— Я такой мелочью не занимаюсь. С чего вы решили, что я их знаю?
— Ну не прямо вот вы, а «вы» в смысле «полиция».
— Так и надо было говорить, — Инспектор вздохнул. — И я правильно понимаю, что вы утверждаете, будто любовница а, впоследствии, жена богатейшего человека Гюйона, спуталась с работающим на Финна уличным босяком?
— Я все заснял!
— Тогда я тем более заберу у вас камеру.
— Да почему⁈
— Чтобы жизнь вам спасти. Как вы думаете, могло подобное произойти случайно и без ведома Финна?
— Ну… любовь — она такая…
— Не несите херню… И включите башку. Данная связь, потенциально, позволит и ему, и ЭРА запустить руку в одно из самых больших состояний Континента. Да Финн сотрет в порошок любого, кто попробует в это сунуться. Так что не вздумайте даже обмолвиться об этом, если хотите жить.
— Ну спасибо, благодетель! И что мне теперь делать⁈
— В качестве компенсации, я могу предложить вам… — Инспектор огляделся, — Как насчет интервью?
— С кем?
— Сейчас уточню.
Он отошел, затем вернулся с Монпелье. Тот, покрутив ус, скептически осмотрел репортера.
— Ценные сведения, говорите?
— Да. А вы, я так думаю, будете не против, если в прессе появится история о том, как жандармы отразили нападение на охраняемую персону со стороны вчетверо превосходивших их сил.
— Звучит недурно…
— Это кто? — Репортер оглядел Старшего Вахмистра, — Чин из жандармерии, который будет хвастать успехами подчиненных?
— Я бы вас попросил! — взвился Монпелье, но Инспектор его осадил.
— Спокойно. Он просто не знает о вашей роли в данной истории. А вы, прежде чем хамить, сперва выслушайте. Если хотите знать, именно профессионализм и внимание к деталям господина Старшего Вахмистра сыграли ключевую роль и позволили его людям отразить атаку.
— Его же тут не было? — Репортер удивленно захлопал глазами. — Я видел — он позже подъехал.
— Тем более вам будет полезно и интересно узнать, как командир может повлиять на ситуацию, даже не находясь непосредственно на месте событий. Но сперва…
Сунув камеру в карман, Инспектор открыл дверь, вытащил репортера из машины и тщательно того обыскал, вытащил из карманов все катушки с пленками, а затем проверил еще и салон полицейского авто.
— Все, господин Старший Вахмистр. Он в вашем распоряжении. И не забудьте записать его данные на случай если что-то переврет.
— Не волнуйтесь. Я не первый раз общаюсь с прессой, — Монпелье сочно хрустнул кулаком.
— Хорошо. Тогда оставляю вас наедине. Уверен, вы знаете границы дозволенного и не сообщите ничего, что могло бы повредить следствию.
…
Вукович взял проявленные пленки и принялся смотреть их на свет. Две катушки были чистыми. На остальных имелись следы попыток что-то снять. Судя по ракурсу, Репортера не зря выкидывали из парадной дома напротив. Видимо оттуда, устроившись на площадке верхнего этажа, он и пытался следить за квартирой баронессы. Правда, если наблюдать с этой точки было можно, то вот фотографировать… Дешевая камера, пыльное стекло парадной и плохое освещение вместе не оставляли шанса на удачный кадр. Различить можно было разве что неясные силуэты, которые могли принадлежать кому угодно. Вздохнув, Инспектор отложил пленку и, выйдя в коридор, постучал в находившуюся в конце дверь кабинета Комиссара. Котильон разговаривал по телефону и, увидев Вуковича, поманил его к себе, давая понять, что ему это тоже будет интересно.
— Минутку… — прикрыв трубку рукой он начал быстро пояснять Инспектору ситуацию, — Мы выяснили, кому принадлежали те две машины. Они были приписаны к одному гаражу. Что-то вроде проката, но, видимо, для своих.
— Кто эти «свои»?
— Думаю, кто-то вроде тех ребят, что наведались к Баронессе. Но это не главное. Жандармерия после случившегося развоевалась, поэтому я не стал им мешать. Они взяли гараж штурмом, но опоздали.
