Она не могла вспомнить как, заснула. Не помнила как, закрыла глаза. Помнила только как пальцами перебирала в кармашке рюкзака ища там коробок спичек. Проснулась, от взрыва света перед собой. Вздрогнув всем телом, открыла глаза и наблюдала еле уловимые, разбегающиеся во все стороны, всплески свечения. В ушах шумело. Саша протёрла глаза и посмотрела по сторонам. Её удивило отсутствие медведя. Рядом его не было.
– Медведь! – негромко позвала она. – Медведь, ты где?!
Но звук её голоса разлетелся в тёмном пространстве и осел в снег. Девушка замёрзла от долгого сидения и подпалив горелку попыталась согреть руки. Без медведя рядом она вдруг явственно ощутила одиночество. Темно, холодно, и шум в ушах, за которым, кажется, может скрываться не только тишина этого безмолвия, но и опасности, которых она не слышит. Пришёл страх, а за ним и злость. Насыпав в кружку снега, дождалась когда он растает, превратится в воду и вскипит. Больше ей была нужна вода, чтобы согреть всё ещё стылые руки, чем для питья.
Идти. Сейчас, это было единственным спасением. Идти, преодолевая тягостное безмолвие только и ждущее, чтобы свалить на тебя всё тёмное, чем живёт этот мир.
Талый кипяток не согрел. Безвкусный, обжигающий язык и нёбо. Саша выплеснула остатки на снег и разобрала горелку.
Снова вспышка, в этот раз позади. Но увидела она только расходящиеся во все стороны всплески свечения. Обернулась назад. В темноте, на уровне её глаз висело маленькое, похожее на чернильную кляксу, облачко. В одно мгновение оно сжалось до ничто и следом бесшумно взорвалось растворяясь в окружающей его темноте. Девушка протянула руку пытаясь понять что же она такое только что видела.
– Не трогай!
Голос прозвучал резко, предостерегающе. Саша вздрогнула и обернулась. В нескольких шагах от себя она различила тёмный силуэт человека. Рядом с ним, на снегу, сидел медведь.
– Медведь! Ты вернулся!
– Никогда не прикасайся ни к свету, ни к тьме. Прошу тебя. – Силуэт сделал несколько шагов к девушке, и она увидела появляющегося из темноты мужчину.
– Джон?! Это ты?! – Она дёрнулась было подойти к нему, но парень выставил вперёд руку в предостерегающем жесте.
– Не подходи. Эти воспоминания обожгут тебя.
– Джон, о чём ты говоришь?
– То, что сейчас тянется к тебе, преждевременно, и способно только навредить. Я знаю. Ты сама дала мне это знание.
Откуда-то из темноты вынырнули три пса и крутились возле медведя.
Саша обрадовалась увидев всех их вместе, и Джона, и медведя и собак, но пребывала в замешательстве вызванном словами друга. Она ждала ответов.
– Дойди до двери, открой её и войди. А я, по твоей воле, всегда рядом.
Джон исчез. Просто растворился в воздухе, будто то было видением.
Собаки вскочили, и воя крутились там где только что стоял их хозяин.
– Джон! Нет! Не уходи! – Саша опустила руки и тихо продолжила: – Тебя так давно не было.
Только сейчас она поняла как ей не хватало Джона. Саша вспомнила как они встретились, как шли и как много он для неё сделал. Не могла только вспомнить момента когда их дороги разошлись, и каковой была причина приведшая к расставанию.
– Как давно это было, – шёпотом произнесла она. – Но я помню. – И вдруг, набрав в грудь воздуха, прокричала: – Вернись! – Но во всей вселенной её услышал только медведь. Он встал, подошёл к девушке и прижался к ней боком.
– Медведь, ну почему так? – Она вздохнула и провела рукой по голове животного. – Мне надо идти. Это я знаю. Всё остальное, чего не знаю сегодня, я узнаю потом.
Так в темноте и тишине безветренной ночи Саша и её четвероногие спутники шли и шли. Шаг за шагом. Горы приближались. Издалека они походили на россыпь отдельно стоящих вершин.
***
– Нет. Останавливаться не будем.
Стив посмотрел на Поля. – Договорились.
Следы от полозьев саней шли чётко на север. Двое саней. И по следам снегоступов угадывалось человек десять, двенадцать.
– Это эскимосы. У них такие снегоступы, – кивая головой проговорил Стив, когда они исследовали следы. Побродив по снегу, в темноте, с фонарём, ребята поднялись в кабину трактора и поехали держа путь на север. Ночь сияла всеми звёздами, а по краям небесного купола плясали всполохи северного сияния. Поль как зачарованный смотрел на танец полос оттенков фиолетового и зелёного цветов. Воображение рисовало звуки огромного органа клавиши которого нажимала невидимая небесная рука.
От очарования фиолетово-зелёных клавиш его отвлекли световые всплески далеко справа. Повернув туда голову Поль стал всматриваться в еле уловимые на горизонте пики гор.
– Что там? – спросил Стив.
Поль не ответил. Он смотрел, и ждал. Наконец из-за горизонта показались две сияющие звезды переливающиеся в разные цвета. Поднявшись немного выше, над одной из горных пик, они стали кружить в танце, затем характер их движений изменился с плавных на быстрые, ломаные, и уже напоминали весёлую игру в догонялки.
Поль повернул голову к Стиву. – Это то что ей нужно. Мы сейчас на самом краю. – Он кивнул и показал рукой в лобовое стекло. – Эскимосы наверняка это знали, шли по краю не переступая за него.
– Ты о чём? – Стив не понял слов друга.
– Там, – Поль показал рукой вправо, – начинаются земли куда нам сейчас лучше не заходить. Сейчас это только Сашина территория, но чуть позже нам позволено будет зайти.
