– Призрак довел меня до этого дома и исчез. Внутрь я не полез.
– Правильно сделали, студент Хагорсон, ибо нечего вам делать незваным в городской лечебнице, – констатировал Гад, разом втаптывая в грязь надежды студентов на то, что призрак привел их к жилищу убийцы.
– Может, все-таки зайдем и спросим про дриаду? – робко предложила Яна. – Не зря же сюда бежали?
Гадерикалинерос стряхнул с рукава фиолетовой мантии гипотетическую пылинку и согласился, указывая на вход в торце здания:
– Конечно, зайдем. Нам в ту дверь. Эта, – кивком головы декан показал на двустворчатую и широкую, способную пропустить внутрь карету с упряжкой лошадей, – для приема больных.
Преподаватели Академии пророчеств и предсказаний пользовались в Дрейгальте немалым авторитетом, каковой сейчас собирался использовать дэор, чтобы если не разобраться с загадкой дриады до конца, так хоть что-нибудь вынюхать.
Дверь с хорошо смазанными петлями распахнулась, пропуская четверых в небольшой холл больницы, к стойке. За ней, добросовестно закусив кончик языка, заполняла какие-то формуляры молоденькая худенькая девушка в голубом платье-халатике.
– Ясного вечера, – любезно поздоровался Гад.
Медсестра, как ее мысленно назвала Яна, оторвалась от бумажной работы и в свою очередь поздоровалась:
– Ясного вечера, мастер декан. Вы пришли навестить больного? Увы, час вечернего посещения уже миновал. Боюсь, придется спрашивать дозволения старшей хозяйки…
– Нет-нет, нас привело сюда пророчество, – туманно высказался дэор, заполучив этими несколькими словами внимательную слушательницу, готовую к сотрудничеству.
– Скажите, среди пациентов больницы за несколько последних циклад были дриады?
– Только одна, – даже не сверяясь с записями, мгновенно отреагировала медичка. – Привезли девушку, пострадавшую от упавшей с крыши черепицы. Глупышка решила срезать путь и полезла через закрытый для ремонта участок Звенящей улицы. Пробило голову. Рану залечили, но в себя пациентка не приходит. Мы обращались в Олейн дриад Дрейгальта, чтобы передать им несчастную. Приходила Младшая Осененная Милостью Древ и отказала в перемещении больной в леса. Что-то говорила про невозможность забрать тело без духа. Я, честно признаться, в этом ничего не понимаю…
– Хм, – задумался мастер, а Лис не утерпел и влез с новым вопросом:
– Скажите, а стариков-сиренов к вам не привозили?
– Привозили, – неожиданно, к удивлению Янки, согласилась медичка. – Циклад семь назад привезли старого сирена, потерявшего память. Он угодил под телегу. К счастью, сильно не пострадал, раны мы залечили и нашли именной медальон. По нему стражи узнали и вызвали внучку бедняги из деревни. Та дедушку домой забрала.
– Спасибо, любезная, – улыбнулся декан собеседнице из облачка, характерного (Янка сразу узнала) для знака Игиды, вызывающего у собеседника доверие. – Не могли бы мы навестить дриаду? Дело, повторюсь, касается пророчества АПП, о большем, увы, я вам поведать не могу.
– Конечно, пойдемте, – сразу же откликнулась медичка, не упоминая старшей хозяйки. Глазки у девушки заблестели от любопытства. Наверное, дэор зря использовал силу знака. Стремление медсестры прикоснуться к тайнам пророчества было сильнее рвения к соблюдению правил.
Девушка закрыла дверь для посетителей на засов, велела гостям тщательно вытереть обувь о коврик из мха – точь-в-точь такой, как в лечебнице АПП – и повела компанию по коридору налево.
Янка только завистливо вздохнула украдкой. Такой уют, обилие света, зелени и чистота без удушающего запаха хлорки не часто встречались в больницах. В пятой по левой стороне коридора трехместной палате была занята лишь одна кровать. На ней, в окружении кадок с буйно зеленеющими растениями, лежала та самая дриада, чей призрак явился нынче студентам. Остроносая, с густыми каштановыми волосами, худенькая, судя по выпростанной поверх тонкого одеяла руке. Подтверждением личности служило не только портретное сходство, но и наличие искомого призрака у ложа больной.
