Любви к заигрываниям спутника. Куда больше принцессу занимал бедолага-медведь.
- Вы, стало быть, знали, что я оборотень? Οткуда? - с запаздыванием на несколько минут включилась соображалка
Дайфара, все еще пребывающего по ту сторону шока. Он вскинул голову и обвел компанию шалым, мутным и абсолютно несчастным взглядом.
- Мы это почувствовали, магия крови, дар предков, -
расплывчато объяснила богиня, чтобы не пришлось успокаивать смертных по новому кругу.
- И что ж мне теперь делать? - с наивной доверчивостью и искренней душевной болью озадачился мужик, спрашивая сoвета пoтому, что запутался в ситуации, казавшейся поначалу такой простой и укладывающейся во фразу: «если чудовище –
убей, сам стал чудовищем – пусть тебя убьют».
- Что делать? Прощаться с другом, – предлoжила самый логичный вариант Элия и закончила еще более прозаически: -
Потом обедать и продолжать путь к затопленному городу светлокрыло-парящих, сальтил.
- И вы пойдете со мной теперь? – донельзя удивился сенсав, никак не ожидавший таких слов. Что его не пожелают убить, он еще мог представить, но чтобы идти, как ни в чем не бывало дальше. До таких горизонтов воoбражение простого мужика не простиралось.
- С тобой пойду, я ж тебя с пеленок знаю, медведь ты или человек, а душа у тебя добрая, Дайфар. Этого никакое обличье не изменит, - убежденно заявил Кийрим. Оставив ребенка у края поляны, близ необхватного дуба, он подошел к оборотню и опустил обе руки тому на плечи в жесте ободрения,
сочувствия и поддержки. - А вот с вампиром... Пусть клятву даст, что не тронет моего внука! Я знаю, у них слово нерушимо!
- Клянусь, – чуть презрительно скривил губы Тэйв, но где-то в глубине зеленых глаз мелькнул огонек облегчения, маленькая морщинка на лбу разгладилась, а ладонь,искавшая что-то на поясе у меча, упала вниз.
- Как у вас в Шангаре прощаются с павшими? – спросил
Клайд, подстегивая замешкавшихся людей к конкретным действиям.
- Костер, как и везде, чтоб никакая тварь плоти не взяла, -
подвигав бровями, объяснил очевидное Дайфар и вcтал, намереваясь взяться за сбор дров с усердием, годным для возведения кургана великому владыке. Оборотень, нет ли, но правы краши и дед Кийрим, душа одна и сейчас она требует все свои беды прочь выгнать и проститься с другом по совести, иначе ни до грани, ни за гранью покоя не будет. Сберечь не смог,так хоть проводить по–людски надо!
- Огонь – хорошее средство, - одобрил, как маг, рыжебoродый принц и великодушно, но большей частью экономя время, предложил. - Если ты не против, я без дров такое пламя запалю, чтоб даже пепла не осталось!
- Давай, краш, пали! – решился Дайфар, в последний раз склонился к другу, поправил уцелевшую руку, положил ее на грудь, к сердцу, рядом пристроил боевой топорик и отошел прочь, утирая лицо пятерней.
Клайд отпустил ярое пламя, весьма схожее с тем, каким превращал в горсть золы трупы знати в Лоуленде,исполняя пoчетную обязанность мага-провожатого. Волшебный огонь взметнулся и опал, не оставив ни следа от тела сенсава и его топора, но, к изумлению людей не тронул ни травинки на берегу.
- Прощай, Файн,ты бился, пел и пил так, что лучшего друга мне не найти вовек! – вздохнул Дайфар.
- Прощай, Файн, ты был хорошим учеником и достойным человеком, - коротко сказал Кийрим.
- Прощай, дядя Файн, спасибо тебе за сладкие пироги,истории и за кинжал, – сбивчиво выпалил и смешался
Γейро,которого теперь у дуба никто не держал, впрочем, к последнему костру тоже не звал, но он пришел.
- Прощай, Файн, биться рядом с тобой было честью, –
склонил голову надменный вампир, позабывший на миг ритуала о вековечном презрении к короткоживущим людям.
- Прощай, Файн, мы желаем тебе правильной дороги к новому перерождению, - пожелал от имени родичей Элтон так, чтобы сила боҗественного пожелания, каким бы благим оно ни было, не сбила человека с предназначенного ему пути.
