женщине могли попасть лишь лучшие из лучших. Самые сильные и суровые бойцы. Они же становились не только мужьями, но и охранниками жрицы.
Во взрослом возрасте женщины переставали убивать друг друга, как в молодости. Но котёл интриг у них не переставал кипеть.
До взросления доживали пятеро парней из десяти. Оттого и соотношение полов у дроу было один к пяти (мужчин больше).
До пятидесяти лет, то есть до совершеннолетия, Кайн был как все его сородичи. Лет с двадцати, то есть с момента начала полового созревания, он сражался за право вступить в гарем к какой-нибудь юной жрице. Но особыми талантами к фехтованию и воинскому искусству он не обладал. Физическая оболочка ему тоже досталась не лучшая — он не был склонен к изящной гибкости или огромной силе, или скорости, что ценится среди воинов. Зато магия давалась ему легко, но молодняк парней-дроу ей не учили.
Зачастую он проигрывал в этой конкуренции, выживая в дуэлях лишь чудом. В итоге к своим пятидесяти пяти годам он настолько устал огребать на дуэлях, что решил сдаться и поставить крест на женитьбе. Это было осознанное решение.
Однажды во время дуэли он чуть не погиб. Его с того света вытащил мужчина-маг. Большая редкость среди их расы, поскольку волшебство считается прерогативой жриц. И тогда он решил, что если так продолжится, то он рискует окончательно сгинуть.
Та дуэль что-то надломила в нём. Побывав одной ногой в могиле, он начал бояться смерти. Этот страх заставил его держаться подальше от дуэлей за право попасть в гарем. А ещё он жаждал познать волшебство жизни и смерти и пытался создать способ обезопасить свою жизнь — стать настолько бессмертным, чтобы убийство или несчастный случай не окончили его существование. Добиться этого можно было лишь с помощью магии. Поэтому он напросился в ученики к тому магу, который его вылечил.
Сто пятьдесят лет с хвостиком он потратил на постижение магических искусств. Вернее, учился у наставника он всего десяток лет. Всё остальное время занимался саморазвитием.
Воинские техники он забросил. Они ему были не нужны, поскольку от сражения за баб он отказался. И это его отчасти сгубило.
Один заносчивый дроу невзлюбил его за то, что он отказал этому хаму в оказании магических услуг. Этот мерзавец подстроил всё так, что вызвал Кайна на дуэль, от которой нельзя было отказаться, и прикончил его, отрубив голову. По сути это была казнь, замаскированная под дуэль. Ещё и время негодяй подобрал такое, когда маг находился в состоянии магического истощения после использования мощного ритуала. Если бы не это, то даже такой сильный воин был бы ему на одно заклинание. Второе он бы потратил на свою защиту.
К счастью, то, что его перед дуэлью истощило, было разработанным им за полтора столетия ритуалом перерождения души. Он предполагал, что после смерти душа возродится в другом дроу, после чего в ней пробудятся воспоминания прежних жизней. Это должно было дать лёгкий старт в подростковом возрасте.
Но что-то пошло не так. Он, во-первых, переродился не тёмным эльфом, а человеком, о которых ему доводилось слышать, но в глаза он их не видел. Во-вторых, память у него пробудилась не в детстве, а во взрослом по человеческим меркам возрасте. В-третьих, это явно был не его родной мир. Вокруг сновали громко гудящие волшебные повозки, дома были высоченными и из неизвестного камня, а главное — тут не было на поверхности испепеляющего солнца.
Память нынешнего тела давала мало ответов на множество вопросов. Его разум до пробуждения Кайна соответствовал шестилетке. Хорошо ещё, что он нормально говорить может. Хотя бы не придётся учить новый язык.
Что именно не так прошло с его перерождением, Кайн понял практически сразу. Он припомнил о том, как размышлял над своим перерождением. Ему не хотелось заново учиться ходить, говорить и всё такое. Он хотел сразу получить подготовленное тело. Для этого и выбрал возраст полового созревания. А он у дроу начинается в двадцать. Димасику как раз недавно стукнул двадцатник. Удар головой лишь стал катализатором.
Но всё же: почему человек?! Почему неполноценный? Такого он явно в ритуал не закладывал.
«А ведь я умер двухсотлетним девственником! — внезапно подумал он. — А сейчас я двадцатилетний девственник… Жизнь жестока — любой дроу подтвердит».
— Димочка, что с тобой? У тебя что-то болит? — мать этого тела напомнила о реальности вокруг, внимательно его разглядывая.
— Всё в порядке, госпожа, — Кайн, как и любой мужчина из его расы, испытывал подобострастие перед женщинами и подсознательно их опасался.
От самки дроу никогда не знаешь, чего ожидать. В одно мгновение она требует, чтобы ты её ласкал. Потом внезапно может начать тебя хлестать плёткой. Поэтому вежливость и спокойствие в смеси с игрой словами на минном поле — вот три оружия мужчины.
