Так что уже минут через сорок Яна Донская покинула драконий банк вполне состоятельной вкладчицей с почти двумя тысячами золотых на счету и гудящей от впечатлений головой. В академию студентка возвращалась в задумчивой оторопи из-за своего резко увеличившегося благосостояния и странностей храма Ветров. Но если первое скорее радовало, то не желавший показываться, а значит, принимать браслеты назад, храм огорчал.
– Что делать будем? – растерянно крутя неснимаемое украшение на запястье, спросила Янка.
– Попробуем поступить по совету лекаря. Следует найти того, кому надо в храм Ветров, и сесть ему на хвост, – нехотя признал ценность поданой идеи Лис. – Нам бы только туда добраться, а там уж договоримся. Может, какой обет дадим, чтобы помощь получить.
– Где бы еще такого человека найти, – вздохнула девушка.
– Да не переживай ты, найдем, – беспечно отмахнулся Лис, приободрившийся, придумав способ обойти запрет. – Ребята часто туда наведываются. Как кто соберется, я узнаю! Пару золотых за сопровождение пообещаю, так нас с радостью проводят.
– А-а, ладно, – успокоенная отношением друга к проблеме, согласилась Яна и даже предложила: – За пирожками во «Всё на стол» зайдем? Мастер Вархимарх с вишней не делает, а Стефу понравилось!
– Давай, – не стал спорить дракончик.
А в общежитии Яну уже ждали, и вовсе не ради пирожков. Не то встревоженный, не то какой-то торжественно-впечатленный Стефаль передал девушке просьбу декана зайти в кабинет. Машьелис, как будто в кабинет пригласили и его, от напарницы не отстал, так и вошли ребята втроем, да с корзинкой пирожков впридачу.
Декан и мастер Лаэрон прервали тихую беседу и сосредоточили свое внимание на посетителях. Айриэльд смотрел с легкой заинтересованностью, Гад иронично. Он и задал насмешливый вопрос:
– И кто ж из вас троих Яна, господа студенты?
– Она с утра была, – Машьелис ткнул пальцем под ребро невольно взвизгнувшей напарнице, – да только мы же ее напарники, господин декан, как же мы ее после вчерашнего без присмотра оставим? Ну как опять обморок?
– Ты считаешь, о Либеларо, что мы с мастером Айриэльдом не в состоянии позаботиться о студентке? – удивился Гад.
– Вы – в состоянии, – мигом согласился юный наглец, идя на попятный, и тут же снова пошел в наступление: – Однако же мы волноваться будем! Правда, Стефаль?
Эльф только кивнул.
– Пусть остаются, – повел пальцами мастер Айриэльд.
– У нас и пирожки есть, – заискивающе заулыбался Лис, предъявляя вкусную взятку руководству.
В торжественный момент попытки дачи взятки пирожками в дверь тяжело бухнули и, не дожидаясь разрешения, на пороге возник Хагорсон. Поводя раскрывшимися ушами-локаторами, тролль быстро обозрел кабинет, оценил обстановку и выдал:
– Мастер Гад, я пришел.
– Вижу, – иронично согласился декан, ибо не заметить присутствия крупногабаритного серокожего парня в кабинете было весьма затруднительно. – Позвольте осведомиться, Хагорсон, зачем?
– Дык, – привычно напустил на себя вид туповатого и усердного студента тролль, для поддержания имиджа почесал затылок и выдал: – Моих напарников к вам вызвали, стало быть, и меня.
– Безупречная логика, – язвительно прокомментировал Гад.
– Решил, что твои друзья влипли в неприятную историю, и ринулся на защиту? – с прохладной, но вполне доброжелательной улыбкой уточнил мастер Айриэльд.
– Если даже так, все одно, всем отвечать, – пожал плечами разоблаченный тролль и развел могучие руки.
– Уверяю вас, студенты, никто из вас перед академией или лично нами… пока, – декан особенно подчеркнул последнее слово, – не провинился. Мастер Лаэрон желал переговорить с Яной Донской, и, как я понимаю, без лишней публики, даже если оная включает в себя напарников студентки.
– У Янки от нас секретов нет! Я вообще ее, можно сказать, жених! – нахально взмахнул рукой дракончик, демонстрируя браслет из храма Ветров в доказательство тезиса.
