– Я весь к вашим услугам, ваше величество, – изящно поклонился Варан. – Для меня – великая честь видеть вас.
– Я весьма рад знакомству, господин Варан, – вернул поклон Малилла. – Стало быть, вы представляете ту самую Гильдию Теней, о которой тревожным шёпотом говорит вся Паэтта?
– Многие называли меня лучшим её представителем, ваше величество, – блеснул зубами Варан.
– И вы не спорите с общественным мнением? – усмехнулся император.
– Я для этого слишком скромен, государь, – тонко улыбнулся Варан.
– Мне положительно нравится этот молодец! – воскликнул Малилла. – Ну а это кто рядом – стоит, не поднимая глаз?
– С вашего позволения, этого скромного молодого человека зовут Бин из рода Танисти, – представил Бина Каладиус. – И не смотрите, что он так скромен – под кроткой внешностью таится храбрый воин.
От подобной рекомендации несчастный Бин окончательно смешался, а император весьма уважительно проговорил:
– Рад приветствовать вас, господин Бин. Должно быть, вы действительно – великий воитель, ежели вас так характеризует сам великий маг Каладиус! И особенно отрадно видеть, что несмотря на свои исключительные качества, и несмотря на свою молодость, вы преисполнены скромности, которую столь редко можно встретить среди молодых людей.
– Я весь к вашим услугам, ваше величество! – кое-как выдавил из себя пунцовый Бин и, окончательно смешавшись, замолчал.
– Ну а это – мой давний и преданный слуга, баинин по имени Пашшан, – представил Каладиус последнего спутника. – Несмотря на то, что он почти не говорит на имперском языке – он стал для нас незаменимым товарищем. Я и сам не знаю, кто он больше – талантливый повар, великий воин или верный слуга. Лично для меня он давно уже – замечательный и добрый друг.
– Друг моего друга – мой друг, – слегка склонил голову Малилла. – Вам, мессир, очень повезло, что вы окружили себя столь великолепными людьми. Хотел бы я иметь хотя бы пару таких же друзей!
– Мы все здесь греем себя надеждой стать друзьями вашего величества, – поклонился Варан.
– Так и будет, господин Варан, так и будет. А пока, мессир, я бы хотел услышать историю о том, как и во имя чего столь удивительные люди собрались вместе.
– Именно это я и собирался поведать, ваше величество. Не рискну отнимать у вас слишком много времени, поэтому буду краток. Мы – присутствующие здесь, а также наш раненый друг, которого вы, ваше величество, также сочтёте весьма достойным человеком, ибо он в своё время был командиром когорты достославного Седьмого Коррэйского легиона, а позже – паладином его величества, короля Латиона, – так вот, мы собрались вместе с одной единственной целью – разыскать Белую Башню.
– Если бы я услышал это из чьих-то иных уст, я бы решил, что надо мною жестоко насмехаются, и судьба тех людей была бы незавидна, – чуть нахмурился император Малилла. – Но зная вас, мессир, я убеждён, что каждое слово, сказанное вами – сказано не впустую. Поэтому я не стану утверждать, что Белая Башня – вымысел старых, выживших из ума старух. Однако я не могу не спросить – откуда у вас такая странная цель, и как вы намерены этого добиться.
– Я могу ответить вам, ваше величество, откуда у нас такая цель, – сделала шаг вперёд Мэйлинн. – Всё дело в том, что я видела Белую Башню примерно полгода тому назад. Она явилась мне в очень сложный период моей жизни и стала путеводителем для меня и моих друзей.
– Дело в том, ваше величество, что Мэйлинн – необычная магиня, – чуть понизив голос, проговорил Каладиус. – И я бы просил, чтобы всё, что будет сказано здесь, осталось лишь между нами.
Слуги Малиллы были вышколены безупречно – не потребовалось даже малейшего знака повелителя, чтобы они тут же испарились из главной залы.
– Говорите, друг мой, – чуть наклонившись вперёд, негромко проговорил Малилла. – Моё сердце трепещет от нетерпения, предвкушая какую-то тайну.