— Владелец скрылся? Учитывая, что произошло, я бы на его месте так и поступил.
— Если он и хотел скрыться, то не успел.
— Не успел? Его убили?
— Его и всех его людей. А перед тем как убить — пытали.
— О! Вот это уже любопытно…
— Я тоже так подумал… сейчас… — сказал Котильон собеседнику на том конце провода, убрав руку. — Тут Вукович. Опишите ему, пожалуйста, всю картину.
Инспектор выслушал доклад жандарма о том, что те обнаружили в гараже и, коротко бросив: «Выезжаю», вернул трубку Котильону, который быстро закончил разговор и, отключившись, встал, потирая руки.
— Что, Серго? Вам тоже это показалось несколько знакомым? Стоило в деле всплыть Дикарям, как немедленно объявился и он!
— Делать выводы, полагаясь на наблюдательность жандармов, не стоит, так что я съезжу лично. Эксперты меня подбросят — они как раз должны собираться туда. А вы пока найдите третью машину.
— Третью?
— Да. Если верить тому, что мне рассказали, в этом гараже было три машины. Трое ворот, три «ямы» для обслуживания. Определенно их должно было быть три.
— Больше. Судя по документам, их там зарегистрировано больше двадцати.
— Двадцать одна. Или двадцать четыре.
— Сейчас… — Комиссар принялся рыться в бумагах на столе, — Да — двадцать одна. Как вы догадались?
— Делится на три. И все приписанные машины одной марки и цвета, верно?
— Верно…
— Значит остальные либо фикция, либо сгнившая на свалке рухлядь, от которой им были нужны только номера, чтобы менять их на тех, что «в деле». Найдите третью. И еще раз запросите отчет у Управления Исправительными Учреждениями. Очень важно выяснить, кто выпустил Дикарей с каторги.
…
По гаражу бродили растерянные жандармы, которые настроились на драку, но сопротивления не встретили и теперь решительно не знали, что делать дальше. Прибытие экспертной группы вернуло им смысл существования, и, оцепив место преступления, они принялись делать то, что им удавалось лучше всего — бдить и никого не пускать. Вукович, по своему обыкновению, сперва внимательно осмотрелся снаружи, затем прошел через ремонтную зону, дабы еще раз проверить свою догадку про три машины, остановился и посмотрел наверх.
— На балках…
— Что на балках? — не понял сопровождавший его жандарм.
— След. Туда кто-то лазал. Видите отпечатки рук? Здесь есть лестница?
— Да. Вон там, у стены. Вам принести?
— Если не сложно. И подержите.
Взобравшись наверх, Инспектор посветил фонариком и, опасно вытянувшись, достал спрятанную под крышей стопку автомобильных номеров.
— Как я и думал. Три реальных машины, а остальные — призраки. Возьмите их, позвоните комиссару Котильону и скажите, что машины со следующими номерами можно не искать. Это немного упростит задачу.
— Слушаюсь, господин Инспектор!
— Отлично… Теперь подсобные помещения…
Войдя в задние комнаты гаража, Вукович скривился, узрев картину побоища. Хозяин и его подручные видимо ждали, когда им вернут «взятые на прокат» авто, перебрасываясь в карты. Кто-то вошел настолько тихо, что его не заметили. Трое были убиты сразу. Возле одного лежит пистолет, но его владелец застрелен в затылок, так что, скорее всего, оружие выпало при падении тела. Четвертый, одетый почище и с толстой золотой цепью на шее, привязан к стулу. Убийца сорвал провод, который шел к лампе на потолке и «подключил» им жертву, воткнув в неё две отвертки. После чего, видимо, использовал выключатель, дабы подавать напряжение до тех пор, пока не получил, что хотел…
А что он хотел? Сочный след от прошедшей сквозь голову пули на стене за телом говорил о том, что умер убитый не от электричества. Сказал, что убийца хотел знать, и получил в награду легкую смерть? Сделка… Кунла часто предлагал такую «шестеркам» из числа Дикарей. Скажи, кто твой босс, скажи, где твой босс и умрешь быстро. Большинство соглашалось. Видимо, согласился и этот. Что он сказал? На кого работает? Вероятнее всего. Может, кому они передали машины? Или где третья? Где же третья?