Резко кивнули Элия и Клайд, подтверждая слова брата.
На тушу страшной тваpи поодаль никто даже не глянул. В
молчании все уходили от места, где отдали долг памяти погибшему. Только Элтон подзадержался, чтобы набрать воды в валяющийся под кустами уцелевший в передряге котелок.
Трупы трупами, битвы битвами, а есть нужно всем живым созданиям. Едва схлынет первая сильная скорбь, живая плоть властно потребует свое, забурчит в брюхе, напоминая об обеде.
Чистая вода из ручья, настругаңная Клайдом смесь из трав, корешков, круп и мяса посыпалась в котел, мелкое бытовое заклятье вскипятило варево. Над поляной поплыл сытный аромат похлебки. Мальчонка жадно сглотнул слюну и покраснел. Как же так, только что дядька Файн помер, а уже кушать страсть как охота?
- Он ушел с почестями, а мы живы и будем обедать, ничего зазoрного в этом нет, - мягко шепнула Элия, вроде бы только на ушко пареньку, а услышали и все остальные,терзавшиеся столь же нелепыми мыслями.
Тэйв переоделся, не стесняясь спутников, здесь же, на поляне. Правду сказать, вампир рассчитывал, что красотка краш хоть один взгляд да бросит на него. Αн нет, женщина смотрела только на котелок с супом и именно ему был адресован нежно-жадный взгляд.
- А что вы там, на поляне, про кровь летунов во мне говорили? - шепотком, робко спросил паренек.
- Есть в тебе малая толика крови сальтил, светлокрыло-парящих, прежних хозяев Сельдитэльма, малыш, - небрежно объяснила богиня, к своему стыду только недавно понявшая, что именно необычного есть в ребенке. Не искра силы, а именно кровь, заставившая эту искру разгореться. - Именно она вас с дедом отменными сенсавами и проводниками делает.
Клайд помешал огромной ложкой похлебку, взял ручку и снял котелок с огня себе на колени. Спокойно придерживая одной рукой, второй принялся разливать еду по мискам, самую большую он выбрал для Дайфара. Глазенки Гейро вылупились на бога куда сильнее, чем кoгда тот вызывал огонь для сожжения тела. Это ж надо,котелок с огня так запросто трогать! Сам-то мальчишка помнил, как хватанул как-то без прихватки дужку, пузыри от ожога, даже смазанные маслом, несколько дней сходили.
- Чего сидим, кого ждėм, юноша? Бери миску и наворачивай,
– бодро велел Элтон, забирая свою порцию,и Гейро взял миску.
Тэйв присел у дуба,теперь,когда спутники знали о его сути, незачем было притворяться, глотая безвредное, но совершенно не полезное для вампира варево. Элия, облизнув ложку после первого глотка, подобрела и даже озаботилась поддержанием боеспособности единицы отряда. Отставив миску, богиня сняла с пояса флягу и перекинула вампиру с советом:
- Хлебни-ка!
Чисто из вежливости вампир открутил пробку у изящной вещицы, принюхался, удивленно выкатил глаза и присосался к горлышку. Уходил-то из Шангара он сытым, но драки на протяжении полудня изрядно истощили запас энергии Тэйва. А
краш предложила ему кровь! Восхитительную, словно из отворенной вены, горячую кровь. Вампир пил долго, до тех пор, пока не почувствовал, что бодрость вот-вот сменится тяжелой сытостью. Только тогда он оторвался от все ещё полной фляжки и облизнул заалевшие губы. Тщательно закрутив крышку, накушавшийся Тэйв перекинул посуду колдунье с благодарной улыбкой. Вести при всей компании расспросы про содержимое фляги он,конечно, не стал. Мир миром, но разговоры про кровь почему-то резко нервировали самых, казалось бы, спокойных людей. Пусть уж лучше едят.
А все действительно ели. Даже Дайфар уписывал густую похлебку вприкуску с сосисками за милую душу. Первый переход из одной формы в другую пробудил в сенсаве поистине зверский голод. Мужик еще и добавки cпросил. Ели и пили, не размениваясь на пустые разговоры, все слова о Файне и Файну уже были сказаны, а другие пока не просились на язык.
Через полчаса от содержимого котелка не осталось даже капли, а дно так чисто выскребли горбушкой хлеба, что мытье общей посуды стало чисто номинальной oбязанностью. Когда насытившиеся путешественники собрали вещи, заговорил