– О да, повелитель, оно вас не обманывает, – Каладиус сделал несколько шагов к трону императора, и с каждым шагом голос его звучал всё тише и тревожнее. – Смею заверить вас, ваше величество, что перед нами лирра, равной которой мир не рождал уже больше семи тысяч лет! Госпожа Мэйлинн, воспитанница Наэлирро, так и не прошла перерождения, став, таким образом, единственной за всю историю мира. До неё Паэтта знала лишь одну подобную аномалию – принца Драонна.
– Основателя империи Тондрон… – почти одними губами прошептал Малилла.
– Именно так, повелитель, – кивнул Каладиус. – Теперь вы понимаете, сколь необычная гостья явилась сегодня в ваши покои! Вы заглянули сейчас за гобелен истории, где, сокрытая от человеческих взоров, вершит будущее сама Судьба.
Император молчал, лишь машинально крутя на пальце большой золотой перстень с неимоверных размеров бриллиантом, размером с голубиное яйцо. Его взор горел так, словно в черных зрачках его действительно отражался пламень Судьбы. Он сидел на троне, накренившись вперёд, словно вот-вот собирался сорваться с него прочь.
– Но именно эта исключительность и есть главное проклятие госпожи Мэйлинн, – продолжал Каладиус, и голос его уже мало был отличим от шёпота. – Дело в том, что за ней охотится древний и могущественный лиррийский Орден Лианы. Они хотят заполучить госпожу Мэйлинн, чтобы создать из неё совершенное и непобедимое орудие лирр против человеческой расы. Именно они послали трёх наёмных убийц-ассассинов, которые опасно ранили нашего друга Сана Броса, а также, пусть менее опасно, но изранили господ Варана и Пашшана.
– Да как они посмели! – потемнел лицом император. – В пределах моего государства есть лишь один человек, который может карать или миловать – и, насколько мне известно, это не кто-то из Ордена Лианы, о котором я, к слову, даже никогда не слыхал. Совершив своё коварное нападение, они бросили вызов лично мне, сделавшись моими кровными врагами! Что же сделалось с теми тремя негодяями?
– Они мертвы, ваше величество, – чуть пожал плечами Каладиус. – Я сжёг их вместе с виллой одного торговца, Пилиона Барсы.
– А, так это тот самый пожар, о котором я наслышан? – воскликнул Малилла. – Значит, это ваших рук дело, мессир? А что вы делали там?
– Я хотел пожить там пару дней, пока не получится тайно дать знать вашему величеству о том, что я в городе и ищу встречи.
– Вы смертельно обидели меня, мессир, обратившись к какому-то вонючему купчишке прежде меня, – горящий взгляд императора наверняка прожёг бы две дыры в человеке пожиже, чем великий маг.
– Поверьте, государь, так было нужно, ибо я хотел сохранить инкогнито, чего у меня не вышло, – Каладиус не оправдывался, а объяснялся.
– Уж не виновен ли в нападении тот купец? – недобро прищурился Малилла.
– Нет, государь, он ничего не знал, – поразмышляв некоторое время, ответил Каладиус. От императора, однако, не укрылась кривая ухмылка, пробежавшая по лицу Варана.
– Что ж, ладно, – кивнул правитель. – Что было – то было. Главное теперь – обеспечить вашу безопасность, пока вы находитесь под моей защитой. И я клянусь здоровьем моих детей, что сделаю всё, что от меня зависит, чтобы защитить вас.
– Спасибо, ваше величество, именно об этом я хотел просить вас – позволить некоторое время жить в вашем дворце под охраной, пока мы не направимся в дальнейший путь.
– Так оно и будет, дорогой друг. Более того, я отряжу сотню своих лучших воинов, чтобы они сопровождали вас туда, куда вы направитесь дальше! – потеряв хладнокровие, Малилла хлопнул ладонью по подлокотнику трона.
– Боюсь, они скорее задержат нас, государь, – возразил Каладиус. – Я действительно хотел просить вас отрядить мне охрану, но, думаю, для нас будет достаточно всего двух десятков хорошо подобранных людей. Может быть, достаточно будет и дюжины, если они хотя бы приблизительно сравнятся в талантах с моими спутниками.
– Что ж, решено! – Малилла даже встал. – Я дам вам все полномочия, вы сможете выбрать любых людей, которые покажутся вам достойными. Но вы понимаете, друг мой, что эти люди не смогут сопровождать вас за пределами империи.