– А можно, студент о Либеларо, и помолчать, просто помолчать, – пока девушка терялась в догадках, что происходит, предложил декан. И обратился к старшему эльфу: – Мастер Айриэльд?
– Я желал вручить вам, Яна, символ своей благодарности – плод Великого Древа. Дорогами сна навестил я священное место и с радостью откликнулось Древо на мою просьбу, – напевно обратился мастер к девушке, встал и, приблизившись к удивленной студентке, протянул ей… самую обычную желтую сливу. Нет, не совсем обычную, крупную, с тонкой кожицей, одуряюще пахнущую сладким соком. Почему-то, когда Янка приняла ее в ладонь, слива показалась ей гораздо более увесистой, нежели обычный плод. – Следует съесть мякоть, а косточку желательно посадить в плодородную почву.
– Спасибо огромное, – растроганно воскликнула девушка и тут же растерянно спросила: – Как мне сливу маме передать? Каникулы-то еще не скоро, если на хранение коменданту отнести, долежит?
– Собственно, в качестве ответа на твои вопросы я тут, – скромно откашлялся декан и продемонстрировал студентке лист со знаком портала. – Вот только твоих напарников на экскурсию я тащить не собирался. Кое-кто свою награду вчера у ректора в золотом эквиваленте выпросил.
– Так кое-кто об альтернативе и не заикнулся! – возмутился дракончик и выпалил неслыханное: – Я бы, может, от денег отказался, взял бы экскурсией и знакомством с Янкиной семьей!
– Что ж, – сдался декан, пораженный аттракционом неслыханной щедрости – отказом дракона от вознаграждения в звонкой монете. – Пусть Яна сама решает, хочет ли она навестить родных в вашей компании или предпочтет сделать это исключительно в моем обществе.
– Можно со всеми? Ребята давно хотели на мой мир посмотреть. Только они же не люди, – несмело спросила девушка, покосившись на острые уши и водопад золотых волос Стефаля и серую кожу здоровяка Хага – обладателя клыков и ушей-трубочек. Пожалуй, один Машьелис, если пристально не изучать, сошел бы за очень симпатичного человека. – Маскироваться надо.
Компания встала по стойке смирно, затаила дыхание и принялась поедать обожаемого и глубокоуважаемого декана Гадерикалинероса преданными взглядами. Старший эльф серебристо рассмеялся, от всей души наслаждаясь концертом.
И грозный с виду, но добрый внутри (точно добрый, Янка готова была спорить на что угодно) декан дрогнул. Махнул рукой и полез в кошель за листьями Игиды.
– Что с вами делать, можно. Считайте это наградой за помощь в исполнении пророчества. Знаку мимикрии все равно, одного или группу охватывать.
Компания расположилась полукольцом рядом с дэором, и тот надломил пару листьев. Теперь уже Янка точно знала, каких именно: знак портала, перемещающий в избранный мир, и знак мимикрии, придающий гостям облик, схожий с местными обывателями.
Серые и золотистые мелкие искорки обдали декана, Янку и троих ее друзей, маскируя и перенося в мир Земли, в поселок, к родной пятиэтажке. Судя по жалким ошметкам зеленой листвы на кустах сирени, изрядно припорошенной снегом, замерзшей под ногами грязи и толстому ледку на лужах, стояла поздняя осень. Потому дежурных бабушек у подъезда не наблюдалось. Из кустов, куда декан перебросил компанию, гости выбрались, не замеченные бдительным оком бабЧК.
Теплые пуховики, зимняя обувь, шапки – Янка прежде не видела ребят и Гада в такой одежде и потому пялилась во все глаза. Стефаль в ушанке выглядел невозможно мило, а Лис в вязаной лыжной шапочке, залихватски сдвинутый набок, вообще смотрелся стопроцентным человеком. Даже серокожий бугай Хаг под действием знака мимикрии стал выглядеть как обычный здоровяк.
Но больше всего поразил девушку не внешний вид друзей, замаскированных знаком, а то, что ей под иллюзией верхней одежды было по-настоящему тепло. Ребята сразу закрутили головами, изучая местность, а особенно внимательно стоящие на приколе во дворе и неспешно тарахтящие по дороге машины. Вдобавок студенты еще и принюхивались. Если Лис водил носом с жадностью, вбирая бензиновое амбре от вонючего «жигуленка», то Стефаль едва заметно, чтобы не оскорбить чувств подруги, морщился.