– Она здесь? – тихо уточнил у студентов Гад, создав круг тишины, чтобы медичка не помешала разговору.
– Ага, у изголовья стоит, – отчитался Лис, опережая напарников.
– Не вижу, – досадливо поморщился дэор и потер нос.
– Почему же мы видим? – удивилась Яна.
– Вы блюстители того пророчества, – скрипнул зубами декан, окинул взглядом палату и озадаченно нахмурился. Вот только смотрел он не в сторону кадок с растениями, как сообразила-таки землянка, играющими для дриады роль подпитывающей капельницы. Даже невидимый призрак, тревожно колышущийся у изголовья, не заинтересовал мужчину. Его внимание сконцентрировалось на табличке с информацией, висящей над кроватью.
– Скажите, девушка действительно находится в таком состоянии уже более восьми циклад? – кивком головы указав на табличку, уточнил Гад, развеивая круг.
– Совершенно точно, – горячо подтвердила медичка и затараторила: – Я вам и без журнала пациентов скажу! Никакой ошибки нет! К нам аккурат через цикладу, как ее доставили, ежегодная комиссия из городского совета пожаловала. Ой все и носились! Господин Ширьлу еще ничего, внимательный такой, участливый, господин Карбахор же каждый серебряный листик трат по учетным книгам проверял, а господин Нихлессер вообще все углы осмотрел, не только кухню, даже в чуланах для уборщиков побывал. Госпожу Ясенку тогда оштрафовали за ведро с грязной водой. Она разве виновата, что вынести не успела до осмотра этажа да в чуланчик потихоньку задвинула, а господин Нихлессер в него ногой зачем-то наступил?..
Медичка тараторила, а Янка почти не слушала ее, она смотрела на призрак, который явственно пытался что-то сказать. Да только по губам Донская читать отродясь не умела, а даже если бы умела, все равно не смогла бы. Очертания худенького личика дриады плыли и размазывались от избытка чувств, испытываемых сущностью.
– Ей кто-то заплетает косу? Или такую привезли? – улучив паузу, ввинтился с вопросом Машьелис.
– Так сестра-смотрительница и заплетала, – начала оправдываться медичка. – Для болящих послабления в укладе ритуальных причесок допустимы. За распущенными-то волосами разве уследишь? Вот заплетаем и вокруг головы оборачиваем, чтобы не спутались. Младшая Осененная Милостью Древ дозволила.
Пока декан и медсестра разговаривали, Янка окончательно убедилась в том, что призрак хочет, но не может рассказать им нечто важное, потому тихонько подошла поближе к прозрачной девушке и заговорила:
– Мы не слышим тебя, пожалуйста, вернись в тело, чтобы все рассказать!
Призрак явно услышал студентку. На лице дриады отразился столь явный ужас, что Яна торопливо зашептала:
– Не бойся, мастер Гадерикалинерос декан Академии пророчеств и предсказаний! Он поможет и защитит!
– Это точно, – тихонько прогудел Хаг, как оказалось, прислушивающийся к Янкиной речи.
Декан же просто развернулся и поклонился в указанную сторону. Было ли тому виной воздействие блюстителей пророчества или бедолаге-дриаде просто опостылело бестелесное существование, но она заметалась у кровати, хватая бессознательное тело то за ноги, то за руки, то трогая голову так стремительно, что Яна неожиданно поняла смысл бабушкиного выражения «бешеная тарашка». Лис же хмыкнул и посоветовал:
– Ляг на кровать, на саму себя, и пожелай слиться с телом, вернуться в него.
Что удивительно, призрак послушался и четко выполнил инструкции. В звенящей – замолчала даже тараторка-медичка – тишине дриада на кровати резко дернулась, распахнула глаза и зашлась кашлем. Опекающие ее зеленые кустики в кадках зашелестели, закрывая болящую листиками, сплетая из ветвей широкую подушку, на которой девушку приподняли над постелью, заботливо придавая ослабленному длительной неподвижностью телу полусидящее положение. Успевшая за время учебы с Ольсой привыкнуть к тому, как любая зелень повинуется малейшему желанию дриад, Янка все равно восхитилась расторопности присматривающих за больной растений.
